Единственная для Бога войны - Наталья Викторовна Косухина

уходили вверх, к расписному потолку. На полированном каменном полу отражались блики огней, освещавших тронный зал. За моей спиной, на возвышении, висело золотое знамя с драконом – символ рода.

Устало потирая глаза, я сидел на троне и смотрел на стоящих напротив меня четырех сыновей. Все высокие, светловолосые, статные и красивые. Но такие балбесы!

– Что скажете в свое оправдание? – устало спросил я. Голос в пустом зале прозвучал гулко.

– Прости, отец, – ответили хором.

– Иллан. Мой старший сын должен быть опорой. А он что? Он не может взять в руки меч, боится крови и все время проводит в архиве, читая пыльные тома исторических хроник.

– Это поступки, достойные будущего императора! – воскликнул третий принц.

– В каком месте? – ощетинился первый.

Второй, как всегда, молчал. Рейнар в своем черном, без единого украшения, плаще стоял чуть в стороне, заложив руки за спину.

– Что молчишь? – мрачно посмотрел я на Рейнара, второго принца.

– Я отвечаю за армию и тайных стражей. Работаю на благо страны. Чту законы, веду себя прилежно, – отрапортовал словно командиру, а не отцу.

– Поэтому тебя боится вся страна? Говорят, ты просто так пытаешь людей, маньяк и душегуб. И вообще, что у тебя не в порядке с головой!

– Это все наветы преступников, – невозмутимо пожал плечами сын.

Братья посмотрели на него с откровенной завистью. Из всех принцев Рейнар меньше всего подходит для того, чтобы унаследовать трон.

– Кто из вас сменит меня и возглавит империю? – рычал я, а в ответ – тишина. – У меня в свое время вообще выбора не было. Я единственный сын и ничего, вот император. Объясните мне, почему никто из вас не хочет править? Трон что, проклят?

– Проклят третий принц, – хмыкнул Иллан.

– Моя неудачливость и неспособность вести дела не повод для насмешек, – поджал губы третий сын Кайдан. Но я-то видел смешинки в его глазах.

Несносный мальчишка!

– Мой младший сын, который должен быть отрадой родителей, рисует картины, занимается искусством, музыкой и читать умеет только ноты. Учеба вообще прошла мимо него, – сетовал я, но все попусту.

– Вот неправда, читаю я сносно. Что ты сразу? – возмутился Люсьен. Его голубой плащ съехал на плечо, как всегда.

– А жалобы на тебя, что ты ухлестываешь за дамами дворца?

– Так они не против. А тебе жалуются, желая вынудить меня жениться.

– Где мы с императрицей ошиблись в вашем воспитании?

– Дорогой, ты слишком строг. – Кселла отошла от окна и приблизилась ко мне, парча платья цвета индиго зашуршала по камню. – Понимаешь же, что рано или поздно кому-то придется взойти на трон. Не наверстает в навыках и учебе сейчас – придется делать это в будущем.

Супруга всегда умела выделить из обсуждения главное и подвести черту. Сыновья напряглись, все кроме Рейнара. Тому было плевать на трон или он был точно уверен, что сия доля минует его.

– Что действительно стоит обсудить, так это представление молодых девушек ко двору, – продолжила императрица.

Принцы переглянулись.

– Тебя волнует кто-то конкретно? – уточнил, уже зная ответ.

– Наследница Вейлин.

– Только она? – поджал губы я.

– Не только. Есть еще ряд девушек, вызывающих у меня сильное подозрение. Но Сиэль Вейлин опаснее остальных. Она наследница самой богатой семьи после правящей. Торговый дом Вейлин – монополисты в отношении морских поставок, и неизвестно, насколько лояльна эта семья к правящему роду. Один раз я уже упустила из-под своего носа предателей и едва не лишилась головы и детей. Второй раз я этой ошибки не повторю.

– Ты будто уже все решила, – намекнул я.

– Это не так. Я помню, что мой супруг близко знаком с Сианом Вейлин, он очень помог нам несколько лет назад. Его семья имеет вотум доверия, но проверить нужно.

– И все же что-то тебя очень беспокоит в этом вопросе, – покосился я на Кселлу.

– Потому что я считаю, что наш второй сын увлечен Сиэль Вейлин.

И я, и трое остальных сыновей перевели взгляд на второго принца. Ни для кого не был секретом тот факт, что не только ее отец помог нам несколько лет назад, но и его дочь помогла Рейнару выжить, когда его морили голодом.

Сын молчал. Он не соглашался, но и не отрицал слов матери. Только поза стала чуть напряженнее.

– Почему ты так решила? – усмехнулся я.

– Именно она его тогда спасла. Едва я более-менее встала на ноги, и ты вернулся из поездки, мы сразу распределили сыновей на учебу подальше от дворца, желая обезопасить. Рейнар отправился на границу – учиться защищать себя и страну. Его огонь тогда выходил из-под контроля, и это был прекрасный вариант.

– Который сейчас играет против его репутации, – проворчал я.

– Тогда он хорошо себя проявил, у него невероятные боевые навыки. Это очевидно всем. Но я так же следила и за остальной жизнью сына, не только за учебой. И она была аскетична во всех отношениях. Хотя лекари в один голос говорили, что со здоровьем Рейнара все полном в порядке.

Сыновья на перебой захмыкали, насмешливо косясь на брата. Рейнар поджал губы, но продолжал молчать.

– Когда сын вернулся в столицу, то за несколько лет он успел укрепить свою зловещую репутацию, но так и не обратил внимание ни на одну девушку, независимо от ее происхождения. И я уже начала переживать, но тут случилось удивительное. Стоило Сиэль Вейлин вернуться с обучения, как мой сын начал проявлять к ее делам много внимания. Случайность? – спросила Кселла у Рейнара.

– Нет, – сухо ответил он.

Подтвердил свою симпатию? Или он ее в чем-то подозревает?

– Если допустить симпатию второго принца к Вейлин, – начал размышлять я вслух, – то ты против этого брака?

– Ты многое упускаешь из виду, – фыркнула императрица. – Она искренна по отношению к нашему мальчику? Или ей нужно подобраться к нашей семье? Беспечность может стоить сыну головы.

– Матушка, вы будете разлучницей? – мягко уточнил Люсьен, но острый взгляд императрицы заставил принца смолкнуть.

Рейнар сжал руки в кулаки, на его лице заиграли желваки.

– Вы упускаете важное из виду. То, что ей увлечен Рейнар, ясно, но насколько сильно? – вскинула бровь императрица.

Второй принц не ответил и на этот вопрос, глядя перед собой.

– Но что еще важнее – увлечена ли им Сиэль? Тогда она была младше Рейнара. Она может вообще его не помнить. А если помнит, то может ничего не испытывать.

– Но брат может попробовать ухаживать за ней, – предложил Кайден.

– А что, если из-за его положения, опасаясь гнева императорской семьи, она не посмеет ему отказать, на самом деле не желая быть с ним? – усмехнулась императрица.

Вот после этих слов матери Рейнар бросил на нее напряженный