Измена. Брат мужа - Оксана Алексаева

быть…

— Ты же никогда особо не любил детей, — само по себе срывается с губ. Горько

усмехаюсь, мысленно ругая себя за то, что возвращаюсь в прошлое. Зачем? Это уже

бессмысленно.

— И что? Ваш с Витей сын и моя родная кровь тоже… Эти слова словно кувалдой ударяют в

грудь.

Кажется, давлюсь воздухом. Нервно закашливаюсь, ощутив, как сильно запершило в горле.

Жадно хватаю губами воздух, чувствуя жжение в легких.

— С тобой все в порядке? — Стас хмурится, не понимая моей реакции.

Судорожно киваю в ответ, бросаясь к пустому стакану и набирая в него воду.

— Слюна не в то горло попала, — сиплю я, отпив несколько глотков. Приступ отпускает,

и я уже могу нормально дышать.

Взгляд цепляется за разбитое окно. Нужно взывать мастера, чтобы его как можно скорее

заменили. И созвониться наконец с Витей. А ещё подготовить и сдать отчет. Черт

возьми, столько задач, голова кругом идет.

— Ма-ма! Дя-дя! — Тимоша, устав смотреть мультики, забегает в кухню. Хватает меня за

руку, да так, что… Я чувствую, как моя грудь едва не выпадет из выреза. Глаза Стаса

в этот момент загораются ярким пламенем. Он смотрит на меня словно голодный хищник.

— Хотю играть! — звонко щебечет сынок, но я при всем желании не смогу выполнить его

просьбу. Смотрю на часы. Время поджимает. Как бы мне не хотелось этого делать, у

меня нет другого выхода.

— Стас, у тебя есть планы на сегодня? — сбивчиво мямлю неуверенным голосом. Сглатываю

слюну, тем самым пытаясь протолкнуть ком, который плотно засел в горле. Бывший

бросает на меня заинтересованный взгляд.

Тимоша продолжает наворачивать круги по кухне, его звонкий голосок заполняет

пространство, но не может заглушить напряжения, вибрирующего между нами со Стасом.

— У тебя есть предложение, как его провести? — его голос искажает какие-то дико

волнующие, похотливые нотки. Опять эти его дурацкие намеки.

— Нет. Но есть просьба, — бросаю взгляд на свой маленький моторчик, который кружится

вокруг нас двоих.

Стас смотрит на меня так, словно уже готов запросить за мою просьбу баснословную

цену. Его этот самодовольный взгляд помню наизусть. В нём томится и ирония, и вызов,

и… Что-то еще, чего я не могу расшифровать. Что-то, от чего у меня перехватывает

дыхание.

— Какая?

— Ты не мог бы… Кхм… Немного побыть с Тимошей?

Я выжидающе смотрю на бывшего, кажется, даже не дышу и молюсь, чтобы он согласился.

От этого зависит не только мой отчет, но и… Что-то гораздо большее. Что-то, о чем я

боюсь даже думать.

Глава 11

Ульяна

Стас ехидно ухмыляется, обнажая ровные зубы. Чувствую, как каждая мышца в моем теле

напряжена до предела. Замираю в ожидании его ответа.

— У меня просто на носу очень важный отчет. И мне нужно сдать его сегодня. А так как

мы проспали сад, то… — с силой вытягиваю из себя слова, ощутив не пойми откуда

возникшее смущение. Либо я просто боюсь отказа.

С другой стороны, если Стас и Тимоша сблизятся. Может ли это быть чревато

последствиями? Мысль о том, что они проведут время вместе, вызывает непонятное

беспокойство.

Стас очерчивает меня пристальным взглядом, медленно скользя глазами вдоль моего тела.

Будто бы такое ярое внимание к моей персоне поможет ему принять решение.

Почему он так долго молчит? От этого томительного ожидания сердце начинает биться

чаще.

— Если ты не можешь, то… Я что-нибудь придумаю, — дрожащим голосом добавляю ещё,

чувствуя, что какого-то черта ощущаю себя в его власти. Так и есть. От его согласия

зависит многое. Я не могу подвести своих коллег.

— Конечно да, Уль. Ещё спрашиваешь, — хмыкает Стас, дернув губы вверх.

— Этой же мой племянник. Как я могу отказать? Я побуду с ним. Не переживай, — на

мгновение голос Стаса смягчается, и даже… Взгляд. Он будто бы потеплел пот

упоминании Тимоши. Холодная сталь сменяется на теплый светлый луч.

— Здорово. Спасибо. Ты меня очень выручил, — искренне благодарю бывшего, и в груди

что-то вздрогнуло.

Запретные чувства, которые я так старательно пытаюсь подавить, вспыхивают с новой

силой. Эта близость, эта тяга… До дрожи, до потери пульса.

Нельзя. Ни в коем случае. Даже думать об этом нельзя.

Где-то в глубине души меня дико мучает совесть за то, что даже мысленно я предаю

Виктора, представляя себя не рядом с ним, а с его братом. Позор, Уля. Позор.

Хорошо, что никто не имеет способность читать мысли друг друга. Иначе моя тайна

раскрылась сиюминутно.

— Не благодари. Мы же не чужие друг другу люди, — Стас произносит эту фразу довольно

неоднозначно. И его, сказанные с тонким намеком слова, повисают в воздухе.

Сдавленно киваю в ответ, подразумевая под этим исключительно его родственные связи с

моим мужем.

Я, конечно, до конца не уверена, что это хорошая идея оставлять Стаса, который ни

разу в своей жизни не проводил время с ребенком, с Тимошей.

С другой стороны, он ведь сумел приготовить ему завтрак… Воспоминание об этом

согревает, вызвав теплую волну умиления. Может, все и не так плохо? Может, этот день

принесет не только решение рабочих проблем, но и… Что-то еще? Нечто трепетное и

запретное, что пульсирует где-то в самой глубине моей души, требуя выхода.

— Х-хорошо, — едва заметно качаю головой, думая о том, что мне срочно нужно бежать к

себе. И дело не в том, что меня ждёт работа. Она необходима мне сейчас для того, что

отвлечься от этих запретных, настойчивых мыслей, которые как пиявки присосались к

мозгу.

Далее я провожу Стасу мини-инструктаж о том, что можно делать с ребенком, а что

нельзя. Чем кормить, во что играть…

Все это время бывший внимательно меня слушает, не забывая то и дело бросать

неоднозначные взгляды. Когда он это делает, запинаюсь и давлюсь воздухом. Зачем он

так на меня смотрит?

— Уль, все окей. Я не глупый, справлюсь, — заверяет меня Стас, лукаво ухмыльнувшись.

— И прошу тебя, не своди с него глаз, — произношу важное напутствие, потому что сынок

— тот еще маленький моторчик. А вдруг Стас не уследит за ним? Вдруг что-то случится?

Чувствую внутреннюю тревогу, рвущуюся наружу.

«Он же его отец…»

Эта мысль в очередной раз пронзает острой иглой.

С такой же тревогой смотрю на бывшего.

И он… Стас словно чувствует это. Он нежно кладет свою ладонь на моё плечо и так

искренне, проникновенно смотрит прямо в глаза…

Его прикосновение подобно разряду тока.

От его мощности моё сердце останавливается. Я не могу ни мыслить, ни дышать, ни

стоять ровно на ногах.

— Все