Обманчивый союз - Айви Дэвис

потому что это означало бы выбор стороны. И поскольку все их мужья заключили сделки с Франко, они не могут выбрать меня. Мои младшие братья и сестры и мама не могут приехать, поскольку они все еще живут с Франко, а он никогда бы этого не позволил. Кроме того, он даже не должен знать об этом брачном союзе. Все должно храниться под замком. Вот почему планирование свадьбы не займет много времени; единственными присутствующими будут Нина, ее семья и я. Свадьба состоится в церкви, а потом мы поужинаем вместе, как новая семья, и все. Не самая романтичная свадьба, но в крайнем случае сойдет.

Я надеваю смокинг, когда на меня нахлынули воспоминания о похоронах моего отца. Поскольку сегодня день моей свадьбы, похороны кажутся уместными, учитывая все обстоятельства.

Я помню, как смотрел на своего покойного отца, когда он лежал в гробу на церковном помосте, а его люди окружали мою семью и меня, пока мы скорбели. Сесилия рыдала рядом со мной, держась за свой крест и изо всех сил стараясь пробормотать молитву. Я схватил ее за руку и поднял голову, сдерживая слезы.

Мне было двенадцать, и я уже пытался показать, какой я мужчина. По другую сторону от меня сидела Франческа, которая тихо плакала. Даже в трауре она была тихой. Джемма не могла сдержать слез, а Эмилия пыталась держать себя в руках ради всех. Мии, моей младшей сестре, на момент, когда еще не родились близнецы, было всего восемь. Она выглядела такой хрупкой, когда стояла рядом с Сесилией и плакала. Это единственное, чему я всегда завидовал близнецам, Люсии и Луке. Они родились через девять месяцев после смерти нашего отца. Они никогда не знали, каково это — скучать по человеку, который их вырастил. Мой отец был для меня образцом для подражания, и его не стало.

Даже после смерти он все еще был похож на моего отца. Его темные волосы и морщинистая кожа, несмотря на средний возраст. Рикардо Моретти. После смерти он выглядел намного меньше.

После того, как церемония закончилась, и мы прибыли в центр отдыха, где проходил прием, я побрел куда-то один. Я только что увидел паука, которого хотел убить, но Джемма попыталась остановить меня. В конце концов, после нашей драки она упала навзничь, и наша мама отругала ее. Я воспользовался этим в своих интересах и вышел на улицу, где сел на крыльцо. Я посмотрел на отцовский кулон, который висел у меня на шее. Мама подарила его мне час назад. Я все еще начинал к этому привыкать.

Чье-то присутствие за моей спиной заставило меня обернуться. Франко, так похожий на моего отца, что это причиняло боль. На мгновение я подумал, что это мой отец, пока он не вышел на солнечный свет, и я не увидел разницу между ним и моим отцом. В то время как мой отец был высоким и широкоплечим, Франко был немного худее и ниже ростом. Хотя у них обоих были одинаковые темные волосы и проницательные глаза.

— Антонио, — сказал он, кивая мне сверху вниз. Мой отец без колебаний сел бы рядом со мной на землю, но Франко держался на расстоянии. — Я вижу, у тебя кулон твоего отца.

Я сжал его в руке. — Да.

— Знаешь, поскольку я заступаю на его место, будет вполне уместно, если ты отдашь его мне.

Я спрятал кулон под рубашку и встал, держась подальше от Франко. — Нет. Мне его подарила моя мама, а она знала моего отца лучше, чем кто-либо другой. Он хотел, чтобы он был у меня.

Франко мрачно усмехнулся, от чего у меня волосы на затылке встали дыбом. — Ты действительно думаешь, что твоя мать знала твоего отца лучше всех? Он был моим братом. Мне кажется, я знал его лучше всех.

— Нет. Ты ошибаешься.

— Просто отдай мне кулон, Антонио. — Он протянул руку. — Это не должно быть трудно.

Я огляделся и заметил, что мы с Франко были одни снаружи. Все остальные были внутри на приеме. Я протиснулся к двери. — Нет. Это принадлежало моему отцу, а теперь принадлежит мне.

— Просто отдай его мне. — Франко бросился в мою сторону, и я отскочил назад. На мгновение мне показалось, что он собирается ударить меня, и, возможно, он бы так и сделал, если бы в этот момент не вышла моя мать.

— Что здесь происходит? — спросила она, переводя взгляд с Франко на меня. Дядя немедленно отошел от меня, приглаживая волосы.

— Ничего, Джулия, — сказал он ей. — Просто мы с Антонио поболтали. Я хотел посмотреть кулон моего брата. Вот и все.

Мама не двинулась с места. — Что ж, Антонио, может быть, тебе стоит вернуться в дом. Сесилия спрашивала, где ты. Пошли. — Я поспешил внутрь вместе с мамой, все время чувствуя взгляд дяди на своей спине.

Я устроился за одним из столиков рядом с Сесилией, которая, склонив голову над крестом, читала молитву отче наш.

— Ты в порядке? — спросила она, не глядя на меня.

— Не совсем, — признался я, и тогда навернулись слезы. Я так долго сдерживал их, но больше не мог притворяться мужчиной. Я был всего лишь двенадцатилетним мальчиком.

Все, что сделала Сесилия, это взяла меня за руку и молча сказала, что она будет рядом со мной, хотя ей самой было всего десять лет. Я прильнул к ней в ответ, и мы оставались так вместе до конца приема, пока наконец не смогли разойтись по домам.

Но дома было ничуть не лучше, потому что моего отца там не было, а на его месте был Франко. Ничто уже не было прежним.

Теперь, когда я заканчиваю завязывать галстук, я оглядываю себя в зеркале, оценивая свой костюм и зачесанные назад волосы, готовый к свадьбе.

Свадьба и похороны.

Что может быть не так?

ГЛАВА 4

Сегодня день моей свадьбы.

Я едва могу поверить, как быстро это произошло. Моя мама провела последний месяц, лихорадочно планируя это. Она даже перестала принимать свои обычные таблетки, чтобы у нее хватило сил все спланировать. Несмотря на то, что мы с Антонио встретились, что помогло мне чувствовать себя более комфортно рядом с ним, я все еще не знаю его. Думаю, у нас впереди вся оставшаяся жизнь, чтобы понять друг друга. Это сюрреалистическая мысль.

— Вот, — говорит мама, расправляя юбку моего свадебного платья. Это простое атласное платье с рукавами до плеч и тонким вырезом, который