Дорогая Шарлотта - Катерина Слезовская

на сидение напротив меня — Сколько ещё это будет продолжаться?! Неуправляемая, непослушная, дикая! Вечно себе на уме! Отныне тебе запрещено ходить в этот район, поняла? — Я просто хотела посмотреть ярмарку. — выдавила сквозь зубы. Обидно было до слёз. Почему мне нельзя идти туда, куда я хочу? Почему мне запрещено даже просто взглянуть на то, что другим можно? Почему мне нельзя просто поговорить с обычными людьми? Я же ничего плохого не сделала! Он такой же, как моя мачеха! Сиди, как мышь и не дыши. Почему просто нельзя самой помочь бедной женщине? Потому что боится, что обижу его драгоценную Амелию?! Потому что хочет получше распушить перед ней хвост?! Господи! Я ревную к самой себе! Хватит! — Угу, так я и поверил. — недобро усмехнулся герцог, а потом принялся рассматривать покупку, которую он у меня отнял. — Думаешь, это действительно понравится Амели? Я промолчала. Не о чем мне говорить с таким мерзавцем. — Хм, ну, Амели действительно хваткая и умная девушка с развитым чувством прекрасного. Может, ей и приглянётся. — продолжил Крастесс — Покажу ей завтра, а после, если понравится, нужно будет назначить встречу. Всё с ней обсудим. Амели, Амели, Амели! Амели то, Амели сё! Знал бы ты, Эдвард, как Амели тебя сейчас ненавидит. — Лотти, ты опять решила поиграть в молчанку? — снова зарычал на меня гад, так и не получив никакой реакции — Снова эти капризы не пройдут, прекращай. — Вы сами хотите, чтобы я была тихой, как мышь. Я лишь исполняю приказ. — бесцветно отозвалась, разглядывая пейзаж за окошком — Раз мне нельзя общаться с людьми, то и буду молчать. — Прекрати приукрашивать, Шарлотта. — тяжело вздохнул Крастесс — Если изворачивать всё так, то со мной я разрешаю тебе говорить. — А с Вами мне говорить не хочется. — отрезала, даже не взглянув на него. — Обиделась? — выдал гад примирительным тоном. — Я всего-то прогулялась вместо парка по ярмарке, потому что мне было интересно. Всего-то хотела купить понравившуюся вещь. Всего-то поболтала с обычной женщиной. — процедила я — А Вы набросились на меня будто я демон конца света! Наорали, оскорбили, отобрали мои покупки. Мало приятного, Вам не кажется? Хотя, знаю, не кажется. Вам вообще плевать на подобный мусор под Вашими ногами. Перешагнёте и не заметите. — Шарлотта, не говори так. Да, я переборщил, сознаю. Но ты сама меня разозлила. — нахмурился Эдвард — Я предупреждал. — А я не Ваша собачка, чтобы бегать на задних лапках и выполнять приказы. А ещё терпеть подобное обращение. — вскипела я — Вам плевать на моё мнение! Так и мне на Ваше тоже плевать! Верните меня домой! А командовать будете выводком своих любовниц! Хоть Люсиль, хоть Амели, хоть кем! — Я не верну тебя в тот дом. — отчеканил каждое слово герцог — Если тебе не хватает мозгов, что лучше оттуда уйти, то я решу это за тебя. Неужели ты не понимаешь, что так будет лучше? — Решатель нашёлся! — фыркнула я — Это не Ваше дело, что и как происходит в том доме! Не лезьте! Вас это не касается! Я сама способна за себя всё решить. — Видимо, совершенно не способна. — проскрежетал Крастесс — И меня это касается, Шарлотта! Ещё как касается! Всё это моё дело, ты — моё дело! Нравится тебе это или нет! — Тиран! — вскрикнула я — Мерзавец! Бессовестный подлец! И беспросветный, лживый бабник! — Прекрасно! — рыкнул гад — В этот раз даже не пришлось спрашивать! Ты сама провоцируешь во мне гнев, сама же и недовольна! — Грубый, бесчувственный солдафон! — выдала я. Опять ужасно разозлилась. Им бы так помыкали, я бы посмотрела на него. — Хватит! — рявкнул Эдвард и прижал руку к моему лицу, поводя большим пальцем по щеке — Сильно обиделась, да? Даже заплакала. — Прекратите! — дёрнулась подальше и принялась быстро вытирать слёзы, всё тело обдало волной ноющей боли — Да, Вы снова меня обидели. Можете гордиться собой. — А я вот не горжусь. — тихо прошелестел Крастесс, покачав головой со скорбной миной — Извини, пожалуйста. — Вот, возьми! — протянул он мне чёртову шаль — Не думал, что она тебе так понравилась. — Не надо. — прошипела я и отодвинулась в самый уголочек — Я не возьму. — Ну, возьми, Лотти. — настаивал гад — Ну что ты опять, как маленький ёжик? — Вы купили это для другой женщины, сэр. — отозвалась ледяным тоном — Вот ей и дарите. — Господи, Шарлотта! Я не имел всё это в таком ключе! — воскликнул Эдвард — Ты же сама сказала, что хочешь показать это Амелии! Здесь имеет место быть только деловое предложение. У нас с Амели ничего нет! — Не нужно передо мной объясняться, сэр. — покачала головой — Мы не в тех отношениях, чтобы я с Вас что-то спрашивала и тем более ревновала. Мне всё равно сколько и кого Вы любите. Это не моё дело и мне искренне не интересно. Главное, не трогайте меня. А за Ваше сегодняшнее поведение хочу Вас поблагодарить — Вы прекрасно напомнили, с кем мне приходится иметь дело. Потому что за Вашей мнимой заботой немного начало забываться. Немного подумала и добавила. — И насчёт Амели хочу предупредить. Она гордая девушка и знает себе цену, потому не станет размениваться на бытие любовницы. Ни Вашей, ни чьей-либо ещё. В общем, день у нас с герцогом не задался. Мне снова хотелось сбежать от него подальше и никогда не видеть. Противно, и до одурения обидно. Действительно, спасибо, что напомнил, какой он на самом деле. Крастесс же снова пытался меня как-то разговорить, прямо как прежде. Благо, вскоре плюнул на это бесполезное занятие и ушёл. Наконец-то оставил меня одну, чтобы я смогла спокойно закопаться в себе и горестно похныкать из-за своего глупого сердца, которое никак не хочет слезать с этого острого кинжала, что ранит и ранит, и ранит — и никак не прекратит. Эдвард вернулся только вечером, тихо зашёл ко мне в спальню, сложил стопку каких-то тряпок на тумбочку и уселся в кресло. Не знаю, что он там делал в темноте-то, вряд-ли отчёты читал. Я же всё это время усердно притворялась спящей, а в какой-то момент действительно уснула.

34. Герцог. И всё же хрупкий цветок

Герцог Эдвард Максимилиан Крастесс. Наглость Шарлотты бесила до зубовного скрежета. Нет, ну подумать только! Слегла с простудой! Хрен я в это поверю! Весь вечер ходил, как заведённый взад-вперёд по кабинету. Снова решил остаться в гостинице — не знаю, не тянет меня пока домой. Сначала разбирусь с одной