Обреченность - Виктория Павлова

– Рассредоточиться, найти укрытие. – Чарли отрывисто давал команды. – Стрелять на поражение, через нас они не должны пройти.

– Попробуем уйти через северо-запад, пока там никого нет. – Я начинала паниковать, наблюдая, как команда проверяет оружие и ищет укрытия в густом подлеске. Хикс бросал на меня недовольные взгляды.

– Бенсон, – позвал Чарли, – ваш выход. Тереза подскажет безопасный проход через северо-запад. Вам придется сделать петлю. И соблюдайте радиомолчание. Возможно, они сели на нашу частоту.

– Нет! – Я скинула руку Ронни. – Я никуда не пойду. Я же ваши глаза.

– Тереза, спорить некогда. – Чарли кивнул Ронни. – Мы не дадим им пройти, а вы пробирайтесь в Холлертау. – Он шагнул ко мне и дотронулся до предплечья. Холодная решимость и раздражение от неповиновения не удивили. – Твой отец не отвечает. Я не знаю, что у них случилось, но план провалился.

В глазах Чарли застыла тоска. Он предчувствовал, что все плохо кончится, планировал и на этот случай. Сейчас бы не помешал оптимизм Джоша, но Чарли реалист, и он прав: план не сработал.

Колени предательски задрожали. Вдруг это последний раз, когда я его вижу?

– Они выйдут на вас через триста ярдов. – «Паутина» собиралась рассыпаться искрами. – Встретимся в Холлертау, – прошептала я непослушными губами.

– Встретимся в Холлертау. – Чарли кивнул и отпустил.

Ронни потянул за собой, и последнее, что я увидела – Чарли, исчезающего за деревьями.

Следующие несколько минут, шагая за Ронни, я отчаянно пыталась удержать «паутину», но из-за страха она то и дело норовила погаснуть. Преследователи добрались до парней. Я все еще надеялась, что это люди отца.

Раздался выстрел, потом еще один, и еще. «Паутина» рассыпалась.

– Мышка, ты куда? – Ронни схватил меня за руку, удержав от порыва броситься обратно. Его тревога усилила мою, заложило уши. – Нам в другую сторону.

– Противников же больше. – Я пыталась сосчитать выстрелы, но сбилась и вцепилась в Ронни. – Они не справятся.

Ронни нахмурился и хотел вернуться, то и дело оборачивался, но его чувство долга победило – он шагал на северо-запад и вел меня за собой. Выстрелы прекратились, и я не знала, что думать.

– Давай передохнём. – Я присела на поваленное дерево, через которое мы перелезали, и попыталась включить «паутину». Мешал страх за отца и за всю команду. Я не знала, что происходит, но паника точно не помощник.

Ронни застыл сверху, вертя головой. Мы прошагали больше мили, вряд ли засеку кого-то в «паутине», но я уже привыкла к ней, к ощущению, что хоть немного контролирую ситуацию.

– Мышка, надо идти. – Ронни волновался, стоя на месте. – Лучше не останавливаться.

– Погоди, дай минутку.

Страх мешал мыслить рационально. Я не справлялась. Представила, что рядом стоит Джош, берет за руку и щекотка непробиваемого оптимизма разрушает страх.

«Паутина» засветилась.

С севера шли трое. Если бы мы продвинулись вперед еще ярдов на двести, то наткнулись бы друг на друга. Никто из «Сентинеля» не успел бы сделать такой крюк и оказаться впереди. Что за чертовщина? Почему в лесу так много людей?

– Идем туда. – Я потянула Ронни на запад. – Только тихо.

– Не нравится мне эта беготня, – ворчал Ронни. – Лучше идти четко по курсу.

Минут через пять троица повернула на запад, рядом с ними появились еще точки.

– Мышка? Ты чего? – Ронни не успел остановиться, когда резко остановилась я, и чуть не толкнул меня на землю.

Что-то тут не клеилось. Если всю команду могли найти по радиопереговорам, то нас с Ронни точно нет, мы рацией не пользовались. Не мог же Виктор нашпиговать весь лес камерами или нанять столько людей, что они топтались на каждой миле. Неужели слышат, как мы идем? Или…

Я стянула рюкзак и сняла ветровку. В карманах завалялось несколько даймов, а в джинсах, кроме ножа, нашелся только старый чек за парковку.

– Что ты делаешь? – Ронни удивленно наблюдал, как я вытряхиваю содержимое рюкзака на траву.

– Как выглядит маячок? – Я ворошила кучу хлама: теперь уже ненужные документы, зубная щетка, салфетки, бутылка воды. Где часы?

– По-разному. – Ронни напрягся. – Обычно небольшой черный прямоугольник. У нас в офисе есть…

Он замолчал, когда я выудила со дна рюкзака черный прямоугольник.

– Такой? – Я показала ему находку.

– Не мог же кто-то из парней… – Ронни растерянно уставился на маячок.

– Хикс…

Он копался около рюкзаков. И Кросс. Не может быть! «Паутина» мигнула и почти погасла. На ней светилось семь точек.

– Мышка, ты что? Хикс бы не стал…

– Уходим! Быстро! – Я схватила нож и вскочила.

Только куда? Мы в капкане. За нами следили с самого начала. Наверное, и за отцом тоже! И что с ним? От ужаса я вспотела, «паутина» погасла окончательно.

– Стой! Дай-ка мне. – Ронни удержал меня за рукав и забрал маячок из потной ладони, развернулся и пошагал в обратную сторону.

Целых три секунды я пялилась ему в спину.

– Ронни, что ты делаешь?

– Мышка, не теряй времени, беги.

Его бас потерялся между деревьями, зато широкая спина в светло-серой куртке маячила впереди как парус на лодке.

– Сломай его!

Ронни обернулся и покачал головой.

– Беги! Испарись, просочись между противниками, как ты умеешь. Я выбью тебе фору.

Он демонстративно потряс рукой. Наверное, показывал маячок, но перед глазами все расплывалось. Лес слился в буро-зеленую массу.

– Я сказал, не ходи за мной! – огрызнулся Ронни, и я осталась одна, без «паутины» и без «хвоста». Потому что «хвост» увел за собой мой друг.

Ноги дрожали, пришлось присесть у дерева. Дыхание сбилось, никак не получалось сделать вдох, и липкая слабость обволокла тело. Я умру от страха посреди неизвестности, но об этом узнают не сразу, и бессмысленная борьба за трон будет идти, пока не падет последний. Перед глазами заплясали звездочки, и я услышала свой рваный вдох.

Мягкий жирный дерн между пальцами вернул к реальности. Травинки на ладони – зеленые, гладкие, с крупинками земли и запахом перегноя – самое реальное в окружающем кошмаре. Единственная реальность, к которой я могу возвращаться, и она не будет пугать. Трава и земля – настоящие, а вот я