Тыквенный переполох. Бабуля на отборе - Дита Терми

случай нападок (или может быть всё-таки попугать их тыквами-светильниками?) и твёрдое намерение на балу не только танцевать, но и наслаждаться каждым моментом своей второй, безумно весёлой молодости.

Глава 11. Отпор

Утро перед балом началось не с трелей птиц, а с дурацкой выходки мои конкуренток.

Когда я вышла в маленький внутренний садик, чтобы подышать воздухом, моя нога провалилась во что-то мягкое и холодное. Я едва удержала равновесие, схватившись за ближайшую толстую лиану.

Взглянув вниз, я увидела, что весь путь от моей двери до скамейки был густо усыпан… тыквенной мякотью. Не кусками, а именно скользкой, липкой, раздавленной массой. Кто-то добросовестно размазал по камням содержимое нескольких крупных плодов.

Это была месть именно для меня. Ведь этот дворик плотно прилегал именно к моим покоям, а грязь была от моей двери.

«Началось, – подумала я без раздражения, а даже с азартом. – Ну что ж, девочки, хотите поиграть в подлянки? Бабушка поиграет с вами в свои игры».

Я аккуратно обошла ловушку, сняла испачканные туфли и, взяв их в руку, босиком направилась прямиком на кухню. Повара в ужасе засуетились, увидев знатную даму с грязными ногами, но я их успокоила.

– Муки, пожалуйста, милые. Пшеничной. И два больших подноса.

С их помощью я набрала на подносы внушительные горки белой муки. Вооружившись ими, я вернулась в коридор, ведущий к покоям конкуренток. Дверь в общую гостиную была приоткрыта, оттуда доносились сдержанные хихиканья. Веселятся, значит. Думают, как я валяюсь в тыквенной слякоти. Бедная и несчастная.

Я толкнула дверь плечом и предстала на пороге в своём не самом торжественном виде: босиком, с грязным подолом платья, но с абсолютно безмятежным лицом.

Блондинка и её три верные подружки сидели за чаем. При виде меня хихиканье оборвалось.

– О, леди Мариетта! – сладко произнесла блондинка, приподняв бровь. – Мы уж думали, вы… поскользнулись. На улице сегодня так скользко.

– Да, скользко, – согласилась я, ставя подносы на пол. – Но знаешь, милочка, что скользит ещё лучше? Мука!

И, прежде чем, они успели сообразить, я с силой вышвырнула содержимое первого подноса прямо на полированный до блеска пол перед ними. Белое облако взметнулось к потолку и осело ровным, скользким ковром на каменных плитах.

– Что вы делаете?! – взвизгнула одна из подружек.

– Обустраиваю пол для следующего танца, – невозмутимо ответила я. – «Танец глупых гусынь на льду». Хотите присоединиться?

Блондинка вскочила, её лицо исказила злоба.

– Как вы смеете!

– О, я ещё не начала, – улыбнулась я и с размаху швырнула второй поднос. Мука покрыла не только пол, но и низ их платьев, и табуретки. – Видишь ли, когда старшие идут, младшие должны уступать дорогу и не раскидывать свой органический мусор. А то можно и поскользнуться. И не только на тыкве.

Она сделала яростный шаг вперёд, но её нога на муке поехала, как на льду. Она дико замахала руками, пытаясь удержать равновесие, и в итоге грузно, нелепо шлёпнулась на зад. Её подружки вскрикнули, пытаясь помочь, но лишь сами поехали и свалились в кучу, поднимая новые облака белой пыли. Они выглядели до того комично, что я не сдержалась и громко рассмеялась.

– Вот видишь! Я же говорила – скользко. Теперь сидите и не дёргайтесь, пока служанки не уберут. А то мало ли, шею сломаете. Невеста с гипсом – зрелище такое себе.

Оставив их возмущённо копошиться в муке, я удалилась, чтобы отмыться и переодеться. Но на этом месть не закончилась. У меня была идея получше.

В обед я приступила ко второй части плана. С помощью всё той же верной Лианы и пары симпатизировавших мне кухонных мальчишек мы добыли три крупные тыквы. Устроились в уединённой беседке. Я взяла острый нож.

– Что будем делать, леди Рита? – с интересом спросил один из мальчишек.

– А ты когда-нибудь слышал о празднике, где тыквам вырезают страшные рожи, а внутрь ставят свечку, чтобы пугать всех кругом? – спросила я, уже прочерчивая на оранжевой кожуре контуры.

– Н-нет… – он округлил глаза.

– Вот и я не слышала. Но сейчас мы создадим такой праздник.

С ловкостью, которой позавидовал бы любой резчик по дереву (спасибо, годам вырезания фигурок из овощей), я создала три шедевра. На первой тыкве – широко раскрытый в немом крике рот и треугольные, косые глаза, полные ужаса. На второй – злобный, хищный оскал. На третьей – просто дурацкая, кривая ухмылка.

Внутрь каждой мы поставили по короткой толстой свече. Когда их зажгли, эффект превзошёл все ожидания. Свет, пробивающийся сквозь прорези, отбрасывал на стены беседки пугающие, пляшущие тени. Сами тыквы будто ожили, превратившись в стражей потустороннего мира.

– Страшно! – с восторгом прошептал мальчишка.

– Так и задумано, – удовлетворённо кивнула я. – Теперь, друзья мои, тихая миссия. Нужно поставить эти светильники перед покоями девушек. Будет весело. Они наряжаются сейчас на бал, а когда выйдут… ой, и крика будет, – хихикнула я. – В общем, один нужно оставить прямо перед дверью блондинки, второй – под окном её главной подружки, третий – в нише в конце их коридора. И погасить все другие факелы на этом этаже.

Мои верные товарищи мне помогли, план был исполнен безукоризненно. Девушки, занятые приготовлениями, уже и не думали о подставе с моей стороны. Я же, притаившись за колонной, наблюдала.

Первой вышла из комнаты одна из подружек, вероятно, чтобы что-то взять у служанки. Она повернула за угол и, увидев в конце тёмного коридора пылающую ухмыляющуюся рожу, замерла на месте. Затем издала звук, средний между визгом и икотой, и бросилась назад, снося на бегу небольшой столик.

Затем распахнулась дверь блондинки. Она вышла, чтобы узнать причину шума, и её взгляд упал на тыкву-хищника прямо у её ног. При свете свечи её собственное лицо стало маской настоящего, первобытного страха. Она отшатнулась, вскрикнула и захлопнула дверь со всей силы.

Я же потёрла руки, мысленно ещё раз поблагодарила ребятню и Лиану, и пошла с чистой совестью собираться на бал. Всего какой-то час разделял меня от встречи с тем, от кого сердце начинало стучать быстрее.

Тыквенная война была выиграна. Теперь нужно было готовиться к настоящему сражению – к балу. И ещё мне очень хотелось понять. Понравился ли мой подарок одному хмурому дракону или нет?

Глава 12. Бал

Великий бальный зал сиял, как одна