Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня - Тахира Мафи

И правильно делают.

– Эй! – Возле меня останавливается Кенджи и берет меня за руку. – Ты готова?

Я киваю и едва заметно улыбаюсь ему.

Одежда, в которую я нарядилась, позаимствована у кого-то. Но карточка, висящая у меня на шее под костюмом, совершенно новая. Сегодня мне выдали фальшивую карточку регистрации Оздоровления. Она служит доказательством того, что я работаю и живу на территории, контролируемой Оздоровлением, больше похожей на лагерь для военнопленных, и являюсь законопослушной гражданкой. Такие карточки имеются у всех граждан. У меня, конечно, ее не было, потому что меня очень рано отправили в сумасшедший дом. Таким, как я, не было необходимости ее иметь. Я абсолютно уверена в том, что все ожидали, что я умру в психушке. И поэтому карточка идентификации личности была мне не нужна.

Но эта карта особенная.

Не все в «Омеге пойнт» получают фальшивые карты. Наверное, это из-за того, что их исключительно сложно подделать. Карта представляет собой тоненький прямоугольник из очень редкого сорта титана, с вытравленным лазером штрих-кодом и некоторыми биографическими данными ее владельца. Кроме того, в нее вмонтировано приспособление для отслеживания человека, так что его местоположение может быть в любой момент отражено на экранах специальных мониторов.

– Эти карты следят за чем угодно, – пояснил мне Касл. – Они необходимы для того, чтобы посещать регулируемую территорию и покидать ее, приходить на работу и уходить с нее. Гражданам начисляют зарплату в электронных долларах. Она рассчитывается по сложным алгоритмам, где учитываются сложность профессии, а также количество часов, потраченных на работу, – так можно понять, сколько усилий они прикладывают и чего стоят. Зарплату начисляют каждую неделю, она автоматически переводится на чип, встроенный в карту регистрации. Потом эти электронные доллары можно будет обменять в центрах снабжения на еду или предметы первой необходимости. Потерять карту, по словам Касла, означало «лишиться средств к существованию, заработка и легального статуса зарегистрированного гражданина».

– Если вас остановят солдаты и потребуют подтверждения вашего статуса, – продолжал Касл, – для установления личности, предъявите им свою карту. Если этого не произойдет, – сказал он, – вас могут ожидать… весьма плачевные последствия. Граждане, которые ходят по улице без карты, считаются угрозой для Оздоровления. Они рассматриваются как личности, умышленно не соблюдающие законы, и к ним относятся с большим подозрением. Если вы отказываетесь сотрудничать каким-либо образом – даже если вам просто не хочется, чтобы каждый ваш шаг был зафиксирован и просмотрен на мониторе, – вы будете считаться поддерживающим мятежников. А это значит, что вы представляете собой вполне реальную угрозу. Угрозу, – добавил он, – которую Оздоровление сметет со своего пути без малейшего сожаления. – Таким образом, – вдохнув побольше воздуха, говорил он, – вы не сможете, да и не станете, терять свою карту регистрации. Конечно, в наших фальшивках нет приспособления для слежения и чипа, который нужен для контроля над электронными долларами, поскольку у нас нет технологии подделать их, да и намерений тоже. Но! Это вовсе не означает, что их ценность для всех нас уменьшается. И если для всех граждан на регулируемой территории такие карты являются частью их пожизненного срока, в «Омеге пойнт» они считаются большой привилегией. И вы будете относиться к своей карте соответствующим образом.

Привилегия.

Среди всего другого нового, что я узнала за это утро, я выяснила, что эти карты выдавали только тем, кто выполнял различные поручения за пределами «Омеги пойнт». Все те, кто оказался сегодня в этом классе, были тщательно подобраны среди лучших, сильнейших и наиболее преданных. Получается, что Кенджи совершил весьма смелый шаг, пригласив меня сегодня сюда. Теперь я понимаю, что так он продемонстрировал мне, что я заслуживаю его доверие. Несмотря ни на что, он повторяет мне – и говорит всем остальным, – что я здесь желанный гость и полноправный участник всего того, что тут происходит. Теперь понятно, почему Уинстон и Брендан так открыто беседовали со мной. Потому что они полностью доверяют всей системе, по которой функционирует «Омега пойнт». И если Кенджи доверяет мне, значит, все они тоже мне будут доверять.

Значит, я становлюсь одной из них.

И сегодня буду выполнять свое первое задание.

Предполагается, что я стану воровкой.

Глава 19

Мы готовы.

Касл должен присоединиться к нам очень скоро, чтобы вывести нашу группу из этого подземного города в реальный мир. Это будет мой первый шанс посмотреть, что произошло с нашим обществом почти за три года.

Мне исполнилось четырнадцать лет, когда меня забрали из дома за убийство ребенка. Два года меня без конца таскали из больницы по адвокатским конторам, оттуда – в центр по временному содержанию несовершеннолетних и к психологам, пока не решили упрятать меня понадежнее и навсегда. Меня поместили в психиатрическую больницу, и это было хуже, чем оказаться в тюрьме.Но придумано намного умнее, как считали мои родители. Если бы меня отправили в тюрьму, надзирателям пришлось бы обращаться со мной как с человеком. Вместо этого я провела последний год в кошмаре, как будто я была бешеным зверем, загнанным в волчью яму без всякой связи с внешним миром. Единственное, что я видела из жизни нашей планеты, – так это только то, что можно было наблюдать из окна палаты или во время моего побега. А теперь я даже не знаю, что меня может там ожидать.

Но я хочу видеть это.

Мне нужно это увидеть самой.

Я устала быть слепой, я устала полагаться только лишь на собственные воспоминания о прошлом и те крошечные обрывки информации, которые мне удалось наскрести из нашего настоящего.

Все, что я знаю, так это то, что Оздоровление правит планетой уже лет десять.

Я знаю это, потому что они начали свои первые кампании, когда мне исполнилось семь лет. Я никогда не забуду то время, когда весь мир начал разваливаться на составные части. Я еще помню тот период, когда все еще казалось нормальным, но уже и тогда люди начали массово умирать или что-то вроде того, а еды было вполне достаточно для тех, кто мог за нее платить. Это было еще до того, как рак стал вполне распространенным заболеванием, погода стала меняться в худшую сторону. Она превратилась в злобное существо с бесконечными катаклизмами. Я помню, как все восхищались Оздоровлением. Помню надежду в глазах моих учителей и объявления, которые мы должны были обязательно слушать прямо в середине учебного дня. Все это я хорошо помню.

За четыре месяца до того как я, четырнадцатилетняя девчонка, совершила преступление, Оздоровление было избрано