Позволь мне остаться - Екатерина Аверина

— Адрес прежний?

— Да. Уйду через чердак…

Полковник не задает лишних вопросов, прекрасно понимая, что времени в обрез. Иначе я бы не звонил.

— Жди. Пришлю парочку нарядов…

— Спасибо, то, что надо.

— Через двадцать минут буду за домом, — добавляет Стас, буквально читая мысли.

Усмехаюсь и скидываю звонок. Отлично. Это то, что надо. Парни перетянут на себя внимание и дадут мне время для маневра.

Убираю телефон в карман и возвращаюсь в комнату. Лия оделась. Скептически рассматриваю ее. Кожаные брюки обтягивают, словно вторая кожа, делая и без того красивые ноги длиннее. А вот полупрозрачная туника ни о чем. Ни по удобству, ни по погоде.

— Снимай, — киваю на нее.

Лия ни секунды не сомневается, торопливо сдергивает тунику и кладет на диван, оставаясь в тонком кружеве белья. Усилием воли заставляю себя не пялиться, но это крайне сложно. Взгляд, как намагниченный, липнет обратно к ней.

Из шкафа достаю свою футболку и отдаю девчонке. Послушно надевает и даже заправляет в брюки. Сверху помогаю натянуть худи. Висит на ней мешком и едва не доходит до колен, но все лучше, чем эта тряпка. Сминаю и закидываю в глубины шкафа.

Прячу длинные волосы Лии под капюшон, надеваю ей на плечи дутую жилетку и застегиваю молнию почти до самого верха.

Улыбаюсь, а она обеспокоенно хлопает ресницами.

— Смешная, — поясняю мягко. — Как капуста.

— «Теп-ло» — Лия робко улыбается в ответ и обхватывает себя руками.

До трясучки хочется повторить этот жест и притянуть девочку к себе, спрятав на груди от всей этой мерзости. Но не решаюсь. Вообще не представляю, как до нее можно дотрагиваться.

Нервно дергаю плечами и отхожу к окну. Внизу какое-то оживление. Смотрю на часы. Люди Стаса должны уже подъехать. И словно в подтверждение моих мыслей слышится полицейская сирена.

— Пойдем, нам пора.

Лия неслышно ступает за мной. В коридоре надеваем обувь. Я беру ключи от чердака, на левый ствол прикручиваю глушитель и немного приоткрываю дверь. Голоса внизу. Поднимаются. Черт, немного не успели. Но деваться некуда, будем прорываться.

— Готова? — оборачиваюсь я.

Девчонка неуверенно кивает. Прости, малышка, назад дороги нет. Хватаю ее за руку и тяну по лестнице вверх. Сердце ритмично пульсирует в груди, а инстинкты обострены до предела.

На предпоследнем этаже нас встречают. Еще не вижу, но уже чувствую присутствие других. Бля, совсем тихо не выйдет. Сами напросились. Снимаю ствол с предохранителя, впечатываю Лию в стену, прикрывая собой, и выглядываю из-за угла. Двое. Совсем близко.

Одного вырубаю точным ударом, второй хватается за пистолет. Самоубийца! Нажимаю на курок, простреливая ему руку и сношу одним ударом в нокаут. В подъезде тихо. Но в какой-то из квартир на этаже слышатся голоса.

Надо торопиться. По рации говорят, что нашли мою квартиру. Черт. Чуть-чуть не успели.

Приходится ускоряться. Тяну Лию за собой вверх, к чердаку. Едва поспевает, но промедление опасно. Я понятия не имею, с кем имею дело, и лучше не рисковать.

Открываю тяжелую металлическую дверь, помогаю Лие забраться по тонкой лестнице в проем и сам запрыгиваю следом. С глухим лязгом поворачиваю ключ в замке. Металл толстый, замок внутренний. Надеюсь, быстро не вскроют. Минут пятнадцать у нас точно есть. Включаю фонарик на телефоне и освещаю путь.

— Бежим, — беру ледяную ладошку в свою и тяну за собой.

Лия безропотно подчиняется. Пробегаем четыре подъезда. Останавливаюсь и разворачиваюсь к ней.

— Как ты? — свечу ей на лицо.

— «Страш-но» — читаю слоги по губам и складываю в слово.

— Не бойся, я рядом, — все же притягиваю к себе и утыкаюсь носом в макушку.

Девочка замирает и не шевелится. Пусть так. Мне надо немного перевести дух и подумать. На телефон приходит сообщение. От Стаса: «Все чисто, выходи».

Поворачиваю ключ в замке и толкаю дверь. Выглядываю и осматриваюсь. И у нас все чисто. Спускаюсь на пару ступеней и подаю руки Лие, чтобы подстраховать.

— Стоять! — раздается голос в далеке и луч света скользит по стенам чердака.

— Быстрее! — хватаю девчонку за талию, спрыгиваю вниз и закрываю точно такую же дверь. — Бежим.

Спускаемся по лестнице, я осторожно выглядываю на улицу. И правда чисто. Весь движ у первого подъезда, но совсем скоро будет и здесь. Хватаю Лию за руку и тяну за угол дома. Машина Стаса стоит совсем рядом. Помогаю девочке запрыгнуть в салон и сам залетаю следом.

— Гони, — хлопаю друга по плечу.

Стас срывается с места, начиная петлять по дворам, запутывая следы. Оборачиваюсь. Погони нет. Нормально все вышло. Не спалили. Облегченно выдыхаю, сползаю на сиденье чуть ниже и откидываюсь на спинку. Вот это повеселились.

— Ты как? — рассматриваю дрожащую девочку и протягиваю ей руку.

Лия всхлипывает, но все же дает мне ладошку. Ледяная, хотя в машине тепло, да и после пробежки тоже. Скорее всего перенервничала и испугалась. Так бывает. Переплетаю наши пальцы и улыбаюсь.

— Все хорошо. У нас получилось, — она улыбается, сжимает пальчиками в ответ, но не пытается выдернуть, а наоборот немного расслабляется.

— Ну ты, блин, даешь, — хмыкает Стас и ловит мой взгляд в зеркало заднего вида. — Заскучал?

— Ага, размяться решил, — нервно смеюсь я.

Только вступил в новую должность, которая не предполагает беготню в полях с автоматом наперевес, и на тебе. Покомандовал, блядь!

— А я тебе давно говорил, приходи опером ко мне в отдел, я тебя развлекать буду, — подъебывает Волков.

— Для опера я слишком ленивый, — тяну губы в улыбке. — Да и масштаб не тот.

— Зажрался ты просто.

— Не без этого.

Не могу не согласиться. Я уже матерый волк. С огромным опытом боевых действий за спиной. Все это мышиная возня по сравнению с тем, какие передряги приходилось разгребать. Один наш заплыв с Вороном шестнадцать лет назад чего стоит…

— Куда вас везти-то?

Смотрю на Лию. Она нервно хлопает ресницами и кусает свои очаровательные губки. Да куда-куда? Все же понятно, как ее теперь бросишь?

— Домой вези.

С девчачьих губ срывается едва слышный вздох облегчения, а щеки очаровательно вспыхивают от смущения. У меня в груди проносится вихрь разнообразных чувств, но я даже не пытаюсь их идентифицировать. Слишком устал. Лишь медленно моргаю и думаю, что мне теперь делать со всем этим великолепием?