Недотрога для хищников. Единственная для двоих - Олеся Рияко

После обеда мы даже не стали ждать нового дня, чтобы приступить к ремонту. Разделили обязанности из первого и сразу же взялись за дело.

Рину и Рэвул строили большой навес для быстрого доступа к материалам и обустраивали небольшой ремонтный склад на площадке у корабля. Мне же предложили заняться самым лёгким — я сидела на бревне в зоне барбекю и зачищала бесконечное количество проводов, которые требовались для замены выгоревших участков проводки. Я хоть и немного расстроилась скучной монотонности занятия, но не протестовала. Всё же это тоже было важное дело, и мы общими усилиями двигались вперёд, к спасению моих девчонок с орбиты.

В общем, это был тяжёлый день. Но несмотря на усталость, спать по его окончании совершенно не хотелось.

Наверно дело было в том, что я чувствовала себя невероятно вдохновлённой успехами! Да и парни тоже. Ведь нам удалось сделать куда больше, чем мы с ними поставили в график на день. Разумеется, я понимала, что работа не может всегда так активно спориться и обязательно будут дни, когда по каким-то причинам не удастся сделать и половины запланированного… Но всё-таки этот удачный денёк позволил мне поверить, что всё ещё возможно.

Рэвул сидел в кресле у иллюминатора и что-то мастерил, собирая из разрозненных деталей, которые доставал из большого ящика у своих ног, в котором к тому же лежали инструменты. Помнится, из него же он в день нашей первой встречи достал и мой ошейник-переводчик.

Рину устроился за обеденным столом. Разложив перед собой какие-то веточки и корешки, он увлечённо зарисовывал их в один из многочисленных больших блокнотов.

Я сидела, скрестив ноги на диване, и пила травяной чай. Доктор Исавур Эрив сказал, что теперь, если хочу, могу обходиться и без усыпляющего отвара из корешков. И я была только рада чем-то заменить эту гадость!

Разглядывая, как травяные и цветочные чаинки кружатся в горячей воде, после того как я в очередной раз долила себе напиток, думала, что это похоже на тихую семейную идиллию. Каждый занят своим делом и при этом находится рядом. Мы были такие разные… и всё-таки вместе. Я блаженно прикрыла глаза, чувствуя внутри, что-то совершенно новое. Какое-то неожиданное мягкое тепло.

Чей-то взгляд прошёлся щекотными мурашками по моей коже, и я открыла глаза, проверить, не показалось ли мне?

Не показалось. На меня смотрели они оба. Рэв склонив голову набок, а Рину подперев одной рукой подбородок. Другой он продолжал выводить что-то в блокноте, часто бросая на меня короткие мечтательные взгляды.

— Скучно тебе? — Прищурившись и с улыбкой, спросил Рэвул.

Я смущённо пожала плечами, и вдруг в голову пришла замечательная мысль! Я подняла в воздух указательный палец и, бросив «я сейчас!», кинулась в свою каюту под возмущённый возглас Рину.

— Эй! Ну ты куда? Останься с нами…

Но уходить я и не собиралась. Мне нужно было только добраться до коробочки, которая лежала в переднем кармане моего рюкзака, о существовании которой я совсем забыла.

— Будем играть в карты! — С энтузиазмом заявила я, едва передо мной открылась дверь в кают-компанию.

И тут же кое-чья ловкая лапища быстро выхватила маленький коробок из моей руки. Оказалось, что отлучалась не только я.

— Карты… О, давай!

— Рину!

А ведь я даже не заметила, как он подкрался сзади!

— Я силён в ориентировании. — Самодовольно заявил красноволосый, вытряхивая себе на ладонь колоду и тут же подвис, видимо, увидев не те изображения, которые ожидал. — Э-э… но здесь нет графического описания местности. Только не очень качественные портреты человеческих мужчин и женщин.

Он посмотрел на меня с удивительно раздражающим сочувствием.

— Хочешь, я нарисую тебе лучше?

— Это, между прочим, классическая французская колода. Ничего ты не понимаешь. Дай сюда!

Я тут же выхватила этот образчик земного искусства и творческой мысли из его неблагодарных рук. Рину скептически прищурился и следом за мной протиснулся в кают-компанию.

— Думаю, Ив Сандерс предлагает нам сыграть в какую-то землянитянскую игру.

Примирительно отозвался Рэвул со своего места и сразу же сложил обратно в ящик с инструментами то, что мастерил или ремонтировал.

Я удивилась. Казалось бы, что может быть проще, чем придумать карты. Да я была почти уверена, что у киранцев должны были быть хоть какие-нибудь настольные игры!

— Неужели у вас здесь, в этой части вселенной нет карточных игр?

— Ну почему же. — Беспечно пожал плечами Рину и стал перечислять, задумчиво глядя в потолок и попутно загибая правой рукой пальцы на левой. — Есть скринс, урфук и гадаза. Только для гадазы нужен гадазот, на этой планете его не достать.

Рэвул громко фыркнул.

— Будто для скринса или урфука всё в наличии. К тому же с нами девушка. Я бы не стал играть во что-то такое при девушке. Это унизительно.

Я прищурилась, с интересом переводя взгляд с одного на другого. Мне стало жалко, что я даже примерно не представляла, о чём они говорят. Иначе бы, разумеется, обязательно развела Рэвула и Рину именно на эту игру.

— Хм-м… заинтриговали. Но давайте для начала сыграем в мои карты. Эта игра совсем неопасная и даже очень весёлая!

Рэвул с готовностью поднялся с кресла и подошёл ко мне ближе.

— Что надо делать?

— О, всё очень просто! Этой игре меня научила моя сокурсница. Она называется «дурак».

Аня на самом деле была просто фанаткой этой простенькой карточной стратегии. А потом и нас с Лило на неё подсадила. Я была в принципе не против. Дело в том, что на длительных дежурствах очень часто было скучно, а запрета на настольные игры не было — слежение за периметром «Паллады» осуществлялось автоматически, от оператора только требовалось проводить повременной и экстренный анализ данных. И карточная стратегия с короткими игровыми периодами подходила для скрашивания бесконечно тянущегося времени лучше всего.

А ещё, по прошествии стольких лет, я могла с гордостью называть себя специалистом по «подкидному дураку»! Что, в общем-то, было таким себе достижением… Но зато позволяло мне иногда играть с подругами на спор, добиваясь от них того, что они бы просто так не предложили.

Например, однажды, обыграв Лило, я заставила её навсегда перестать жевать жвачку в моей каюте. Казалось бы, малость… зато как же приятно перестать влипать в эту дрянь самыми непредсказуемыми