Мой альфа не такой как все - Алиса Буланова

— Чёрт! О чём я только что думал? Я точно обезумел!

Наспех запираю шкафчик и иду мимо двери в женскую раздевалку в направлении туалета. Её аромат будто преследует меня, становясь всё сильнее. Оборачиваюсь и вижу, что Юля тоже выходит из раздевалки. Вид у неё какой-то болезненный.

Лицо красное, а взгляд осоловевший. Её даже покачивает немного. Неужели она собралась участвовать в соревнованиях в таком состоянии? Не понимает, что ей нехорошо? Егор, ты идёшь? — Ромка выходит из другой раздевалки и подталкивает меня в спину. — Нас там тренер искал. Ты иди, я догоню, — отвечаю я, поворачивая назад.

Ощущаю странное чувство внутри. Словно бы я вот-вот пойму что-то. Юля же сворачивает в женский туалет. Я иду за ней и вдруг осознаю, что уже видел такие же симптомы, как у Юли раньше. В прошлом у мамы, а ещё у одноклассниц-омег.

Эта догадка повергает меня в шок. Но на неё удивительным образом ложится всё, что я знаю о Юле. Её аромат, и чувства, что она вызывает во мне. И даже то, что она скрывает, как выглядит на самом деле... Я, наконец, понял, Юля не человек, что пользуется волчьими феромонами, она оборотень, что притворяется человеком! От внутреннего монолога меня отвлекает звук её тяжёлого дыхания. Точно, должно быть, это реакция на феромоны альф. Но знает ли Юля, что делать? И что я могу сделать для неё? Ведь мой запах только усугубляет всё. Её аромат так манит. Он будит во мне животные инстинкты. Теперь, когда я знаю, что Юля — омега, я хочу её ещё больше. Хочу прямо здесь. И я бы мог выломать эту дверь и взять то, чего мне хочется. Юле наверняка бы это понравилось. И стало бы легче после обмена феромонами. Но я обрываю фривольные мысли. Я не могу воспользоваться её беспомощностью. Однажды я уже едва не совершил нечто ужасное. Не хочу, чтобы что-то подобное повторилось.

Я просовываю ей под дверь свою воду. Это единственное, что приходит в голову. К счастью, Юля её принимает. — Рюкзак... Можете принести мой рюкзак? — лепечет она еле слышно. Под дверью появляется её маленькая ладошка, сжимающая ключ от раздевалки. Я смотрю на неё и не понимаю, как я мог так долго тупить? Я смиренно вздыхаю и забираю ключи. Если это не первая её реакция на альфу, то у неё наверняка должны быть с собой подавители и блокаторы. Нужно скорее принести Юле сумку. Я бегу в раздевалку и дёргаю дверную ручку. К моему облегчению там оказывается не заперто. Приходится постучать на всякий случай.

— Да идём мы уже, идём! — слышится изнутри.

Выдыхаю и пытаюсь выдавить улыбку. Мне нужно вести себя максимально невозмутимо, чтобы не вызвать подозрений.

О, Егор? А ты что здесь делаешь? — спрашивает одна моя одногруппница. Тренео попросил раздевалки запереть?

Угу, — только и могу ответить я, мысленно благодаря её за то, что она сама придумала оправдание. Ну ясно. Удачи на соревнованиях, — девчонки проходят мимо меня. Я оглядываюсь по сторонам, а после быстро прохожу в женскую раздевалку. Нахожу Юлин шкафчик и достаю её рюкзак. Сердце бьётся оглушительно громко. Закрываю шкафчик и спешу выйти. Через секунду после того, как я закрываю за собой дверь, появляется ассистент тренера со связкой ключей. Он косится на меня подозрительно. Я только улыбаюсь и, сжав рюкзак в руке, прохожу мимо. Миссия выполнена!

Глава 12

А кто её заменит?!

Николаевой плохо стало?! — возмущается Ромка. — Какого чёрта так внезапно? Я только тяжело вздыхаю, слушая, как он разоряется. Сам ведь ещё пару часов назад утверждал, что Юле не место в команде. Так что его теперь не устраивает? Я же думаю о том, как, наверное, трудно было Юле всё это время скрывать правду.

принимать подавители и стараться не пересекаться с другими оборотнями на учёбе и в обычной жизни. И при этом она умудряется сохранять наивысший средний балл на нашем потоке. Юля опровергает все стереотипы о неспособности омег добиваться успехов. И всё же, как и любой другой оборотень, она не может избежать влияния фаз луны и запахов других волков. При мысли о том, что Юля могла среагировать на мои феромоны, меня бросает в жар. От переполняющих меня эмоций я сейчас похож на закипевший чайник. Вокруг меня все суетятся и шумят — уход Юли вызвал переполох. Я же отчасти выдохнул с облегчением. Ведь если Юля — омега, это значит, что всё нормально. Значит, мне можно любить её.

Любить... Вот ведь чёрт! Прежде я и не отдавал себе отчёта, что всё так серьёзно. Я сползаю по стенке и обхватываю голову руками. Одногруппники и тренер глядят на меня беспокойно. Егор, ты чего? Тоже, что ли, нехорошо тебе?

Да нет, наоборот, — усмехаюсь я. — Пожалуй, даже слишком хорошо. Ромка косится непонимающе и качает головой.

— Ты точно какой-то странный в последнее время. Может, это последствия твоегс падения? Сходил бы ты всё-таки, обследовался.

Я только улыбаюсь в ответ. Наверное, я мог бы объяснить Ромке, в чём дело, но не стану делать этого. Отчасти, потому что переживаю за сохранность тайны Юли.

Хоть мне и не кажется правильным то, что она живёт чужой жизнью и ограничивает себя во всём, это её собственный выбор. Я не вправе судить её или говорить, что делать. Кроме того, мне страшно, что если Юля вдруг перестанет притворяться человеком, то может понравиться другим альфам. Это эгоистично, но я хотел бы оставить себе и то фото в жёлтой толстовке и тот перепуганный, но всё же очень милый взгляд за стёклами очков. — Егор! Готовься к забегу! — бросает мне тренер требовательно. Я поднимаюсь на ноги и выхожу на дорожку. Проходя мимо трибуны, слышу, как переговариваются между собой омеги из группы поддержки

— Я тебе клянусь, это волчий запах!

— Да быть не может, она же человек...

Вот я и говорю, что тут что-то не так. Ты вообще видела её в спортивной форме? Тебе не кажется, что она какая-то подозрительно худая? Вот я и подумала, может, Николаева — омега?

Холодная дрожь пробегает по спине. Я думал, что смог замаскировать феромоны Юли своими. Но всё же нашлись особо чувствительные к запахам субъекты... Так дело не пойдёт. Если совсем ничего не предпринять, то слухи