Боги пустынь и южных морей - Эрли Моури

кормы уходящего «Дарлона». Ядро влетело в окно, откуда теперь валил черный дым. Избавившись от опасного врага, Сарем Шаурим мог заняться багалой, медленно смещавшейся к Черным островам.

* * *

Даже без грохота и удара, отозвавшегося сотрясением в основании мачты, Эриса догадалась, что на «Банану» напали. И эта догадка тут же вдохновила и несказанно обрадовала арленсийку. Она рассудила: если напали другие пираты, то в их обществе вряд ли станет хуже, чем с капитаном Горуму, которому ее должны передать. А если не пираты, а какой-то военный или иной корабль, то такой поворот можно счесть милостью Величайшей. С палубы в открытый люк доносились крики и топот ног. Затем снова раздались звуки, похожие на громовой грохот, хотя небо – кусочек его виделся в люк – оставалось светлым и чистым.

– Терпи, не умирай! – сказала стануэсса наурийцу, смотревшему на нее большими, красными от боли глазами. – Надейся, что нас спасут. Неспроста же эти звуки, грохот и мерзавцы на «Банане» так напуганы!

Она попыталась еще раз распустить узел, больно стягивающий руки за спиной, но пальцы не дотягивались, как бы Эриса не выгибала ладонь. Оставалось ждать, чем закончится суета наверху.

– Как твое имя? – спросила госпожа Диорич наурийца, прекратив попытки справится с веревками. – Много дней плавали вместе, так и не познакомились.

– Рамгуа, – ответил тот, едва шевельнув толстыми губами.

– Я – Аленсия. Хотя ты слышал это много раз, – сказала она, подумав, что темнокожий скорее знает ее как Эрфину Морей.

К разочарованию госпожи Диорич крики и беготня на палубе стихли, и было похоже, что неизвестный корабль удалялся. Но затем, после грохота, раздавшегося в отдалении, команда «Бананы» снова всполошилась. А еще через несколько долгих-долгих минут, отмеряемых частыми ударами сердца и стонами наурийца, багала содрогнулась и накренилась на бок. Послышался звон металла, отчаянные вскрики тут же оборвавшиеся. Теперь на палубе говорили негромко. Слова Эриса не расслышала, как не напрягала слух.

Просвет люка потемнел, в трюм спустился аютанец в островерхом кожаном шлеме с бронзовыми вставками, стальном нагруднике со скимитаром. Бросив короткий взгляд на наурийца, согнувшегося на полу, он сразу подошел к арленсийке, убрал меч в ножны и произнес:

– Позвольте, госпожа, развяжу. Вы в безопасности.

– Надо же! Храни тебя Валлахат, мой спаситель! – Эриса повернулась, помогая ему добраться до узлов, и когда почувствовала, что руки ее свободны, попросила: – Не будете вы так любезны, помочь темнокожему воину, что лежит в проходе. Он тяжело ранен. Если не помочь, скоро истечет кровью.

– Сейчас придут люди, перевяжут его. А вас очень ждут на палубе. Прошу, – он подал ей руку, помогая встать.

В люк еще кто-то заглянул. Какой-то аютанец тоже в шлеме, и увидев арленсийку, поднял голову и громко известил:

– Она здесь! Все в порядке!

– Здесь! Хвала Валлахату! – крикнул еще кто-то и эту весть подхватили другие голоса.

«Оказывается, я такая важная персона!» – удивилась госпожа Диорич, поднимаясь из трюма. В мыслях мелькнуло: – «Только бы это внимание, не было связано с побегом с Фении! Все-таки далеко не все аютанцы дружественны к госпоже Аленсии».

Когда Эриса выбралась на палубу, мужчины, стоявшие полукругом у люка, мигом стихли. И вдруг один из них бросился к ней. Глаза арленсийки еще не привыкли к солнечному свету, и она не сразу узнала Лурация. Лишь когда совсем близко увидела его лицо, пронзительно вскрикнула и прижалась к нему со всей страстью. От радости сердце едва не пробило грудь. Стануэсса целовала его губы, его лицо и плакала, не в силах сдержать чувства. Лишь потом появились слова, наверное в этот божественный момент совершенно лишние, глупые:

– Как же, Лураций?! Как же ты здесь?! Как меня нашел?!

– Ментальный компас!.. – пояснил он, когда они вдвоем немного успокоились. – Я почти всегда был с тобой! Чувствовал, когда тебе было хорошо и когда стало плохо! Об этом потом! Все потом! Пойдем на «Аленсию»!

– Куда? – стануэсса на миг оторвалась от него, подумав, будто что-то не расслышала.

– Наш с тобой корабль, – господин Гюи повернулся, протянув руку к коггу, подпиравшему борт поверженной «Бананы», – названия ему «Аленсия». Правда неплохо звучит? И там у нас очень уютная каюта с большой кроватью. И еще много чего!

– Мои боги! Лураций! У меня не помещается сразу все в голове! – госпожа Диорич рассмеялась, прижимаясь к возлюбленному и поглядывая на тускло-блестящий бронзой борт корабля, возвышавшегося над багалой. – Но здесь у меня есть очень важное дело… – вспомнила она, вдруг сразу погрустнев. – Я должна это сделать, я поклялась. Прости, мой мальчик, но нам придется задержаться и пережить неприятные минуты.

Эриса отошла на несколько шагов от господина Гюи, оглядывая вооруженных аютанцев и выискивая взглядом капитана «Бананы». Снова повернувшись к Лурацию, спросила:

– Я могу попросить этих воинов о некоторых услугах?

– Они наняты в школе меча в Эстерате и полностью в твоем распоряжении, – ответил хозяин «Аленсии».

– Приведите сюда капитана этого судна. Его имя – Хенлиф! – распорядилась стануэсса и добавила. – Всю команду «Бананы» попрошу сюда!

Хенлифа подвели двое наемников, один из которых держал его за волосы. Вскоре вся команда баггалы в составе десяти человек выстроилась перед арленсийкой.

– Начнем с того, где мои баллоки? – мрачно спросила она, отступая к мачте, давая проход матросам "Аленсии", несшим на обрывке парусины Рамгуа – рану его наконец-то перевязали. – В вашей каюте, госпожа, – отозвался боцман после долгого молчания остальных.

– Вот как? А я уже думала, будто Эрфина Морей вовсе не госпожа, и меня переселили в трюм, – усмехнулась стануэсса и резко добавила, обращаясь к боцману: – Принеси их немедленно сюда! Сейчас прольется немного крови! Ее будет больше, если кто-то посмеет противиться мне!

Когда боцман «Бананы» удалился в сопровождении одного из наемников-аютанцев, Эриса повернулась к Лурацию и сказала:

– Мой любимый мальчик, здесь есть кое-какой ценный и тяжелый груз, нужно бы перенести его на "Аленсию". Лучше сразу в нашу каюту. Распорядись, пожалуйста, чтобы перенесли сундук и книги из той каюты, – она указала на дверь слева от капитанской, – а оттуда следует вынести все ценное, – Эриса изогнула пальчик к соседней двери. – Особое внимание на очень тяжелый сундук. Там золото. Нам же нужно золото, правда? Им, оно уже