Измена. Брат мужа - Оксана Алексаева

наблюдения?

— Да, — судорожно киваю я, вспомнив о том, что во вокруг дома установлено несколько

камер.

Но… Когда я приношу ноутбук и включаю записи, то понимаю с досадой и какой-то острой

тревогой, что этот человек будто бы знал, с какой стороны лучше проникнуть в дом

так, чтобы ни на одну камеру не попасть! Вот же черт…

— Что ж, ладно. Тогда осмотрим место происшествия и опросим соседей. Возможно, кто-то

что-то видел, — будничным тоном заключает старший полицейский, а я чувствую себя

как-то странно. Теперь я все более уверена в том, что этот инцидент был кем-то

спланирован.

Очень надеюсь, что до приезда Виктора больше никаких происшествий не случится.

Далее полицейские осматривают дом. Второй полицейский изучает территорию вокруг дома,

ища следы, которые мог оставить преступник. Он обращает внимание на отпечатки обуви,

сломанные ветки, брошенные предметы. Полицейские тщательно фиксируют все улики и

обещают продолжить расследование, надеясь поймать преступника.

— Мы позвоним, если будут какие-то новости, — произносит мужчина с блокнотом перед

уходом. А я так рада, что это наконец закончилось, что почти сразу же хлопаю дверью,

прижавшись к ней спиной и откинув голову наверх.

— Ложись спать. Я тоже пойду, — с какой-то скрытой заботой произносит Стас,

направляясь в свою комнату.

— Спокойной ночи, — слабо отзываюсь я в ответ, а затем быстрым шагом направляюсь

наверх.

Да, эта ночь была и в самом деле тяжелой. Засыпаю лишь под утро. Проваливаюсь в

глубокий сон. И… Игноирирую будильник. Когда продираю глаза, с ужасом осознаю, что

время перевалило за десять утра.

Твою ж налево! Мы с Тимошей проспали садик. Стоп…

Тимоша. Где он?!

Резко подскакиваю на ноги, лечу в сторону детской. Но сына там нет. Сердце начинает

колотиться в панике, пульс зашкаливает, в висках стучит тревога.

Хватаюсь за голову, будто в агонии бегу к лестнице.

Из кухни доносятся знакомые голоса. Моего сына и… Стаса. Ловлю запах чего-то вкусного

и ароматного.

На деревянных ногах спускаюсь на первый этаж, крепко вцепившись в перила лестницы.

Сердце зашкаливает в опасном ритме. Не понимаю, почему паника с такой силой сжимает

сознание. Почему я так сильно нервничаю из-за той картины, которую вижу перед собой?

Стас и Тимоша сидят друг напротив друга, поглощая завтрак. О чем-то беседуют,

смеются. Сердце замирает, едва я представляю себе, что на месте Вити все эти годы

мог быть Стас…

Глава 9

Стас

Уля. Девочка из моего больного прошлого. И вот судьба снова сталкивает нас лбами.

Только теперь не как влюбленных, а как… Родственников. Иронично, не правда ли?

Потому что однажды моя дорогая Ульяна выбрала не меня. Она выбрала Виктора, решив,

что он для неё более выгодная и значимая партия.

Все эти годы я тайком следил за её жизнью в соцсетях. Ульяна не особо активно

распространялась о своей жизни, но пары фото мне было достаточно, чтобы понять, что

она вполне себе удачно вышла замуж за Виктора и родила от него сына. Бывшая словно

назло мне это сделала. Как будто бы это был её какой-то план, насолить мне, сделать

больно. Сделала. Еще как сделала. Она будто бы знала, в каких мы с Виктором

находились в отношениях. Лютая ненависть, презрение, равнодушие. С самого детства мы

с братцем вели войну.

Никак не могли поделить любимые игрушки. Никак не могли поделить любимую мать,

которая металась между нашими отцами как между двумя огнями. Затем в ход пошли

девушки. Витек со своей стеснительностью и робостью всегда стоял в стороне. А я, в

отличие от него, был вовсе не из робкого десятка. И поэтому все внимание женского

пола забирал себе. Братец злился. Я это видел. Чувствовал. Но он, в силу своего

тихого зажатого характера, вида не подавал. Затем общий бизнес, который я решил

честно разделить и уйти в свободное плавание, дабы ни в коей степени не зависеть от

братца. Даже на дом не стал претендовать, ибо нечего мне было в нём делать. Слишком

много ненужных воспоминаний. Но жизнь иногда преподносит неприятные сюрпризы.

Банкротство. Конфискация имущества. И вот на тебе, у меня больше нет выхода, кроме

как явиться в этот проклятый дом, где меня встречает бывшая девушка с малышом на

руках. Не моим родным. Всего лишь племянником.

Знала бы она, каково мне находиться рядом с ней наедине в одном доме. Чего стоит не

наплевать на все условности и не наброситься на Улю диким зверем. Потому что ничего

не забыто. Я все ещё помню. Я все еще помню вкус ее губ, тепло ее тела.

И хотел бы повторить. Но не могу. Не имею, сука, права. Потому что прошлое должно

быть в прошлом. Но я какого-то хрена до сих пор им живу.

Одна глупая ссора. Неделя ледяного молчания. Я бухал, как проклятый, переживал,

сходил с ума. А Ульяна игнорировала меня. Развлекалась с братцем. Я должен

ненавидеть ее за это. Презирать. Чувствовать лишь холодную пустоту. Но нет… Один ее

взгляд, и меня бросает то в жар, то в холод. Эти пронзительные зеленые глаза, словно

пытаются заглянуть в самую душу. Хотят что-то сказать, но молчат. О чем она думает?

Помнит ли она нас? Вспоминает? Чувствует?

Хотя какое мне дело. Это временный этап моей жизни. Поживу здесь какое-то время, а

потом свалю в закат. Забуду об этой лисе, которая даже спустя годы умудрилась

вскружить мне голову. Но она никогда, слышите, никогда не узнает, что я до сих пор

по ней торчу.

Знаю, что это больное, нездоровое чувство. Стремно. Такой, как я, никогда ни от кого

не зависел. Но с Ульяной случилось всё да наоборот. Другие девки мимо. Все мимо. Не

цепляют. Не интересуют. Одна ночь. И досвидос.

Наверное, именно поэтому я так сильно злюсь на бывшую. Даже не из-за того, что

выбрала другого. А потому, что так прочно засела внутри. Гребаная пиявка, которая

намертво присосалась к сердцу.

Но ничего. Надо будет, вырву её прямо с этим бесполезным органом, который приносит

одни проблемы.

Ночь хреново сплю. Вся эта суета с полицией, попыткой ограбления и откровенная пижама

бывшей так и не дали мне спокойного сна. В особенности последнее. Вот, что больше

всего не давало мне покоя. Эти проклятые торчащие соски, просвечивающиеся сквозь

тонкую шелковую ткань… Меня бросает в жар от этих воспоминаний. Я проклинаю свою

слабость, свою одержимость ею. Мне нужно убраться отсюда. Срочно. Пока я не наделал

глупостей. Но для того,