Сделка на совесть - Инна Сирин

— Тебя это смущает? Что ты там не видел?

— Надень.

— Хёншик. Вчера Тэгён нам помешал, но если бы он не пришёл…

— Ты хочешь закончить начатое? — он спросил это слишком серьёзно, даже сурово.

— Я думала, ты тоже хочешь, — совсем растерялась Ён Хи.

— Пропишем в контракте новый пункт?

— О чём ты?

— Ну как же. Госпожа Ли Ён Хи теперь жаждет физического удовлетворения.

— Что ты несёшь? — нахмурилась девушка.

Он подошёл неторопливо, словно хищник, готовый сожрать добычу. Бросил бельё на пол. Небрежно провёл тыльной стороной пальцев по её груди, убедившись, что там и правда ничего нет. Соски сразу отреагировали на его касание. Ён Хи задышала чаще, вцепилась пальцами в стол позади себя.

— Хочешь? — хрипло спросил он. — Давай. Это не займёт много времени. Тебя не сложно удовлетворить. — Он почти грубо задрал на ней юбку, провел руками по бёдрам.

— Пак Хёншик, ты чего! — возмутилась Ён Хи, отталкивая его. Но мужчина резко развернул её к себе спиной, прижался бёдрами к её ягодицам, с нажимом провёл по груди и животу.

— Ты же этого хочешь. Сделаем по быстрому.

— Не смей! Что ты творишь?! — закричала Ён Хи, вырываясь. Он особо не удерживал.

— А что тебя смущает? Всё, как договаривались. Никаких эмоций. Никаких чувств. Простая физика. Ты хочешь. Я хочу. Переспим снова, делов то.

Ён Хи ошарашенно уставилась на него. А когда он опять протянул к ней руки, влепила ему звонкую пощёчину.

— Ты сам себя слышишь?

Хёншик нахально, даже презрительно улыбнулся, красноречиво проведя взглядом по её телу, подцепил пальцем лямку топа. Ён Хи оттолкнула его руку, влепила вторую пощёчину, едва сдерживая слёзы, подхватила свой бюстгальтер и пулей вылетела из квартиры.

Когда дверь за ней захлопнулась, Хёншик зло ударил кулаками о каменную столешницу, разбив в кровь костяшки. Боли он сейчас не чувствовал, в груди ныло сильнее. Он не хотел её обижать, но так будет лучше. Даже слепой бы увидел притяжение между ними, взаимное и очень сильное. А ещё, что гораздо хуже, у них очевидно зарождались чувства. И сегодня он мог быть ласков с ней, они могли бы подарить друг другу много удовольствия. Когда понял, что под одеждой у неё только обнажённое тело, едва сдержался, чтобы не утащить в постель.

Но тогда пришлось бы признаться, что она ему нравится. Ей признаться, сказать это вслух. В тот вечер, если бы не Тэгён, так и случилось бы. Хёншик уже был на грани, как никогда раньше. Ён Хи буквально сводила его с ума. Щека горела от её пощечин. Заслуженно. Если бы его так обидели, он бы, наверное, не простил.

Лучше так. Пусть обижается на него, злится, ненавидит. Она заслуживает большего. Он всё равно не готов дать ей то, чего она хочет, не готов всё бросить и стать ей настоящим парнем и тем более мужем.

Ён Хи рвала и метала, швыряла вещи в комнате, плакала. Ну почему? Почему?! Почему?! Чем она это заслужила?! Вот правда, не надо было в него влюбляться! Глупая! Дурочка!

— Ты же знала, какой он! Ты знала, что так и будет. Сама виновата. Он никогда не изменится. Лицемер!

Значит вчера это была просто похоть? Она то, наивная, была уверена, что между ними что-то есть, что он тоже воспылал к ней не только телом. А оно вон как оказывается. Легко удовлетворить? Простая физика? Делов то?

Девушка осела на пол, прижавшись спиной к стене и жалобно всхлипнула. Она бы заплакала, да только злость победила. Нет, она больше не будет плакать из-за него. Обойдётся. Ей нужно побыстрее встать на ноги, набрать учеников, чтобы заработков хватало на съемную квартирку и самое необходимое. Остальное заработает потом. Отложенные за прошлые месяцы деньги можно использовать на запуск, аренду помещения и рекламу на первых порах. А потом она выедет из этого дома, оборвет с ним все контакты и откажется от оплаты в конце контракта. Ей не нужны его деньги. Ей вообще ничего от него не нужно.

Сделав несколько вдохов, Ён Хи поднялась на ноги, умылась холодной водой, побрызгала лицо увлажняющим мистом. Всё правильно. Ей стоит полагаться только на себя и ничего не ждать. Послезавтра Тэгён пригласил её погулять по городу в честь дня рождения Будды. Сперва она хотела отказаться, но передумала. Это выходной и если останется одна, будет думать, вспоминать и переживать.

— К чёрту. Я пойду гулять и повеселюсь. С Тэгёном всегда весело. На первую половину дня можно позвать подружек, чтобы убить время. А о нём даже не вспомню. Велика честь. Если нас увидят вместе с Тэгёном, ну и что? Мне уже наплевать. Он получше этого бессердечного хама. Простая физика, блин. Всё для тебя просто, Пак Хёншик, слишком просто.

Решив этот вопрос, Ён Хи сверилась с расписанием и стала собираться на занятие к своей первой ученице.

Два дня они не пересекались. Хёншик не рискнул ей написать, даже когда в сети тиражировали очередной слух о том, что девушка ему изменяет. И доказательством тому приводили её стремление к независимости через работу. Зачем невесте популярного актёра работать? Он ведь может её полностью обеспечивать. Не иначе прикрывает свои интрижки.

Что они подумают, когда увидят Ён Хи с Тэгёном на празднике?

Хёншик запустил пальцы в волосы и провел по всей длине. Правильно ли он поступил? Не в его правилах обижать людей и намеренно причинять боль. Особенно девушек. Он ведь старался быть дружелюбным, берёг репутацию. Но как тут ещё можно было поступить? Если бы не это, они бы снова оказались в постели, но после он её уже не отпускал бы никуда. И с Тэгёном рассорился бы. Стоит ли оно того? Наверняка после такого менеджер бы от него ушёл, а сейчас всё ещё опасный период, чтобы оставаться без проверенных людей. Одно неверное движение и его карьера может рухнуть навсегда.

Вчера утром мама написала, что бабушка словила второй в своей жизни инсульт. Надо её навестить в больнице. Сегодня реанимация, а завтра к ней уже будут пускать. Как раз отлично. Завтра день рождения Будды. Бабушкин любимый праздник. И день признания Тэгёна. У него уже закончились основные съёмки, остались рекламные контракты и подготовка к премьере, а так же промо-мероприятия. Но нагрузка уже не такая большая, можно выкроить время.

Остаток дня был посвящён работе и до самой ночи у него почти не было свободной минуты. Вечером он принял снотворное, чтобы не думать и поскорее уснуть.

Серое пасмурное утро совсем не выглядело