Смертельная жара - Патриция Бриггз

В кабине не было места для них четверых, и, взглянув на Анну, Чарльз изменил направление и запрыгнул в кузов грузовика. Мгновение спустя Анна грациозно приземлилась рядом с ним. Хостин дал задний ход и на полной скорости выехал с парковки. Он остановился и распахнул пассажирскую дверь для Кейджа, который, как и все люди, был медленным и последним добрался до грузовика.

Не прошло и десяти минут, как Хостин остановил машину перед двухэтажным домом из светлого оштукатуренного кирпича. На подъездной дорожке был припаркован бордовый «БМВ». Когда они все вышли из грузовика, Хостин поднял руку. Он посмотрел на Чарльза и указал на заднюю часть дома.

Братец волк заколебался, но решил, что в этой ситуации можно подчиниться приказу, потому что в беде оказалась семья Хостина. Хостин лучше всех знал, как организовать охоту.

Анна, на которую Хостин не обращал внимания, решила пойти с Чарльзом, и легко запрыгнула на восьмифутовую цементную стену, отделявшую улицу от частного двора. Она ждала его на стене, пока он быстро, но тщательно оценивал ситуацию.

Задний двор был небольшим с засухоустойчивыми растениями и мощеной дорожкой из плитки, которая окружала довольно большой бассейн. Никого не было поблизости. Только несколько детей играли в другом бассейне в нескольких метрах к западу.

Но Чарльз заметил, что кто-то слишком громко включал мультфильмы в одной из комнат на верхнем этаже дома Кейджа. Он выпрямился и пошел вдоль стены, пока не оказался довольно близко к дому. Кто-то позаботился о безопасности, и в пределах досягаемости человека от стены не было окон. Но Чарльз никогда не был обычным человеком.

Он прыгнул в сторону дома, ухватился за подоконник и подтянулся, чтобы заглянуть в комнату, откуда доносился звук.

У стены под окном стояла кровать. Он видел затылки трех человек, сидевших на полу и опиравшихся на кровать. Двое из них были маленькими детьми, которые тесно прижимались к подростку. Один из младших детей дрожал от рыданий.

— Папа ведь приедет, правда? — спросил кто-то из детей.

— Папа придет, — сказал подросток. В его голосе звучала надежда.

— Она все еще там? — спросила девочка. — Она перестала стучать в дверь.

— Я не знаю, — ответил подросток. — Все будет хорошо. Вам просто нужно оставаться со здесь со мной, Майкл. Я позабочусь о вас.

Чарльз беззвучно опустился на землю, а затем вернулся к стене, где его ждала Анна.

— Дети наверху, в той комнате. Не думаю, что кто-то из них ранен, но одному из нас нужно подняться туда и убедиться, что с ними все в порядке. Ты не такая страшная, как я.

Чарльз говорил тихо, чтобы его не слышали в комнате, где громко работал телевизор.

— Мне взломать окно или разбить его? — спросила она.

Окно было современным. Ему пришлось бы сломать задвижки или разбить стекло. Но Анны могла сделать кое-что другое.

— Почему бы тебе не попросить детей открыть окно? — предложил он. — В крайнем случае, разбей стекло. Я прослежу, чтобы ты благополучно попала в дом. Потом я войду в дом с задней стороны.

Чарльз спрыгнул обратно на землю и отошел в сторону. Анна грациозно прыгнула к окну и подтянулась. Но продолжала подтягиваться выше, пока в окне не показалась вся верхняя часть ее тела. Потом она постучала в окно.

— Прошу прощения, — сказала она.

Чарльз не представлял, как отреагируют дети, которые заперлись в спальне, чтобы спрятаться от… от чего-то. Он надеялся, что старший мальчик не вооружен. Но комната была обставлена в стиле маленькой девочки, а не для мальчика-подростка. Если у парня был пистолет, то, скорее всего, он в другой комнате.

— Кто ты? — враждебно спросил подросток.

— Я оборотень, как и твой прадед, — ответила Анна веселым голосом, как будто она постоянно висит на руках за окном. — Мы с мужем были на ранчо, когда ваша мама позвонила вашему отцу, и ее голос был странным. Они с твоим прадедом входят через парадную дверь. Мой муж войдет через черный ход, но он подумал, что вам может понадобиться союзник. Я сильнее, чем кажусь. Но сначала вам придется открыть окно.

Раздался щелчок, и окно открылось внутрь. Люди часто делали что-то для Анны. Это не похоже на то, как Бран приказывал, и окружающие просто делали то, что он им говорил, не успев подумать. Но люди хотели делать то, о чем их просила Анна.

— Спасибо, — сказала она, перекидывая ноги через подоконник. — Я уже начала чувствовать себя немного глупо. Меня зовут Анна, но я не знаю ваших имен. Мы с Чарльзом ехали сюда в кузове грузовика, и я только что познакомилась с Кейджем, вашим отцом, так что не было возможности узнать подробности. Вам придется представиться самим.

Она болтала с ними так, будто все было в порядке. Чарльз присел и осторожно приблизился к французским дверям, чтобы проникнуть в дом. Внутри Кейдж позвал жену по имени, но ответа не последовало.

Чарльз осторожно открыл дверь и, не теряя времени, скользнул внутрь.

Анна прижалась спиной к стене, сбоку от двери, между детьми и причиной их страха. Они были в безопасности, насколько это возможно в данный момент.

— Ладно, — сказала она. — Майкл, Маки и Макс. Расскажите мне, что случилось. Мы услышали только несколько странных сообщений от вашей мамы. — Анна прислушалась. Кейдж тихо звал жену, и она сомневалась, что дети услышат его голос. Челси не отвечала.

— Я вернулся домой с тренировки, — начал Макс. — Мама была на кухне, а дети смотрели телевизор в гостиной. Она казалась немного странной, но я решил, что она устала, ведь много работает. — Он посмотрел на Майкла, который решил, что приключения маленькой рыбки на экране интереснее, чем женщина, забравшаяся в окно.

Убедившись, что не напугает брата, Макс продолжил, стараясь говорить спокойным голосом, чтобы не привлекать внимания брата:

— Она резала морковь на разделочной доске, и я потянулся за кусочком. — Он помедлил, снова взглянув на младшего мальчика. Сестра похлопала его по руке.

— Чинди, — сказала она очень тихим голосом.

Макс кивнул ей в ответ.

— Чинди.

— Что такое чинди? — спросила Анна.

— Дикие духи, злые силы, неправильные вещи. — Макс нервно пожал плечами. — Это слово навахо.

— Я не должна была этого говорить, — тихо произнесла Маки. — Я сказала, и мама разозлилась. Это все моя вина.

Макс фыркнул.

— Это просто суеверие. Это неправда.

— Анали Хастин говорит, что нельзя произносить это слово, иначе злые духи придут за тобой, — возразила она.

— Анали Хастиин… — Макс проглотил конец фразы. — Послушай, малышка, ты ни в чем не виновата. По словам Кейджа, многое из того, что