Я на тебе (никогда не) женюсь - Анна Рейнс

Вот, например, генерал Сарс тоже говорит со мной на чистом карандорском. И совершенно серьезно предлагает мне сыграть роль его обожаемой невесты. Чтобы, видите ли, избавиться от навязанной помолвки.

Со мной же.

Выслушиваю его с непроницаемым выражением лица. И даже на пару мгновений задумываюсь, а не аукается ли мне недавний удар по голове. Интересно, как Дэлмар отреагирует, если я его потрогаю? Исключительно чтобы проверить, что он не плод моего воображения.

— Почему именно я?

— Подходишь, — коротко бросает он. Называет сумму сделки, и у меня глаза невольно расширяются. Да это... четверть бюджета для постройки пансиона! Если есть стартовый капитал, то можно будет и других инвесторов привлечь.

У меня от волнения сердце начинает биться сильнее. Облизываю пересохшие губы и повторяю.

— Нужно доехать до столицы Сарендала в качестве вашей невесты и дождаться, когда вы расторгнете помолвку? И все?

— Фиктивной невесты, — холодно поправляет он. — Повторюсь, чтобы ты не питала ложных надежд. Жениться на тебе я не собираюсь.

У меня по нутру словно пила проходится, врезаясь в старые раны. Ну каков дракон… Ничуть не изменился. Все так же смотрит на меня, как на недостойную даже дышать одним с ним воздухом.

Договаривается с первой встречной, чтобы привезти ее во дворец. Унизить меня, почти принцессу, очередным отказом. Словно это его “я на тебе никогда не женюсь” стало делом принципа.

Меня даже потряхивать от эмоций начинает.

— Дайте мне минуту на размышление, — прошу я сдавленным голосом. Закрываю глаза. И представляю... как выхожу из его экипажа. Толпа кричит, радуясь моему возвращению. Выкрикивает мое имя наравне с его.

На его лице появляется осознание: я обвела бравого генерала вокруг пальца. А потом я ему говорю: “Я никогда не выйду за вас замуж. Неет, не во всеуслышание.

Мне и тихой, холодной мести будет достаточной.

А он потом пусть носится, договаривается с королем о разрыве помолвки. Наверняка найдет способ его убедить. И отдаст мне причитающиеся деньги. Будем считать их моральной компенсацией. Просто идеальный расклад!

Нужно только составить магический договор.

Открываю глаза и не могу сдержать мечтательную улыбку.

— Я согласна, генерал Сарс, — выдыхаю я.

10

Выражение его лица не меняется ни на грамм.

— Чудно. Я подготовлю магический договор. Надеюсь, ты умеешь читать?

Даже интересно. Если отвечу “нет”, он мне договор с картинками сделает?

Зачеркнутый свадебный букет, гора денег... Я бы на это посмотрела. Но приходится ответить:

— Умею.

На его лице мелькает подозрение. А ведь и точно, образованных среди простых людей очень мало. В основном это дети мелких торговцев и церковных служителей Долмар осматривает меня снизу вверх, как-то слишком долго задерживая взгляд на груди. Удержать улыбку становится сложнее.

— Сколько тебе, Алиса? — в голосе появляются бархатные нотки, которые будто изнутри меня поглаживают.

— Д-двадцать два.

Драконы хорошо распознают ложь, поэтому в таких мелочах я решаю не врать.

Вряд ли он меня по возрасту вычислит. Сомневаюсь, что он вообще помнит что-либо связанное со мной. А уж тем более, сколько мне лет тогда было.

— Девственница?

Эээ? Простите?

Честно говоря, еще пару лет назад я бы впала в ступор, услышав этот вопрос.

Возможно, бы даже отвесила ему пощечину. Но мои годы идут, количество замужних подруг множится. И на девичьих чаепитиях обсуждают такое, от чего семнадцатилетняя я упала бы в обморок.

Что тут какой-то вопрос про невинность.

— А вы точно настроены на фиктивный брак, генерал? — улыбаюсь я, кокетливо накручивая локон на палец. — А то подумайте. Такие девушки, как я, на дороге не валяются.

— Это точно. Их к позорным столбам приковывают.

Вот же гад чешуйчатый! Уел!

Радует одно: тему моей девственности он больше не поднимает, а из голоса пропадает малейший намек на интерес. Лицо Дэлмара вновь становится холодным и отстраненным. Такое чувство, что у него аллергия на любое упоминание брачных уз.

Надо запомнить.

Договор он пишет прямо при мне — широким, размашистым почерком. Брови сведены на переносице, лицо суровое и сосредоточенное. Замечаю несколько шрамов, которых раньше не было. В груди что-то сжимается.

Все же он герой страны. Под его командованием нападение было подавлено, а враг отброшен к границе. А затем и вовсе пошел в наступление, принеся Сарендалу победу. Может, зря я так?.

Можно ведь было поговорить начистоту и решить все вопросы. Цель у нас общая — расторгнуть эту помолвку.

— Подойди, — слышу его отрывистый голос. — Читай.

Медленно приближаюсь. Дэлмар, не отрываясь, следит за каждым моим шагом, точно хищник. Пламя свечей дрожит в подсвеченным золотом глазах. По моему позвоночнику ползет озноб.

— Ближе, — велит он, когда я останавливаюсь и протягиваю руку, чтобы взять бумагу.

У меня внутри странная злость поднимается. И что это я в самом деле за трусиха такая? Резко приближаюсь и вырываю документ из его руки. Пробегаюсь глазами по строкам.

— А ты красивая, Алиса, — тянет он. Снова чувствую его прожигающий взгляд. — Сколько?

Поднимаю глаза и пару секунд пытаюсь понять, что он имел в виду.

— Что?

— Сколько ты стоишь?

Боги... Все угрызения совести, что я испытывала минуту назад, испаряются. Меня накрывает такой бурей эмоций, что дышать сложно становится. Листок начинает мелко дрожать в моих руках. Мне хочется смять этот чертов договор и кинуть ему в лицо. Дать пощечину.

И лишь привычка в любой ситуации держать лицо сейчас меня спасает.

За те годы, что провела в замке, я выучила очень хорошо. Месть — блюдо, которое стоит подавать холодным. Пожалуй, отвергнуть Дэлмара можно и публично.

— Я не торгую телом, генерал, — ледяным тоном сообщаю я.

— Что ж, можем и так. Без денег.

— Я невинна. Берегу себя до свадьбы. Хочу большой дом с персиковым садом, верного мужа и пять детей. А еще собаку. Потянете?

— Теперь понятно, почему в таком возрасте ты все еще не замужем.

— В каком таком возрасте? Лучше бы о своем беспокоились. Сколько вам? Сорок?

Я прекрасно знаю, что Дэлмару тридцать два. Да и будем откровенны, на сорок он не выглядит. Целую секунду я наслаждаюсь замешательством в его взгляде, затем он снова становится нечитаемым.

— Может, стоит тебе приплатить, чтобы поменьше рот раскрывала? — говорит будто‚ бы сам с собой.

— Читай договор, Алиса.

Я закрываю лицо листом бумаги и незаметно перевожу дух. Сердце стучит, щеки горят, строчки прыгают перед глазами.

Так, что тут у нас? С первого взгляда никаких подводных камней. И