Код: Забвение - Ария Блэт

Его смерть все еще проносилась перед глазами. Как она может так спокойно убить того, кто недавно был другом?

Я слышал ее сердцебиение. Оно оставалось ровным…

Медикопак прозвенел. Дверца кабины отъехала.

Ларне уже был в сознании. Бледный… Но главное живой.

— Тебе можно разговаривать? — хрипло спросил он.

— Да. Что-то случилось?

Не по правилам… Но я остался сидеть. Сил вставать не было. Все тело болело после плазмы.

— Нет… Спасибо. Правда спасибо. Если бы не ты… Я…

— Пожалуйста, — улыбнулся я.

Ларне сделал шаг… Пошатнулся и решил сесть на пол рядом со мной.

Мы просидели какое-то время в тишине, пока он не нарушил ее:

— Давно хотел спросить. Ты служил?

— У меня печать Забвения. Я не смогу ответить на этот вопрос.

— Да… Извини. Просто… — он запустил пятерню в волосы. — У меня есть ощущение, будто мы знакомы. Не первый раз уже. Тогда… Эм, на тренировке… Да и потом…

Я застыл. Как… Ларне же не может меня помнить.

— Может, звучит как бред сумасшедшего… — продолжил он. — Но я часто перебираю воспоминания прошлого. И многое у меня не сходиться. Мне кажется, что еще в кадетские годы у меня был лучший друг… Но из друзей, с которыми я тесно общался, помню Желина. Почему я вообще дружил с Желином? И зачем нам нужно было лететь с ним на Асмелиду во время каникул? Ни у него, ни у меня там даже знакомых не было… Почему мы знали Корнелию до ВУЦМО?

У меня ком застрял в горле. Что я вообще могу на это сказать?

Ворох идей, но ни одной о том, как обойти эту дрянь и сказать всего два слова: «Это я».

— Ты так рисковал сегодня, чтобы помочь мне… И так смотрел, что… У меня реально ощущение, будто мы знакомы.

Я не смог сдержаться. У меня по щеке потекла одинокая слеза.

Я быстро ее стер, но Ларне все-таки заметил.

— Ты чего?

— Я… Я правда не смогу сказать…

Корнелия зашла внутрь и выглядела задумчивой.

Она оглядела нас, остановившись на Ларне.

— Подпиши рапорт, что на тебя напал Желин. Угрожал тебе хириа… — Корнелия передала ему голографический монитор. — Можешь в зоне управления сесть, ознакомиться.

— Хорошо… Спасибо… — Ларне, пошатываясь, поднялся и ушел из медотсека.

Мы остались одни. Корнелия подошла к медикопаку, просматривая сводку из отчета.

Все произошло так быстро… Я же нарушил столько правил…

Как я объясню ей свои действия?

Никак…

Но попытаться стоит.

— Я…

— У него нет переломов? — перебила меня Корнелия.

— Нет, только ранения…

— Ни одного? Ребра?

— Нет. Все кости целы. Было несколько ушибов…

Я точно это знал. Следил за работой медикопака… Да и Ларне на самом деле крепкий орешек. Сколько тренировок, операций… Обычно выходил с ссадинами. Он бы не попал в такую ситуацию, если бы не доверял Желину.

— Сделай подробное заключение и перенеси на травлогер. Несколько копий. Сможешь?

— Да… Сейчас займусь.

Я сдерживая дрожь поднялся.

Наверное, ей нужно это приложить к рапорту. Учитывая все… Вряд ли у Корнелии будут проблемы. Но формальности нужно соблюсти.

Переброс данных занял какое-то время…

Я привычно прислушивался к разговору за стеной:

— Я прочитал, подписал… Спасибо, что занялась этим. Желин, завтра экспедиция… Я бы даже вспомнил о рапорте…

Корнелия кивнула. У нее в руке что-то было… Но на слух не разберешь, что именно.

— Жаль, ты не сможешь поехать с нами.

— Это ещё почему? Я уже в порядке, — Ларне явно попытался улыбнуться. — Посплю, вообще свеженьким буду.

— А как ты будешь с переломанными ногами?

О чем она?

— У меня не…

Я услышал хруст. Его ни с чем нельзя спутать. Так ломаются кости.

В груди похолодело.

Еще один хруст.

Я рванул наружу.

Картина, которая открылась, была еще ужаснее, чем Желин с бэйстером. Корнелия стояла с металлической битой над Ларне. У которого уже голени были вывернуты под неестественным углом.

— Вот видишь… — хмыкнула Корнелия.

На его лице застыла гримаса боли и ужаса. Только что давний друг пытался его убить, теперь еще и Корнелия…

В ее глазах не было ни жалости, ни сочувствия… Она выглядела как обычно, будто писала отчет или управляла кораблем. Сердце все также билось ровно, не сбивая ритм.

Она замахнулась ещё раз, но я перехватил рукоятку.

— Хватит… Пожалуйста… — прошептал Ларне. Он от шока и боли даже не мог кричать. — Пожалуйста… Хватит… Прошу.

Я никогда не видел его в таком состоянии… Даже при Желине.

Корнелия перевела взгляд на меня.

— Зачем?

Спросил я единственный вопрос, который крутился у меня в голове. Зачем ей это? Это же Ларне…

В ответ тишина. Биту из рук она не выпускала. Я продолжал ее держать, не давая нанести удар. Плазма вновь запустила свои щупальца, заставляя подрагивать от импульсов боли.

— Пожалуйста, Корнелия… — тихо проговорил я. — Не надо…

Ее пальцы разжались. Она как ни в чем не бывало пошла за рапортом и внесла в него какие-то изменения.

— Вали отсюда, — обратилась она к Ларне.

— Как?! — сдерживая стон ответил Ларне. — Ты мне вообще-то ноги сломала…

— Тогда ползи.

Я сделал шаг к нему, но это не укрылось от глаз Корнелии.

— Ладмин. Возвращайся в апартаменты.

Это приказ…

Плазма зашевелилась еще сильнее.

— Корнелия… — прошептал я, глядя на трясущегося Ларне.

Довести его до такого?! Да что с ней не так?

Она подняла взгляд на меня, наконец-то смотря прямо в глаза.

— Иди к черту, — выплюнул я.

Корнелия ничего не ответил, но было видно как желваки заиграли на нее щеке.

Я молча взял его на руки и понес. Да, прямое нарушение приказа. Так еще и самовольные действия. Но это же Ларне… Как я могу поступить иначе.

Боль пронзала все тело.

Плевать.

Да, она моя истинная…

Но сейчас…

Плевать.

На все плевать.

Захочет убить — убьёт.

Я буду не первым и явно не последним.

* * *

Ларне я погрузил в медикопак в полигоне. Переломы ног серьезные. Если бы не уровень современной медицины, неизвестно, чем бы это все закончилось.

Плазма гудела, не давая расслабиться.

Кабина открылась. Ноги в синяках, зафиксированы ортезами, но целы.

Ларне спал от введенного наркоза. Я взял его на руки и отнес в его комнату.

Пускай спит…

Только выйдя в коридор, я не знал, куда идти. Прошел пару поворотов и опустился у стены.

Возвращаться в апартаменты к Корнелии?

Не могу.

Остаться сидеть тут в коридоре?

Тоже не могу.

Плазма так и полностью мозги может сжечь.

Но самое паршивое даже не это… А то,