Ты в моем сердце - Аня Дарк

И Павел неожиданно коснулся самой непослушной пряди волос, уложив ее на место. Моё сердце пропустило удар, а затем, словно дикое, сорвалось, бешенно стуча о рёбра. Павел смотрел на меня таким пронизывающим взглядом, что я растерялась. Раскат грома заставил нас обоих резко повернуть головы к морю. А там темнотой серых туч на меня смотрел Рома. Почему в этот момент я подумала именно о нем? Вся романтика момента в мгновение исчезла, растворилась.

— Пожалуй, Вы правы, — севшим голосом, сказала я. — Нужно возвращаться. Кажется сейчас пойдёт дождь.

Но я ошиблась. Пошел не дождь, а ливень. Такой сильный, что мы за считанные секунды оба промокли до нитки. Радовало только, что отель был совсем недалеко.

Дождь шел весь вечер, ночь, и на следующий день проводил нас в аэропорт. Словно само небо из-за чего-то злилось на меня. На нас.

Весь обратный путь, я не сомкнула глаз, боясь снова оказаться в неловкой ситуации, уснув на плече шефа. А в мысли снова то и дело пробирался Рома, и его злой взгляд цвета грозового неба.

13

Павел

Что со мной сделала эта девчонка? Вся моя выдержка разбивалась в дребезги при виде ее улыбки и горящих от восторга глаз.

До командировки во Владивосток я был уверен, что тяга моя к ней чисто физическая. Если бы это было так, я бы справился. Но тут было замешано что-то иное. Глубинное. Мне хотелось узнать о ней всё, видеть ее улыбку и смущенный взгляд, стать центром ее мыслей и фантазий.

В последний раз я испытывал нечто подобное, когда познакомился с Полиной. Воспоминания накрыли меня с головой и практически весь полет я думал не об Алине, а о бывшей жене, вопреки логике и здравому смыслу. Всё смешалось, окончательно поставив меня в тупик. Вот же она рядом, такая манящая и открытая. Но мысли почему-то были где-то далеко. С другой женщиной.

Алина странным образом действовала на меня. Растапливала моё холодное сердце своим огнем, который таился в глубине ее глаз. Когда она с восторгом смотрела на красоту природы вокруг, я не видел ничего, кроме ее горящего взгляда. Словно прикованный, очарованный, околдованный ею.

На набережной я уже собирался ее поцеловать, как сама природа помешала мне это сделать. Словно она была против, остудив мой пыл огромными холодными каплями дождя.

Но уже в лифте отеля желание накрыло меня с новой силой, когда мокрая ткань платья облепила тело Алины, очерчивая женственные изгибы. Острые соски мощным магнитом удерживали на себе мой взгляд. Мозг отказывался думать. В тот момент мной овладевали лишь голые низменные инстинкты, которые требовали единственно верных действий.

Но теперь стушевалась вдруг Алина. Она юркнула в свой номер, будто за ней гнались демоны.

Этот страх и растерянность в ее глазах отрезвили меня. А вдруг это просто влечение и оно пройдет, как только мы переспим? И что тогда? Тогда я сделаю ей больно и сам лишусь ценного кадра. И всё потому что я не смог вовремя удержать свой член в штанах. Нет. Если и быть этим отношениям, то точно не вот так.

С того дня я решил, вернуть некую дистанцию между нами, но перестал отрицать, что Алина интересна мне, как женщина.

Я дал ей выходной по возвращению из командировки, но она не явилась в офис и на следующий день. Как я об этом узнал? Да легко! Заглянул в кабинет переводчиков, потому что уже успел соскучиться по ней. Рома снова окинул меня тяжелым взглядом. Нужно поговорить с ним и выяснить, что происходит.

— Алина не отвечает на звонки, — развела руками на мой вопрос, кажется Екатерина, — Но вчера она жаловалась на сильную головную боль.

Дальше слушать не стал. Вернулся в кабинет за ключами от машины и рванул к ней домой. Благо адрес был, я же сам вызывал ей такси к аэропорту и обратно.

К ее дому долетел быстро, но всё равно не стал ждать лифта и за секунды преодолел несколько этажей до нужной квартиры. Ее номер всё же пришлось узнать в отделе кадров. Нажал на кнопку звонка раз. Два. Три. И только через минуту услышал шаги, а затем щелчок. Дверь открылась и я увидел Алину. Она была непривычно растрепана и в домашней пижаме.

— Павел Андреевич? — удивилась она. — Ой, Вы простите, — Алина судорожно начала приглаживать волосы. — А сколько времени?

— Уже десять, — сказал я и вошел внутрь без разрешения, — У тебя всё в порядке? — спросил взволнованно и быстрым движением положил руку на ее лоб, — Да ты горишь! Ложись в кровать, я сейчас.

Развернулся и бегом направился в аптеку. Набрал там всего, что только можно и вернулся обратно. Дверь была открыта, поэтому я сам вошел в квартиру, налил стакан воды и подошел к Алине, которая, как я и приказал, смирно лежала постели. Сердце моментально сжалось. Горящие щеки выдавали высокую температуру, а болезненный вид делал ее такой беззащитной, что хотелось обнять ее и забрать страдания себе.

— Вот, выпей, — протянул ей стакан и таблетку. — Это жаропонижающее. Что-то болит?

— Нет, только слабость, — тихим голосом ответила она.

— Видимо, ты простудилась после прогулок под дождем.

— Наверное. Спасибо, Павел Андреевич, — выдавила она слабую улыбку.

Я сел рядом с ней на кровать и накрыл ее ладонь своей. Она сначала вздрогула и застыла. А потом расслабилась и уснула. Через полчаса температура спала и я, поправив сползшее одеяло, нехотя ушел. Вечером позвонил и, убедившись, что с Алиной всё в порядке, дал ей несколько выходных на восстановление и отдых.

14

Роман

Пока Алина с Павлом была в командировке я места себе не находил. Сколько не одергивал себя за это, всё безрезультатно. Алкоголь и девушки ни на грамм не облегчили моих душевных терзаний. Так можно и с ума сойти. Твердо решил для себя, что по возвращению поговорю с Алиной. Вдруг напридумывал себе лишнего, и между ними ничего нет.

Но в день, когда Алина должна была выйти на работу, она не появилась. Я даже забил на свои принципы и позвонил ей, но она не взяла трубку. Необъяснимая паника запустила свои щупальца в мою душу. И когда я уже был готов сорваться с места, дверь кабинета открыл Павел и сходу спросил, конечно, о ней. Мои кулаки непроизвольно сжались. А когда Катя сказала, что Алина вчера себя плохо чувствовала и сейчас не отвечает на звонки, Павел изменился в лице. Не