Бессердечный рыцарь. Книга 1 - Милена Янг

– Веди себя послушно, детка, – пробормотал предупреждающе.

Она впилась зубами в нижнюю губу, извиваясь под ним, когда мужские пальцы развели полы ткани в стороны, заскользив по обнаженной коже живота, нежно поглаживая ее теплой ладонью.

Казалось, будто она горела изнутри. Горячая волна распространялась по всему телу с каждым его прикосновением.

Дамиан неторопливо отбросил ткань на пол и попутно избавил ее от юбки.

Теперь девушка лежала под ним почти полностью обнаженная, и от этого кружилась голова.

– Мой Огонек, – он провел рукой по ее щеке, следом целуя там же, где касался.

Сжал ее горло, заменяя пальцы губами, втягивая нежную кожу в рот и посасывая до боли. Пока не ощутил, как остался след, который будет виден любому, кто осмелится посмотреть на нее.

А за ним еще один, и еще…

Она запрокинула голову, громко выдохнув.

Он скользнул кончиками пальцев по тонким косточкам ключиц и потерся об них губами. Спускаясь ниже. Накрывая ртом ее сосок сквозь легкую ткань бюстгальтера.

Она выгнулась навстречу, ощущая, как его зубы грубо укусили и потянули, а горячий язык тут же ласково зализал укус сквозь ткань.

– Ах… – спина девушки почти оторвалась от кровати, а пальцы судорожно вцепились в его волосы. Потянули – больно, вырывая из его горла сдавленное шипение.

Дамиан вернулся к ее губам, впиваясь в них глубоким, опустошающим поцелуем, потянув бретельки вниз по плечам.

Сдвигая белье вниз, к животу, и накрывая грудь ладонями, погружая язык в язвительный рот, о котором, блядь, грезил черт-знает-сколько-времени. Сжимая соски и пропуская между пальцев.

Она тихо простонала его имя, и Дамиана прошибло до самого нутра.

Вашу мать, как же сильно он хотел ее.

Жаждал забрать целиком себе.

Больше не мог ждать.

Она тоже.

Ощущая, каконупирается в ее бедро. Горячий и твердый. Так близко…

Тонкие пальцы проворно нащупали его ширинку, потянув молнию вниз. Стремительно доводя его до гребаного края.

– Огонек… – хрипло произнес он.

– Моя очередь тебя раздевать, – она присела в кровати, настойчиво выдергивая полы его белой рубашки из брюк. Быстро расправилась с пуговицами, и он расстегнул манжеты, помогая снять ткань с себя. Избавился от брюк сам.

Взгляд Эви жадно осматривал сотни татуировок, покрывающих его тело. Начиная от шеи и по плечам, до самых кончиков пальцев, все было забито рисунками с древнегреческими мотивами.

Она коснулась его предплечья, пройдясь по нему кончиками пальцев.

Татуировка с бабочкой у мечевидного отростка грудины. Эви наклонилась, легонько целуя ее. Его рука зарылась в огненных волосах, поощряя.

Она дразняще задела зубами крошечное серебристое колечко пирсинга в его соске, спускаясь ниже.

Дыхание Дамиана сбилось.

Две змеи на груди справа – черная и белая. Чуть выше тазовой косточки, контурное перо. Она нежно обвела рисунок языком, наслаждаясь его тихим стоном.

А потом вдруг заметила строчки.

Цитату, набитую в столбик внизу живота.

Tell them I was happy

And my heart is broken

All my scars are open

Tell them what I hoped would be

Impossible, impossible.

Казалось, все вокруг застыло.

– Ты оставил на себе нашу песню… – она подняла голову, слезы обожгли глаза.

Дамиан смотрел на нее с такой теплотой и нежностью, что Эви все-таки не сдержалась, всхлипнула.

– Маленькая, не плачь, – парень обхватил ее лицо руками, ласково целуя ее в кончик носа, испещренный веснушками, щеки, уголок губ.

– Зачем ты сделал эту татуировку? – ее голос дрогнул. Сорвался.

– Потому что хотел помнить, что когда-то любил и был любим по-настоящему, – тихо прошептал Дамиан в ответ. – Я не хотел забывать это.Нас.

– Ты меня ненавидишь.

– Это не мешает, – ухмыльнулся он и, надавив на ее плечи, толкнул на кровать, нависая сверху.

Спустился цепочкой поцелуев от горла вниз, лаская губами и языком грудь, всасывая поочередно соски, спустился ниже…

Отросшие непослушные пряди защекотали кожу живота. Она зарылась в них пальцами, ерзая от нетерпения.

– Пожалуйста…

– Еще нет, – с дьявольской ухмылкой Дамиан подцепил пальцами тонкую полоску нижнего белья, медленно спуская по коленям вниз.

Он широко раздвинул ноги девушки в стороны, располагаясь между ними. Его губы проложили влажную дорожку по внутренней стороне бедер, прежде чем коснуться ее промежности. Опаляя горячим дыханием, поддразнивая.

Она сжала его темные волосы крепче в своей ладошке, настаивая, моля о том, чтобы он продолжил.

Ногти царапнули кожу его головы. Дамиан только бессовестно ухмыльнулся.

Этот чертов смешок…

Эви ощутила его каждой клеточкой своего тела.

А потом он забросил одну из ее ног себе на плечо, вылизывая с таким голодом и упоением, что она захныкала от наслаждения.

– Моя любимая девочка, – хрипло произнес, умирая от желания овладеть ей. – Самая, блядь, лучшая.

Дамиан поцеловал ее между ног с языком, одновременно проникая внутрь двумя пальцами.

Губы девушки приоткрылись в немом крике, голова откинулась назад.

Он ритмично брал ее пальцами, безжалостно вытаскивая и погружая внутрь до тех пор, пока теплые стенки не начали сжимать его и сокращаться.

Раскаленный жар разнесся по каждому нервному окончанию, опаляя ее изнутри. Казалось, все вокруг исчезло. Осталось только это чувство – острого удовольствия, от которого потемнело перед глазами. Будто она упала с высоты, разлетаясь на тысячи кусочков.

Дамиан накрыл ее рот своим, глотая протяжный стон, позволяя почувствовать свой вкус.

Когда тело девушки успокоилось, тихо спросил:

– Ты готова?

– Да… – она обхватила его широкие плечи руками, наблюдая за тем, как Дамиан снимает с себя боксеры.

«Почему у меня такое чувство, что он стал еще больше?!..»

– Подожди, – Эви смущенно вспыхнула, кусая нижнюю губу. – Дам, мне нужно тебе…

– Что? – он обхватил ее лицо руками и нежно потерся губами об ее губы. – Смелее.

– Так как у тебя очень… – затараторила она и запнулась. – Теперь у тебя супер-член, а у меня никого не было пять лет, не мог бы ты, пожалуйста, быть немного нежным со мной этой ночью? – выпалила девушка, и ее щеки покраснели сильнее.

Дамиан резко выдохнул. Его взгляд потеплел.

«Я пять лет не трогал никакую девушку. Хотел умереть, сохранив вкус твоих губ на своих».

– Малыш, у меня тоже никого не было после тебя, – признался он тихо.

Но она услышала.

Конечно, услышала.

Сердце замерло в груди.

Дамиан выглядел таким уязвимым, искренним, таким…ее.

Эви приподнялась, притягивая его к себе за шею.

– Почему? – спросила она, ища его взгляд.

– Потому что, нравилось мне это или нет, но я никогда не переставал быть твоим, Огонек. Ты – единственная, кого я когда-либо хотел.

«И хочу».

– Но я думала… – она в замешательстве моргнула, глядя в его