Мой истинный враг, или Приманка для ледяного дракона - Мона Рэйн

и затопали. Исангер внимательно оглядывал искажённые лица, запоминая самых активных. Удовлетворившись наблюдениями он перевёл взгляд на выступавшего, встретившись с ним глазами.

Рабочий застыл, по-видимому, узнав дракона. Несколько секунд Свар наблюдал, как в повстанце сражаются ярость и страх. Наконец тот поднял руки, призывая всех успокоиться.

— Мы не хотим крови, — твёрдо сказал он, не отводя взгляда от Исангера. — Мы хотим мирного отделения Миината от Даларнского королевства. Мы хотим сами распоряжаться богатствами нашей земли.

Вокруг снова зашумели. Дракон был удовлетворён. Если с «Чёрным братством» ещё можно договориться, он с удовольствием станет посредником. Конечно, об отделении Миината не могло идти речи, но повышение зарплат и сокращение рабочего дня успокоят большую часть протестующих. Проблема будет решена, по крайней мере на какое-то время.

Исангер отошёл в сторону, продолжая наблюдать. Сменявшиеся на помосте выступающие говорили одно и то же разными словами. Под конец толпа разбушевалась так, что будь митинг в центре, витринам могло бы не поздоровиться. И заверения в том, что крови не будет, всё больше казались дракону отговоркой, необходимой для того, чтобы привлечь к движению сомневающихся.

В том, что у «Чёрного братства» есть свои горячие головы, он окончательно удостоверился, когда митинг закончился, и кучка крепких молодых ребят направилась в его сторону.

Исангер с любопытством наблюдал, как они приближаются. Первый, отделившись от соратников, попытался грубо задеть дракона плечом, проходя мимо, но барьерное заклинание оттолкнуло его в сторону. Следующий просто презрительно плюнул под ноги дракону.

— Что ящер? Совсем гордость потерял? Или трусишь?

Вместо ответа Свар улыбнулся уголком рта, на секунду позволяя чешуе проступить на коже, а глазам превратиться в драконьи — стального цвета, с узкими зрачками. Задиры в испуге отшатнулись.

Исангер преспокойно повернулся к ним спиной, направляясь к ожидавшему его экипажу. Значит, борцам за свободу Миината тоже нужна провокация? Нападать первыми они не станут, чтобы не терять благородное лицо угнетённых Даларной. Вот если бы он атаковал, у них появилось бы право ответить в полную силу.

И всё же, что даёт этим слабым созданиям без крыльев и магии такую уверенность в том, что они выстоят против королевской армии и драконов? Уж не помощь ли того незнакомца, который так резво убегал от Исангера?

Он так глубоко ушёл в размышления об этом, что войдя в дом, позволил кьяре Ясме застать его врасплох. Жена ландмистра, ласково улыбаясь, изъявила надежду, что на завтра у гостя не планируется никаких дел.

— Помните, я говорила, что в Вуори много невест? Я не шутила. Завтра вы сами сможете в этом удостовериться. Мы устраиваем небольшой приём, и надеемся, что вы почтите его своим присутствием.

Исангер собирался отказаться, как вдруг его молнией ударила мысль.

— Приём? С танцами?

— А как же, — закивала довольная его энтузиазмом кьяра Ясме.

Дракон широко улыбнулся, но опомнившись, натянул на лицо привычную спокойную маску.

Вот он, наконец — законный повод прикоснуться к Эйвин Линнфро.

Прода 14

Эйвин

Идея провести приём мне одновременно нравилась и не нравилась. С одной стороны, мама прекрасно придумала, как испортить жизнь нежеланному в нашем доме гостю. С другой — мне придётся прервать своё добровольное заточение в комнате и снова увидеться с ним.

Я вспомнила нашу последнюю встречу, о которой он даже не подозревает, и застонала. Ну как может быть, чтобы у такого красивого мужчины была такая чёрствая душа? Наверное, всё дело в том, что он дракон, а не человек.

Гости начали прибывать после обеда. Родители встречали знакомых, меня утащила в уголок стайка девушек, наперебой интересовавшихся нашим столичным гостем. Сам дракон ещё не пожаловал, так что мне пришлось сдержанно отвечать на расспросы.

Высокий. Волосы белые. Глаза серые. Красивый? Весьма. Нет, не женат.

Девичье любопытство почему-то раздражало меня. Можно ведь подождать немного и увидеть всё своими глазами. Нет, им нужно было мучить меня.

Когда гости собрались, а музыканты были готовы начинать, кьяр Сваарэ наконец почтил нас своим присутствием. Его высокая фигура в серебристом мундире привлекла внимание всех в зале. Папа как раз собирался открывать танцы со мной, но дракон уверенно подошёл к нам и протянул руку.

— Кажется, будет вежливо, если почётный гость откроет вечер с дочерью гостеприимного хозяина, не так ли?

Опять этот тон, не терпящий возражений. С мрачным лицом отец кивнул, и я приняла руку, затянутую белой перчаткой, как полагалось по миинатским правилам приличия. Вот только на ощупь никакой ткани между нашими пальцами не ощущалось. Только тёплая мягкая кожа. Я покосилась на наши руки. Неужели, иллюзия?

Дракон проводил меня в центр зала. Музыканты заиграли вступление, и три первых круга вальса мы танцевали одни. Постепенно к нам стали присоединяться другие пары, но я почти не замечала их. Я даже с трудом улавливала музыку, продолжая двигаться лишь благодаря уверенному ведению партнёра.

Все мои ощущения сосредоточились на нашем прикосновении. Мои пальцы лежали в его руке, и от места, где они соприкасались, по телу растекалось приятное тягучее ощущение. Сердце билось, как сумасшедшее. Мысли в голове творили крамольное: отталкиваясь от сильной мужской руки, забирались выше, под одежду, напоминая, что именно скрывают серебристый мундир и безупречная белая рубашка.

Сам дракон, похоже, тоже был захвачен моментом. Серый лёд в глазах превратился в сверкающую расплавленную сталь. Рука, заботливо поддерживающая меня, начинала обжигать сквозь тонкую ткань платья.

Когда музыка закончилась, кьяр Сваарэ проводил меня обратно к родителям, так и не выпустив моей руки, и оставил ошеломлённую. Снова зазвучала мелодия. Меня приглашали другие кавалеры, но ни с одним из них не было того ощущения уверенности, надёжности, полёта, как с драконом.

Волнуясь, я следила за ним. Он танцевал с гостьями, но наши глаза часто встречались, и каждый раз сопровождался вспышкой внутри. Я не понимала, что происходит. Возможно, второй танец помог бы разобраться в моих чувствах, но как назло кьяр Его Высокомерие приглашал всех, кроме меня.

В конце концов я начала злиться. На дракона. На девушек — некоторых он приглашал уже по третьему разу. На родителей, которые затеяли всё это. На себя — за то, что так много думаю о мужчине, который несёт угрозу для моего друга, для всего Миината!

Может, поэтому родители так старались спрятать меня от него? Боялись, что я потеряю голову и уеду за ним в Вестервиг? Ну уж нет, кьяр дракон. Этого не будет никогда.

Прода 15

Исангер

Коснуться Эйвин было ошибкой. Самой лучшей в его жизни ошибкой.

Он