Молия - Маргарита Серрон

он хотел рассмотреть в зеркале заднего вида девушку. Нет, сегодня в доме ему точно оставаться нельзя. Если ему в машине уже плохо, то не дай бог он пересечется с девушкой случайно ночью, а если она в комнату его зайдет? Или ночью они столкнуться в коридоре? Матвей от этой мысли весь сжался в сиденье. На ночь придется уехать их дома или перебираться в домик для гостей. Все лучше, чем быть убитым не за что, по глупости, когда до долгожданной свободы оставалось всего то три дня.

— Киан, я сегодня в домике гостевом заночую, нужно там порядок навести. Если что, ты мне звони на сотовый, — в машине сразу потеплело, Матвей почувствовал, что дышать стало легче. Удавка на шее расслабилась. Много он в жизни повидал, но с таким чувством собственничества сталкивался впервые. Это была не просто ревность, а какая-то болезненная, обостренная патология с нечеловеческой реакцией на простые житейские вещи. Мужчине вдруг стало жаль девушку, которая попала в руки к маньяку, с которым никто не в силах совладать. Даже он, Матвей, здоровый и сильный мужик, не сможет ее защитить. Хотя, о чем он говорит, видно было с самого начала, что птичка без памяти влюбилась в своего охотника. Она рада такому плену и готова отдать все, что угодно, лишь бы быть с этим монстром рядом. Вон, на нее даже его яд не действует. А может они созданы друг для друга? Неосознанно Матвей опять посмотрел в зеркало на девушку и почувствовал, как невидимые импульсы сжали его горло. Дышать стало нечем.

— Полегче, Киан, ты хочешь до дома доехать? Или сам садись за руль, — Матвей потер свою шею, ледяной обруч ослаб. Больше он не повернет голову. К черту, пусть сами разбираются со своей дурацкой любовью. Только бы не поубивали друг друга за три дня. Плакали тогда его гонорар и безбедная старость.

Моля сидела в машине счастливая и беззаботная. Только она умела так быстро переключаться с одного состояния на другое. Она посмотрела на свои руки, они немного покраснели, но не болели. Зачем тогда забивать голову ненужными вопросами? Ну горели и горели. Ничего же не случилось? Киан спас ее от самой себя и это самое главное. Он ее герой. Все, о чем она только мечтала последнюю неделю, сбывалось. Любимый мужчина был с ней рядом, держал ее руку в своей и нежно гладил своими пальцами ее ладонь, пуская волны возбуждения по всему телу. Она сделала все, чтобы спасти Макса и теперь ее душа спокойна. А что еще нужно? У нее было впереди три счастливых дня с любимым, воспоминания о которых будут греть ее всю оставшуюся жизнь.

Они приехали в усадьбу уже поздно вечером. Киан не спешил, сначала он покормил Молю мясом и тушеными овощами, затем вход пошли фрукты и конфеты, причем все остатки сладостей он слизывал с ее губ сам, Моля возбуждалась и краснела. Затем он ее раздел и опустил в ванну с теплой водой. Он стал натирать ее тело ароматическими маслами, получая при этом бешенное удовольствие. Его большая сильная рука плавно скользила по женской груди, животу, бедрам, он не мог остановится, наслаждаясь каждой линией идеального женского тела. В его мире эталоном красоты считались худосочные длинноногие красотки, но им было далеко до миниатюрной землянки. Такие полные круглые женские груди Киан не ласкал несколько столетий. Как только он стал жрецом, в его пастель попадали только девушки из высшего общества, с определенными размерами бюста. Их пропорции были тщательно выверены. Но не одна из них не могла похвастаться такими роскошными упругими ягодицами и такой красивой грудью, как у землянки. Моля мурлыкала и улыбалась. Она то и дело пыталась свалить двухметрового мужчину в ванну. Она была точно ребенок, которому дали игрушку. Киан, весь мокрый и в пене был сам на себя не похож, он чувствовал себя молодым, безрассудным и абсолютно расслабленным. Моля вернула его в те времена юности, когда груз ответственности еще не изменил его сущность до неузнаваемости. Неужели и он когда-то мог вот так просто радоваться, прожигая жизнь день за днем? Когда это было? И в какой жизни?

— Киан, это самый счастливый день в моей жизни, — девушка посмотрела на выпуклость в джинсах любимого и округлила глаза, ее рука сама потянулась к его молнии на брюках, — Это не честно, ты опять мошенничаешь?

— Я? Да я самый честный из нас двоих, я никогда не скрывал своих желаний. Я хочу тебя так, что у меня сводит яйца между ног.

— А вот сейчас и проверим, — Моля расстегнула брюки и стянула их с мужских бедер. Киан не носил трусов, и вся его мужская сила вырвалась на свободу.

— Ого, я и не рассмотрела в прошлый раз, какой ты большой, — когда девушка обхватила руками всю длину зажав ее между грудей, Киан закатил глаза, он сдавал позиции, а они еще не дошли до кровати. Не выдержав, он одним махом вытащил мокрую девушку из ванны и понес в кровать. Сейчас он не мог уже ждать, но в следующий раз он уже не будет так спешить. Моля была не против, она мечтала о мужских объятиях не один день, и сама была на взводе. Ее природная сексуальность, спящая многие годы, проснулась и разрывала ее чувствительность на мелкие осколки, каждый из которых хотел ощутить тело любимого мужчины.

Ведьма тоже не хотела ждать, она не выдержала бы долгих прелюдий, только не сейчас. Киан вошел в тело девушки одним движением, он был воином, завоевателем, им овладела такая жажда женского тела, что он сходил с ума, вбиваясь каждый раз все глубже. Моля перестала ощущать окружающий мир, для нее сейчас во вселенной существовал только один мужчина и она была готова отдать ему не только тело, но и свою жизнь. Она парила в экстазе, ей казалось, что раньше она была лишь пустым сосудом и только Киан был способен заполнить ее тело, подарив ей неземное наслаждение. Она отдавала себя всю без остатка, чувствуя, что ее женская природа наконец полностью раскрылась. Ведьма закричала, оргазм взорвал ей мозг, опалив все ее тело. Она чувствовала, как Киан кончил вслед за ней. Они были единым целым и парили в такой высоте, которая была многим недоступна. О такой близости мечтают все, но не многие находят к ней дорогу. Потом еще несколько минут они лежали и молчали, приходя в себя. Слова были не нужны. Их связь была почти осязаемой.