Песнь сердца и пепла - Анастасия Левальд

твой спаситель? Атрей с волшебником прилюдно казнены, к удовольствию народа, а насколько я знаю, из лап бога Смерти никому не удавалось выбраться. Те двое, – Зен перевел взгляд в сторону, – даже не знаю, кто они, – упали с обрыва. Мои люди прочесали местность и нашли их трупы. Все твои друзья мертвы. – Он развел руками и внимательно проследил за ее реакцией. – Или ты сама что-то можешь? – Зен приподнял брови, но Авила молчала. – Флавий запрещал Юфеймиосу обучать тебя достойно. Он столько лет водил тебя за нос, а ты даже не замечала этого. Ты же умная девушка, должна принять правильное решение.

Авила стиснула зубы, лишь бы не заплакать. И она не позволит себе этой слабости. Время слез и простого ожидания чуда прошло. Она не хотела верить Зену и старательно отгоняла его слова, не подпускала близко к сердцу. Она четко знала: Зен врет. Убивать их здесь, в столице, бессмысленно. Хотел бы, то прикончил прямо там, не доходя до Западного причала.

В голове всплыли одни из последних слов ее матери: «Ты гораздо сильнее, чем тебе кажется». Авила уже успела их позабыть, как и разговор, во время которого они были сказаны, но именно сейчас они показались подсказкой или нежным напутствием, проявились в памяти, подталкивая на верный путь. Властительница всегда верила и безустанно повторяла, что внутренняя сила способна победить любую магию, любые преграды. Авила нервно сглотнула. Она понимала, что именно хочет узнать от генерала, но слова застряли в горле. Решительность стремительно выпроваживала страх из ее сердца. Опыт, знания, ее родные – все это будет с ней. Назад пути уже не было, выбора среди дорог тоже. И либо она пойдет вперед, либо так и останется узницей госпожи Фортуны, так безжалостно разыгравшей очередную партию.

– Я хочу тебя спросить, – уверенно и неожиданно для самой себя быстро проговорила Авила. – Но… – Она взглядом указала на стражников позади Зена.

– Оставьте нас, – повернувшись вполоборота, приказал генерал и вернул ей заинтересованный взгляд, когда они остались наедине. – Слушаю.

Лишь ветер, все еще обдувающий кожу Авилы, давал время собраться с силами.

Зен прошел к балкону и закрыл дверцы, а она еще молчала.

– Как умерла моя мама? – резко развернувшись, спросила Авила.

– Сердце, – пожал плечами он и, спрятав руки за спиной, повернулся.

– Отец в последний наш разговор сказал, что она поплатилась жизнью за предательство. Я хочу знать правду.

Авила прищурилась: она хотела считать каждую эмоцию на холодном и равнодушном лице, если Зен вдруг проявит ее. Она четко понимала, что если отец приложил руку к смерти матери, то генерал об этом знает. Он – личный палач Властителя. Он убивал неугодных, выполнял всю грязную работу, скрываясь под черной маской слуги смерти, когда нужно было решить вопрос быстро и тихо. Авила задрожала от паузы, давящей на плечи.

– Зачем тебе это знать? – прищурился он. – Нечем больше потрепать себе нервы? – По выражению его лица, холодному, но в то же время ироничному, она видела, что он не хотел продолжать этот разговор.

– Сегодня свадьба, – Авила усмехнулась, заметив, как дрогнул Зен и чуть подался вперед, – а ты все еще не сделал мне подарок.

– Я так понимаю, если я расскажу, то ты не станешь сопротивляться?

– Да, – с дрожью в голосе ответила Авила. Дыхание участилось, она и сама не понимала, что говорит, но знала точно: больше у нее не будет возможности узнать правду. А дальше придется действовать по ситуации.

– Хорошо, – усмехнулся генерал. – Об этом должны были знать лишь мы с Флавием. Даже Атрей был не в курсе. Но, видимо, Властитель на старости лет решил ляпнуть тебе лишнего.

– Атрей не знал? – удивилась Авила. Атрей – правая рука отца, сложно было представить, что он о чем-то не знал. – И о чем же? – Понимание появлялось, но Авила до последнего не желала в это верить.

– Флавий приказал мне убить твою мать за измену, – холодно проговорил Зен, не сводя с нее взгляда. – Она намеревалась убить Флавия и занять его трон. Он об этом узнал.

– Нет, ей никогда не нужен был трон, она была верна отцу.

По щекам Авилы скатилось несколько слез, которые она не смогла сдержать.

– Ее предательство было доказано.

– Яд? – спросила Авила, прикусив дрожащую губу.

– Да, она приняла его из моих рук.

Выражение лица Зена не менялось. Он стоял и наблюдал за тем, как Авила тихо роняла слезы, пытаясь успокоиться. Последняя надежда на человечность ее отца рухнула, оставив после себя болящую глубокую рану. Внутри все сжалось, не давая свободно дышать, воздуха резко стало не хватать, в глазах потемнело, а ноги предательски обмякли.

– Я же сказал, – подходя ближе, говорил Зен, – не нужна тебе эта информация. – Он поднял руку и медленным движением, еле касаясь щеки Авилы, утер ей очередную слезу.

Авила отстранилась, попыталась сделать глубокий вдох и найти, за что ухватиться, чтобы не упасть на пол, но поблизости ничего не было. Ноги подкосило, и она уже была готова встретиться с полом. От падения ее спас Зен. Генерал придержал Авилу за плечи и слегка прижал к себе. Отвращение заставило ее содрогнуться, будто вместо поддержки она получила грубую пощечину. Авила тут же взяла себя в руки и, уверенно встав на ноги, развернулась спиной к нему.

– Пойдем, – вдруг сказал он. – Нянчиться с твоими капризами я точно не буду. Пора бы тебе повзрослеть и принять реальность.

Авила прикусила губу и повернулась.

Зен не стал дожидаться ответа и прошел к двери, а после один раз глухо ударил по ней, оповещая стражей снаружи. Он повернулся вполоборота. Авила все четче понимала, что сейчас ей нужно рассчитывать только на себя – она надеялась, что Зен лжет: Тайро, Зара, Дарион и Атрей с Юфеймиосом живы. Если это так, это спасет ее душу, но сейчас она должна спасти себя сама. Авила дала себе обещание – эти слезы по матери станут ее последними. Впредь она не позволит себе слабости. Генерал ждал от нее выполнения уговора – она должна была сейчас пройти вместе с ним к алтарю и принести клятву верности. Забавно. Авила усмехнулась и сделала еще шаг. Когда отец объявил ей о решении выдать замуж за принца Оружейного царства, она с уверенностью заявляла сама себе, что умрет в тот же день, а сейчас сама согласилась на это? Согласилась выйти за того, на кого бы никогда не посмотрела. По телу пробежал холод, и она вспомнила Тайро. Казалось, будто все время с ним проводила не она, а совсем другой человек,