Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

Но только одна попытка. Потом прекращаем независимо от результата.

Я присела перед мальчиком.

— Вы слышали. Один раз. Не спасаете двадцать четыре дракона по отдельности. Просто даете им то, что узда у них отнимает.

Теон сглотнул.

— Право выбрать.

— Да.

Он встал у окна.

На этот раз положил ладони на каменный край, чтобы чувствовать что-то реальное под пальцами.

Я осталась рядом.

— Вы здесь. Я рядом. Норен рядом. Под ногами камень. За спиной дверь. Если станет слишком много, сразу возвращаетесь к этому.

Теон кивнул.

Потом посмотрел на драконов.

Он ничего не произнес вслух.

Но я знала, какую единственную мысль пытался передать.

Выбирайте сами.

Несколько секунд не произошло ничего.

Потом Единая узда ответила.

Гудение под ногами стало сильнее.

Теон резко вдохнул.

Красные линии вспыхнули сразу на нескольких драконах.

Я уже хотела остановить его.

Он поднял руку.

Не прося продолжить дольше.

Просто показывая, что еще держится.

Внизу серый дракон, которому Теон помог раньше, повернулся в сторону центральной башни.

Не пошел туда.

Просто посмотрел.

Потом развернулся к собственному всаднику и лег возле его ног.

Следом остановилась красная дракониха.

Еще один дракон поднял голову и вместо движения к воротам ударил хвостом по металлической стойке, к которой крепился контур.

Красные линии начали гаснуть.

Не сразу.

Один участок за другим.

Гудение под ногами сорвалось.

Сначала стало неровным.

Потом раздался глубокий металлический треск.

Где-то ниже что-то разрушилось.

Норен схватил Теона за плечи.

— Все. Прекращаем.

Мальчик уже не спорил.

Отступил от окна.

Я посадила его на скамью.

Он был белым как стена.

— На меня.

Теон посмотрел.

— Назовите пять вещей.

— Вы. Норен. Окно. Скамья. Зеленая пластина.

— Хорошо. Дышим.

Он сделал первый вдох.

Второй.

На третьем снизу поднялся такой рев, что задрожали стекла.

Я резко повернулась к окну.

Но это уже был другой звук.

Не боль.

Драконы ревели по-разному.

Кто-то яростно.

Кто-то коротко.

Кто-то просто расправлял крылья и отвечал соседнему.

Больше не одновременно.

Не одним ритмом.

Каждый сам.

Красные линии на площадках гасли.

Одна за другой.

Их место занимали обычные движения.

Всадники подходили к своим драконам.

Некоторые животные отступали от людей.

Некоторые позволяли коснуться себя.

Несколько просто легли на камень, будто сил больше не осталось.

Тарн стоял рядом с Роэном.

Роэн держал ладонь на его шее.

Связь вернулась.

Я поняла это не магией.

По тому, как они снова двигались вместе.

Теон тихо спросил:

— Они свободны?

Норен смотрел на двор.

— Похоже.

— Все?

Я ответила:

— Пока не знаем. Поэтому сейчас не слушаем и не проверяем. Лорен разберется с контурами. Вы свою часть сделали.

Теон закрыл лицо ладонями.

— Я очень устал.

— Наконец-то разумное заявление.

Он даже улыбнулся.

Я дала воды.

Через минуту зеленая пластина вспыхнула дважды.

Потом заработала старая медная труба у стены, которой раньше подавали команды между уровнями.

Из нее донесся голос Лорена.

Искаженный металлом, но узнаваемый.

— Элина, Норен, сеть разомкнута. Центральная печать теряет питание. Теона больше ни к чему не подпускайте. Повторяю: его работа закончена.

Я ответила в трубу:

— И не собирались. Что с Роэном?

Возникла короткая пауза.

— Жив. Тарн свободен. Сейчас у нас другая проблема. Вальк запер внутренний архив и пытается уничтожить документы проекта.

Роэн оказался жив.

Только после этих слов я поняла, насколько сильно до сих пор боялась другого ответа.

Лорен продолжил:

— Судебная служба уже здесь. Оставайтесь наверху, пока не дадут разрешение спускаться.

Я посмотрела на Теона.

Он услышал.

— Я хочу к отцу.

— Пойдем, как только станет безопасно.

— Обещаете?

— Да. Теперь это обещание могу дать.

Ждать пришлось почти двадцать минут.

Для Теона они казались часом.

Для меня тоже.

Наконец дверь открыл судебный страж.

— Центральный двор очищен. Можно спуститься в нижнее западное крыло. Дальше пока нельзя.

Теон уже встал.

Норен осмотрел его еще раз и разрешил идти медленно.

Мы спускались по старой каменной лестнице.

Чем ниже, тем сильнее становился запах раскаленного металла и горелой магической смеси.

На одном из уровней лежала разломанная пластина с красными линиями.

Я не задерживалась.

Теон тоже.

В нижнем дворе мы увидели Роэна.

Тарн стоял рядом.

На шее дракона еще оставались следы красного контура, но света больше не было.

Теон побежал.

Я хотела остановить из-за слабости.

Не успела.

Роэн развернулся и поймал сына.

— Я говорил не геройствовать.

Теон обнял его за шею.

— Вы тоже.

Роэн закрыл глаза.

Потом посмотрел на меня.

Я подошла.

На этот раз не было причины сохранять расстояние.

Он одной рукой продолжал держать Теона, другой притянул меня.

Всего на несколько секунд.

— Вы целы?

— Да. Теон устал, но Норен говорит, ничего опасного.

— Я спросил и про вас.

— Тоже цела.

Роэн выдохнул.

— Хорошо.

Теон уже тянулся к Тарну.

Дракон опустил голову.

Мальчик приложил ладонь к чешуе.

— Он злится.

Роэн усмехнулся.

— Я тоже.

— Но на вас нет узды.

— Именно поэтому могу злиться по собственному желанию.

Теон посмотрел на него.

Потом неожиданно рассмеялся.

Я тоже.

После всего происходящего этот смех звучал почти неприлично.

И совершенно правильно.

Из внутреннего коридора выбежал человек судебной службы.

— Лорд Арден, Вальк открыл восточный выход из архивного сектора. Двое его людей задержаны, но он уходит к посадочной площадке. В архиве пожар.

Роэн сразу передал Теона мне.

— Оставайтесь здесь.

Я не спорила.

Сейчас это действительно было вопросом безопасности.

Роэн поднял меч и пошел к восточному проходу.

Тарн двинулся за ним.

Судебный человек попытался остановить:

— Дракона лучше не вести внутрь.

Роэн посмотрел на Тарна.

Тарн сам остановился у арки.

Роэн кивнул.

— Он тоже так считает.

Мы остались во дворе.

Я слышала команды.

Шаги.

Где-то работали люди, пытавшиеся остановить огонь в архиве.

Лорен появился через другую дверь с пачкой обгоревших папок.

— Они начали жечь реестры, но большая часть архивных шкафов защищена от огня. К счастью, люди, которые строили секретную военную программу, боялись потерять собственные записи не меньше, чем разоблачения.

Норен спросил:

— Есть что-нибудь полезное?

Лорен посмотрел на папки.

— Если половина названий внутри совпадает с индексами, которые я успел увидеть, Вальку будет очень трудно объяснить происходящее еще одной ошибкой технического отдела.

Со стороны восточной площадки раздался крик.

Потом металлический удар.

Теон напрягся.

— Это отец?

— Не слушайте людей через драконов, — сказала я. — Мы сейчас ничего