Плохой слон - Л. Дж. Шэн

— Твоя жалкая история не дает тебе права насиловать мою жену. — Я сдержал рык, стараясь говорить ровным и спокойным голосом. — Мы все ненормальные. Ты ничем не отличаешься от других.

На экране появилось текстовое сообщение.

Тирни: Я дала ему тридцатиминутное преимущество. Где же радость охоты, если добыча просто сидит и ждет, когда ее забивают?

Тирни: Кстати, ребенок душка. <3 <3 <3

— Я... я не знал, что она окажется твоей женой! — заныл Финтан. — Не говоря уже о том, что ты влюбишься в нее. Я думал, что это будет первый и последний раз, когда я ее увижу. И ты знаешь, что о ней говорили! — пролепетал он. — Что она сильно отстает в умственном развитии. Слишком тупая, чтобы понимать, что происходит вокруг нее. — Он икнул.

Ключи зазвенели. Упали на пол. Их снова подняли.

Я ничего не сказал.

— Пожалуйста, пожалуйста, поверь мне, когда я говорю, что я никогда не хотел, чтобы все так сложилось.

— У тебя было семь месяцев, чтобы признаться мне. Почему ты этого не сделал?

Тишина. Я приближался к особняку отца и Финтана.

— Я думал, что смогу решить эту проблему другим способом.

— Но ты этого не сделал. Сейчас ты должен быть уже на полпути через океан. Почему ты остался?

— Я... я подумал, что, может быть... что я... то есть, если бы ребенок родился не с рыжими волосами... — Он сглотнул. — Он мог бы родиться блондином. Или с каштановыми волосами. Или, я не знаю... — Еще одна пауза. — Это не должно ничего менять между нами. Все это произошло до того, как вы стали парой. Я не прикасался к ней с тех пор и никогда, никогда не прикоснусь. А она даже не помнит. — Он задыхался от последнего слова, и его снова охватил приступ рыданий. — Клянусь, Тирнан, я не хотел никому причинить боль. Это было просто безобидное развлечение. И я был пьян. Я имею в виду, совершенно пьян. Если бы я знал, что ты собираешься на ней жениться... влюбиться в нее... Боже, я бы никогда... — Он звучал так, как будто его сейчас стошнит. — Ты мой брат. Я люблю тебя. Ты всегда был для меня самым важным человеком. Прошу тебя. Никто не должен об этом узнать. Я точно никому не скажу. И... и... Лила! — воскликнул он. — Подумай о ней и ребенке, как они будут раздавлены, если узнают. Мы так хорошо ладим. Она доверяет мне.

Это было правдой.

Я подумал обо всех тех случаях, когда я снова оставлял ее с ним.

Я бы ударил себя по лицу, если бы не был за рулем.

— И я сделаю все, что ты хочешь. Пойду в реабилитационный центр. Перееду, если понадобится. — Он фыркнул. Я не мог поверить, что у меня тот же ДНК, что и у этого куска дерьма. — Мы можем притвориться, что этого никогда не было. Насколько знает весь мир — этого никогда не было. Только я, Тирни и ты знаете.

— Авария, в которой она едва не потеряла ребенка... — сказал я, оставив остальное недосказанным.

Финтан понял, что я имею в виду.

— Я... я послал людей, чтобы они это сделали. Но я сказал им не убивать ее, только ребенка, — сокрушался он. — Клянусь.

— Кто?— спросил я. Теперь они были как мертвые.

— Ростовщики, которым я был должен деньги. — Пауза. — Я сказал им, что если они убьют ребенка, я заплачу им пять миллионов.

Я остановился перед белым кирпичным особняком в стиле Тюдоров и заглушил двигатель. Закрыл глаза.

Он твой брат.

Он поднял тебя, когда ты вернулся домой.

Научил тебя английскому.

Спас тебя от самоубийства, когда ты считал, что жизнь не стоит того, чтобы жить.

Научил тебя находить радость в той жизни, которая у тебя осталась.

Если бы не он, ты бы покончил с собой после убийства Игоря. У тебя не было бы Лилы. Или Неро. Этой жизни.

— Пожалуйста. — Я снова услышал его. Я открыл глаза и посмотрел в окно второго этажа, сразу же обнаружив его, выглядывающего из-за занавески своей спальни.

— Тирнан, прости меня. Я бы никогда не тронул твою девушку. Тем более твою жену. Любого, кто для тебя важен. Я никогда раньше не делал ничего подобного. Никогда. В ту ночь я был в ярости. И пьян. Чертовски пьян. Я был в ярости на Каморру за то, что они выбили тебе глаз и имели наглость пригласить нас в качестве гостей. Я знал, что Ферранте пригласили нас только для того, чтобы похвастаться тем, что они с тобой сделали. Как будто ты был цирковой обезьяной или чем-то в этом роде.

Это, скорее всего, было правдой. Я все равно пришел, не слишком гордясь, чтобы отказаться от возможности уладить конфликт с Тейтом Блэкторном. Он месяцами вмешивался в мои юридические дела до этого.

— Это было мое «пошел ты» им за то, что они сделали с моим младшим братом. Одноразовое. Единственное. Ты должен мне поверить.

Я не произнес ни одного чертового слова.

— Ты простил Алекса Распутина за то, что сделал его отец. Ты пощадил его жизнь. Я уверен, что в твоем сердце есть место для прощения еще одного брата. Я поправлюсь. Я брошу пить. Я покаюсь в этом грехе. Клянусь тебе. Я сделаю это. И я буду лучшим дядей в мире.

— Я верю тебе, — наконец сказал я. — Я сейчас зайду в дом. Ты встретишь меня без оружия. У тебя будет готова сумка с самым необходимым. Я отвезу тебя в реабилитационный центр в Коннектикуте. И я не выпущу тебя оттуда, пока ты не будешь трезвым, как монахиня, в течение целого года. После чего ты переедешь в Ирландию, и я больше никогда тебя не увижу. Я ясно выразился?

— Д-да, — пробормотал он, разрыдавшись. — Спасибо, брат. Огромное спасибо. Я не подведу тебя...

Я отключил звонок, вышел из машины и направился к входной двери. Перед домом стоял только спортивный автомобиль Финтана. Жаль, что у него не будет времени попрощаться с отцом и Мэгги.

Я открыл входную дверь и вошел внутрь. Через несколько минут Финтан спустился по лестнице, держа в руке