Порочные любовники времени - Сара Сэмюэлс

Могу ли я этим воспользоваться?

Могу ли я использовать его боль, одну за другой распутать нити его секретов, пока он сам не отдаст мне всё необходимое, даже не осознав этого? Сейчас он был уязвим — беззащитен. Мне нужно было узнать больше. Мне нужно было подобраться к нему ближе.

— С кем ты разговаривал? — тихо спросила я, сделав шаг к нему.

Он замер, его спина напряглась, словно у испуганного зверя, почуявшего ловушку.

— Я знаю, каково это, — пробормотала я, медленно приближаясь. — Оставить позади всё. Всех. Уйти из единственного мира, который ты знала, и шагнуть в другой, где ничто не имеет смысла.

Он поднял на меня глаза, прищуренные и подозрительные.

— Всё, что я когда-либо любила, обернулось против меня, — сказала я. — Поэтому я здесь. Я тоже ищу. Ищу ответы.

Ещё один шаг. Теперь я была достаточно близко, чтобы прикоснуться к нему. Достаточно близко, чтобы увидеть, как трещины внутри него расползаются всё шире.

Но прежде чем я успела сделать следующий вдох, он вскочил с кресла и, едва не сбив меня с ног, бросился вдоль прохода, исчезнув между стеллажами.

Я вздохнула и опустилась в ещё тёплое кресло, которое он только что покинул. Ткань всё ещё хранила тепло его отчаяния. Уперев локти в колени, я обхватила голову руками.

Он был так близок к тому, чтобы сломаться.

Кинжалы, миссия, мир, который я пришла изменить, на мгновение отошли на второй план, уступив место чему-то другому — жгучей потребности узнать его, каждую его сломанную частичку, каждую скрытую правду, каждую тайну, которую он, возможно, хранил веками.

Мой пульс участился от предвкушения.

Я должна узнать больше.

И я узнаю.

Чего бы мне это ни стоило.

ГЛАВА 26

АЛИНА

Шли дни, а я продолжала издалека следить за Джеком Джеймсом, задерживаясь рядом ровно настолько, чтобы он успевал почувствовать моё присутствие — или начать гадать, как мне удаётся снова и снова находить его в толпе.

— Это самый слабый мужчина из всех, кого я когда-либо встречала, — пробормотала я, наблюдая за ним с другого конца кафетерия. Он, как всегда, сидел один, ссутулившись над подносом и словно стараясь сжаться до такой степени, чтобы вовсе исчезнуть. — Готова поспорить, он до сих пор девственник. Он живёт исключительно в собственной голове. А эти волосы — боже, они торчат во все стороны. Выглядит совершенно чокнутым.

И всё же я не могла отрицать очевидного: если мне нужны ответы и я всё ещё надеюсь найти кинжалы Солнца и Луны, этот эксцентричный мужчина — моя единственная зацепка. Как бы странно Джек себя ни вёл, в путешествиях во времени он разбирался лучше всех. Он был ключом, который я не могла позволить себе потерять.

Однажды днём я «случайно» столкнулась с ним возле книжного магазина. Он выглядел ещё хуже обычного: одежда мятая, волосы растрёпаны сильнее прежнего, глаза налиты кровью, взгляд рассеянный.

— Джек, — произнесла я, изображая беспокойство, — ты неважно выглядишь. Что случилось?

— Я бы предпочёл об этом не говорить, — пробормотал он, уже начиная отступать.

Я потянулась к его руке. От моего прикосновения он вздрогнул.

— Скажи мне, что случилось. — Я поймала его взгляд и впервые увидела совершенно отчётливо — отчаяние. Не страх. Не безумие. Отчаяние.

Его руки задрожали, когда он вцепился в волосы. А затем, не сказав больше ни слова, он резко развернулся и стремительно зашагал через кампус. Я последовала за ним.

В конце концов он рухнул на металлическую скамейку в парке, всё его тело подёргивалось от нервного напряжения.

— Что случилось, Джек? — спросила я уже тише, и в моём голосе прозвучало нечто почти похожее на искреннее беспокойство. — Что довело тебя до такого состояния?

Он застонал и провёл обеими ладонями по лицу, словно пытался стереть саму реальность.

— Сегодня тот самый день, — прошептал он едва слышно. — Я представляю своё исследование — итог каждой капли крови и пота, каждой бессонной ночи, которые я отдал изучению путешествий во времени.

— Это же замечательно, — сказала я с яркой, заранее отрепетированной улыбкой.

— Правда? — Его лицо помрачнело. — Я надеюсь, его хорошо примут. Надеюсь, это станет началом того признания, о котором я всегда мечтал. Я хочу, чтобы меня уважали, а не считали каким-то тридцатидвухлетним неудачником, который питается лапшой быстрого приготовления и китайской едой навынос, потому что слишком одержим своей работой, чтобы приготовить себе нормальный ужин.

Я молчала, позволяя ему беспрепятственно накручивать себя дальше.

— Я годами представлял заголовки со своим именем: «Джек Джеймс предложил блестящую новую концепцию путешествий во времени». — Он провёл рукой перед лицом, словно пытался сотворить эти слова прямо из воздуха. — Но презентация должна была проходить в аудитории 15Б — маленькой, знакомой, где я репетировал уже десятки раз. А теперь она вдруг… недоступна.

Он издал звук, нечто среднее между стоном и жалобным всхлипом.

Я приподняла бровь, невольно развеселившись.

— И? В чём проблема?

Он подался вперёд на скамейке, глаза широко распахнулись от тревоги.

— Аудитория. Они перенесли мою презентацию в эту чёртову огромную аудиторию. Она слишком большая. Там слишком… сильное эхо. Я боюсь, что встану перед всеми, и у меня в голове станет пусто — совершенно пусто. Мои мысли, исследования, всё, ради чего я работал, просто поглотит это огромное пустое пространство, словно всё провалится в чёрную дыру.

Я уставилась на него, с трудом подавляя желание закатить глаза. Этот мужчина, чьи знания были нужны мне больше всего на свете, пришёл в ужас из-за смены аудитории. Жалкое зрелище. Ещё немного — и его окончательно разнесёт на части. Но мне всё равно приходилось изображать доброжелательность.

Я заговорила самым мягким голосом, на какой только была способна, и коснулась его плеча.

— Уверена, защита твоей диссертации пройдёт успешно.

Он моргнул и повернул ко мне голову, словно впервые меня увидел.

— Ты просто так говоришь. Не стоило мне вообще ничего тебе рассказывать.

И затем, как и следовало ожидать, он поднялся и исчез по дорожке, словно его здесь никогда и не было.

Я отправилась на вводную лекцию по антропологии, но мысли всё ещё крутились вокруг Джека Джеймса. Когда занятие подошло к концу, профессор Джонс вышел вперёд и повысил голос.

— Все сюда! Небольшое объявление, — с театральным размахом произнёс профессор Джонс. — Сегодня в 16:30 в большой аудитории корпуса Джейкобсон аспирант Джек Джеймс будет представлять свою диссертацию о путешествиях во времени.

Он сделал паузу, уголки его