Наследница пророчества - Анали Сбрана

пролет в считанные секунды. Это был самый древний замок в Завуалированном Королевстве, а потому самый заброшенный, продуваемый всеми ветрами и наименее вероятный для визитов со стороны придворных или его отца, короля Андре.

Построенный на гребне горы Джайла в Каскадном горном хребте, замок Самравит возводился так, чтобы выдерживать суровую погоду за Проходом, десятилетние осады и самых злоязыких царедворцев, но ничто не могло защитить его от разрушительного действия времени. Поэтому еще во времена правления деда Заира замок забросили ради более роскошного дворца Этолия — сияющего хрустального замка в столице.

И Самравит вполне устраивал Заира.

Скучал ли он по проделкам в казармах? Больше всего на свете. Хотя он никому, кроме Рука или Кила, в этом не признался бы, было время, когда он страстно мечтал жить во дворце Этолия — если бы только удавалось избегать отца. У дворца были свои плюсы: инкры комфорта, ежедневно поддерживаемые придворными инкрамантами, чтобы в каждой комнате было тепло. Штат поваров, работающих круглосуточно ради вечерних пиров. И конечно, он нашел бы массу способов скоротать время с жаждущими внимания придворными дамами.

Но он никогда не задерживался во дворце дольше недели за раз, навещая его лишь во время главных праздников или обязательных королевских мероприятий.

После смерти Кила он приехал, чтобы предать брата земле, но отец не отпустил его сразу — истинная причина стала ясна лишь с появлением Наследницы. Как только она прибыла, король потребовал, чтобы Заир отправился прямиком в Верховный Собор для обучения у Верховных Провидцев, дабы узнать как можно больше о пророчестве. Однако Заир не выдержал там и дня: каждый коридор хранил воспоминания о Киле, каждый жрец и жрица смотрели на Заира и жалели, что он — не его брат.

Отец запретил ему возвращаться в казармы или оставаться у Рука и Дайса… поэтому он попросил провидицу Лем собрать стопку учебных материалов и уехал сюда.

Он читал до боли в глазах и разрабатывал различные стратегии, чтобы заставить ее принять их сторону.

Его последняя попытка… Выложить перед ней душу в таверне… Не сработала. Кил бы справился. С его лучезарной улыбкой, с этим его чертовым заразным оптимизмом… Никто не смог бы ему отказать. Даже кто-то столь упрямый и эгоистичный, как Одра Эверс. Сейчас она казалась как никогда прежде решительно настроенной игнорировать их бедственное положение.

Заир ворвался на кухню, прошел мимо ошеломленных Ивары и Азмеры, накрывавших на стол к ужину, и направился прямиком в погреб. Ему нужен был виски. Хороший виски. Он сам заполнил этот погреб много лет назад и точно знал, чего хочет.

С бутылкой в руке он проигнорировал предложение Ивары выпить воды и протянутую Азмерой тарелку с парящей горячей едой.

Они знали его достаточно хорошо, чтобы вовремя уйти с дороги, и все же Ивара последовала за ним из кухни. Он резко развернулся к своему третьему заместителю — самой жизнерадостной из всех в его Орде, — и прорычал:

— Что?

— Для тебя пришло послание через Проход. С печатью короля. — Она протянула ему письмо.

Он посмотрел на конверт так, будто это была ядовитая змея.

Ивара слегка помахала им, словно это могло сделать злосчастную вещь более приятной.

— Спасибо. — Он взял протянутый пергамент, засунул его в карман дорожного плаща и повернулся, собираясь уйти.

— Если…

— Мне нужен покой, Ивара.

— Если передумаешь, ты знаешь, где нас найти.

Он практически сбежал от ее мягкой, понимающей улыбки. Не в первый раз он задавался вопросом, как кто-то настолько милый может так легко убивать.

К счастью, его покои находились недалеко от кухни.

Он запер за собой дверь, сделал глоток и принялся стягивать сапоги, которые покрывал многолетний налет грязи с отвратительного пола таверны, а вовсе не зенаидская кровь, как подобало.

Кил…

Еще один глоток, и он рухнул в кресло у камина, который ни капли не согревал эту продуваемую всеми ветрами комнату. По крайней мере, виски немного согревало изнутри, несмотря на то, что воспоминания о брате заставляли его содрогаться от ледяной скорби.

Кил…

Он просто умолял Заира позволить ему занять его место — всего один разок, — и всё должно было пройти гладко. Кил тренировался бою так же долго, как и Заир, технически даже дольше, поскольку он был старшим братом, хотя самому ему еще не доводилось участвовать в реальных сражениях.

Поэтому, когда Кил предложил: «Позволь мне отправиться в это приключение, брат. Лем уже подтвердила: Наследник должен объявиться с минуты на минуту. Моя жизнь перестанет принадлежать мне полностью — если она вообще когда-либо принадлежала мне. Позволь мне получить хотя бы это одно приключение, что-то для меня и ни для кого другого».

И Заир тогда черт возьми уступил — несмотря на знание того, что отец придет в ярость, Верховный Провидец будет буйствовать, Верховная Жрица едва ли не отлучит его от церкви, и даже богиня Смерти не одобрит этот шаг, несмотря на всю ее любовь к хаосу. Но согласие Заира осчастливило бы Кила, дало бы ему что-то лично для него, личную победу, возможность сделать выбор самостоятельно, только для себя самого. И боги, Кил заслужил хоть капельку счастья, зная, что все королевство — само существование их народа — лежит на его плечах, и что его призыв к исполнению пророчества был уже неизбежен.

Поэтому они разработали план: Кил заменит Заира на следующем задании.

Это даже не должно было быть опасным; ничего безрассудного вроде открытого боя. Это была операция, которую Заир и Орда провожали уже не раз, готовясь к ней неделями. Они знали планировку замка вдоль и поперек, вплоть до мельчайших деталей.

Ивара должна была открыть Проход; Заир, который обычно вел всех за собой, уступал место Руку — опытному и более чем готовому справиться с этой ролью без сучка и задоринки. Джи-Хо и Тадессе должны были страховать их на случай, если что-то пойдет не так.

Все, что требовалось от Кила, — это молча держаться в тени и перерезать горло зенаидскому военачальнику, пока тот спит. Самой сложной задачей должно было стать обнаружение шеи этого толстосума под грудами шкур и тяжелых золотых цепей. Этот конкретный военачальник нажил свое гигантское состояние на зерне и вине, которые он отбирал у собственных голодающих подданных. У него не было наследников, способных занять его место, и грызущиеся между собой младшие лорды начали бы войну друг с другом за освободившееся кресло — еще одна трещина в обороне Зенаиды.

Легкая победа. Первый вкус настоящего триумфа перед тем, как Кил полностью отдаст свою жизнь храму