Невеста-попаданка для двух драконов - Мила Дуглас

удовольствия не заставили её выгнуться к нему навстречу. Всё это время Дэриан сидел на краю кровати, наблюдая. Его взгляд был тяжелым, властным. В его руках был длинный шелковый шнур красного цвета.

— Девочка, тебе не убежать, — произнес он тихим, суровым голосом. — Никогда.

Он взял её запястья и быстрыми, уверенными движениями привязал их к резным столбикам кровати. Шёлк был мягким, но крепким. Лия попыталась дернуться, но узлы лишь затянулись туже. Страх смешался с пьянящим возбуждением.

Пока Ксев продолжал ласкать её грудь и живот губами и языком, Дэриан опустился между ее ног. Его взгляд, ледяной и при этом пылающий, был прикован к ней. Сначала его пальцы, твердые и опытные, нашли её скрытый бугорок, начав ритмичные, безжалостные круговые движения. Потом его язык сменил пальцы — уверенные, влажные, неумолимо точные. Он не ласкал. Изучал. Завоевал. Каждую реакцию, каждое ее движение.

Лия стонала, ее тело выгнулось, натягивая шелковые путы. Мир сузился до этих двух точек невыносимого, нарастающего удовольствия — тёплого и ласкового сверху, властного и требовательного снизу.

Затем Дэриан отвязал её. Его движения были резкими, но в них не было жестокости — только абсолютная уверенность. Он перевернул её, поставив в коленно-локтевую позицию. Его ладони лежали на её бедрах, пальцы впивались в кожу.

Ксев подошел к ней спереди. Он был возбужден, его член твердо уперся ей в губы.

— Открой ротик, конфетка, — прошептал он, и в его голосе не было насмешки, только страстная, темная нежность. — Возьми его, приласкай.

И в тот самый момент, когда Дэриан вошел в нее сзади — один долгий, безжалостный толчок, заполнивший её полностью, — Ксев вошел ей в рот. Глубоко, но нежно, подавляя возможный рвотный рефлекс ладонью, поглаживая ее щеку.

Два ритма. Два разных, но сошедшихся в унисон ощущения. Полнота, власть, жар, растворение. Лия летела, разрывалась на части и собиралась заново где-то там, за гранью, где не было ни стыда, ни страха, только всепоглощающий экстаз.

Она проснулась с криком, зажатым в подушку. Сердце стучало, как бешеное, тело было покрыто испариной, а между ног пульсировало эхо несуществующего удовольствия. Было еще темно. Она с трудом отдышалась, чувствуя себя и опустошенной, и переполненной одновременно.

А потом, уже утром, умываясь в тазу с прохладной водой, она увидела их.

На внутренней стороне левого запястья, там, где вчера коснулась рука Ксева, лежало маленькое, идеальное тату в виде дракончика. Он был вытянут в стремительном движении, и из его пасти вырывался крошечный язык пламени. Цвет — теплый, огненно-красный, с золотыми прожилками.

На правом запястье, на месте прикосновения Дэриана, сидел другой дракон. Он сидел, свернувшись кольцом, как бы охраняя что-то. Его чешуя отливала холодным серебром и бледно-голубым, как лед на озере.

Метки не болели. Они просто были. Частью ее кожи. Частью… чего-то большего, чем она могла представить.

Лия долго смотрела на свои запястья, прислонившись лбом к прохладному стеклу окна. Внизу в замке начиналась новая жизнь. А у неё на руках теперь красовались два дракона. Огненный и ледяной.

— Ну что ж, — тихо сказала она пустой комнате. — Похоже, теперь официально. Конфетка на двоих. Теперь я проблемная невеста не одного, а сразу двух драконов. Поздравляю себя. Мама была бы в восторге. Два на одну. Замечательно просто. И кому первому из них мне рассказать?

Глава 8. Две метки – один бардак

Идти к Дэриану с утра пораньше, когда в голове ещё гудело эхо сновидений, а на запястьях красовались доказательства того, что ее личная жизнь превратилась в сценарий для эротического фэнтези, — это, пожалуй, новое определение слова «неловкость». Лия шла по холодным коридорам, кутаясь в шелковый халат, и чувствовала себя так, будто несла под мышкой живую, шипящую гранату с надписью «Смотри, мистер ледник, что я натворила!».

Она постучала в дверь его покоев. Тишина. Потом — низкое, сонное: «Войдите».

Дэриан стоял у окна, залитый холодным утренним светом. Он был без своего привычного камзола, только в просторной белой рубашке, расстегнутой на пару пуговиц у горла, и мягких штанах. Волосы, обычно идеально уложенные, были слегка растрепаны. И, чёрт возьми, он выглядел… почти человеком. Даже милым, если бы это слово вообще можно было применить к нему без риска быть немедленно превращенной в сосульку.

Он обернулся. В его глазах не было привычной мгновенной собранности — лишь ленивая, не до конца рассеявшаяся дымка сна.

— Лия? — произнес он, и голос его был немного глуховатым, без привычной ледяной напряженности. — Что случилось? Я дал тебе время отдохнуть. Но если ты как всегда пришла жаловаться на новый корсет, просто будешь ходить нагой и не выходить из моих покоев.

— Пфффф, напугал ежа…Ой, да не в корсете дело, — выпалила Лия, поднимая руки и отворачивая рукава халатика. — Смотри.

Она протянула к нему запястья. Дракончики, огненный и ледяной, казалось, подмигнули в утреннем свете.

Мгновение Дэриан просто смотрел. Его лицо ничего не выражало. Потом медленно, как будто боясь спугнуть, он протянул руку. Его пальцы, теплые от сна, коснулись сначала серебряного дракона на её правой руке. Прикосновение было осторожным, почти невесомым. Потом он перевёл взгляд на левую, к зелено-медному дракончику Ксева. Его пальцы повторили движение, скользнув по рисунку. Лия вздрогнула — от прикосновения, от тишины, от странной, сосредоточенной нежности в его движениях.

Он молчал так долго, что Лия начала нервничать.

— Ну? — не выдержала она. — Это… очень плохо? Это значит, что я заболела? Или что я теперь…даже думать не хочу. Ну не молчи, Дэриан.

Он поднял на нее глаза. Сонная дымка в них полностью рассеялась, сменившись чем-то сложным, тяжелым и глубоко, до оснований, потрясенным. Дэриан не выглядел злым. Он выглядел… ошарашенным. Как человек, только что обнаруживший, что законы гравитации отныне работают исключительно по понедельникам.

— Это катастрофа, — тихо сказал он. Его голос был низким, но в нём не было злости. Было нечто вроде научного изумления перед природной аномалией. Его невеста — мутант, теперь официально. — Двойное проявление. Две метки Истинной после помолвки. Ты… не просто странная. Ты невозможная, Лия.

Дэриан снова посмотрел на ее запястья, как бы проверяя, не исчезли ли метки.

— Это означает, что магия Ритуала… признала тебя потенциально совместимой с драконьей сущностью двух разных носителей. Моей. И… Ксева.

Он произнес последнее имя с таким трудом, будто оно было отлито в виде пули