Мой альфа не такой как все - Алиса Буланова

расползутся по всему университету. Я бросаю на омег предупреждающий взгляд. Они с нашего потока. Кажется, из второй группы. Надо бы поговорить с ними после соревнований. Подхожу к стартовой линии. Сердце продолжает биться тревожно. Все мои мысли только о Юле. За очень короткий срок я прошёл путь от жёсткого отрицания до полного принятия своих чувств. Сейчас мне даже кажется, что я был влюблён в Юлю с момента, когда в первый раз заговорил с ней. Ведь уже очень давно она заставляет меня думать о себе.

Внезапно меня словно молнией поражает. А что Юля думает обо мне? Слышу свисток и срываюсь с места. Поскольку мысли заняты чем угодно, но не забегом, тело плохо слушается. Я бегу скорее просто по инерции, пытаясь анализировать свои шансы в отношении Юли. Она в последнее время пыталась меня избегать. А сейчас, если она поймёт, что это я ей помогал, то ещё больше отдалится. В любом случае пока она притворяется человеком, мне не светит встречаться с ней.

Получается, что я попал в ловушку: нельзя, чтобы её тайна была раскрыта, но если она не будет раскрыта, мне так и придётся наблюдать за Юлей издалека до самого выпуска.

Скорее всего, всё дело в моей невнимательности. Но на повороте незадолго до того, как передать эстафету, я не замечаю небольшой деформации в тёмно-красном покрытии дорожки и спотыкаюсь. Поскольку скорость я развил довольно высокую, падение выходит болезненным. Я буквально влетаю в заграждение вокруг трибун. В самый последний момент успеваю сгруппироваться и в итоге ударяюсь боком. Слышу встревоженные возгласы рядом. Зрители с трибун пытаются выяснить, в порядке ли я. С другого конца стадиона ко мне бежит тренер. Я же только ругаюсь на себя. И как можно было так залипнуть в собственных мыслях? Поднимаюсь и, игнорируя боль, добегаю до финиша. Передаю эстафету и отхожу в сторону. В глазах почему-то темнеет. Я присаживаюсь на землю. Странно, я вроде бы не ударялся головой, так почему перед глазами всё плывёт? Но даже сейчас всё, о чём я могу думать — кто эта женщина, что забрала Юлю?

Она выглядела очень представительно, как какой-нибудь дядин экономист или юрист. Феромонов от неё я не учуял. Выходит, она человек. Но если так, то она не может быть родственницей Юли. А для подруги у них слишком большая разница в возрасте. Я вдруг осознаю, что совершенно ничего не знаю об омеге, в которую влюблён. И это чертовски угнетает меня.

Глава 13

Юля

Как так вышло, что ты едва не попалась? — мама смотрит на меня осуждающе и качает головой. Мы стоим на перекрёстке в ожидании зелёного света. В салоне авто немного душно. Мне хочется пить. Я сжимаю в руке пустую бутылку от воды. Так и не решилась выкинуть её, хоть и понимаю, насколько это глупо. Не знаю, что ответить маме. Всё случилось слишком быстро и неожиданно. Я даже сама ничего толком не поняла. Теперь, когда подавители, наконец, начали действовать, я оцениваю ситуацию трезво. Кажется, мне сильно повезло, что я не угодила в неприятности и не была раскрыта. И тот, кто мне помог, кем бы он ни был, явно достойный оборотень.

— Это ещё раз доказывает, что ты просто беспечный ребёнок,

— с тяжёлым вздохом произносит мама.

Всё не так! — отвечаю я едва не плача. — До полнолуния ещё несколько дней оставалось, поэтому я не приняла подавители утром.

Так, может, ты просто ошиблась с датами?

Да нет же! Это всё из-за соревнований!

произношу настойчиво. — В раздевалке было много альф, и всё было заполнено феромонами. На последнем медосмотре доктор говорил, что иногда реакцию могут пробудить феромоны альфы. Я отвожу глаза в сторону. Мама делает глубокий вдох.

• От тебя и правда пахнет альфой, — кивает она холодно. — Но одним. Ты ведь ничего от меня не скрываешь? В каком смысле? — я удивлённо смотрю на неё.

Ну, ты совсем недавно говорила мне про «хорошего альфу». А теперь от тебя пахнет чужими феромонами. Ты ведь не встречаешься с ним тайно?

Что?! Нет, конечно! — отвечаю я возмущённо. — С чего ты вообще надумала такое? Если бы я только могла встречаться с Егором. Наверное, это было бы очень классно. Я всё больше убеждаюсь в том, что он лучший альфа из всех, что мне доводилось встречать. Я почти уверена, что это он помог мне. Ведь запах на мне — это его запах. При мысли об этом лицо обжигает. Всего на миг я представляю себе, как он обнимает меня, и низ живота начинает приятно тянуть. Лицо начинает гореть ещё сильнее. Боже, да о чём я вообще думаю! — Всё-таки, наверное, стоит сходить к врачу снова, — вздыхает мама смиренно. Кажется, эти подавители тебе не очень подходят. Я всё равно чувствую твои феромоны. Ладно, — соглашаюсь я, мысленно прося у неё прощения. Ничего не могу поделать с собой — после того, как один раз дала волю фантазии, её уже не остановить.

Кажется, у вас произошло привыкание к препарату, — говорит Олег Иванович. У меня мурашки пробегают по коже. Звучит, как-то не очень здорово.

Он тоже оборотень и врач, у которого мы с мамой наблюдаемся. У оборотней своя фарминдустрия и множество специализированных клиник. Именно поэтому нам и удаётся скрывать своё присутствие от людей. И что это значит? — робко спрашиваю я.

Ничего страшного, — тут же спешит успокоить доктор. Видимо, все мои страхи отпечатались на лице. — Мы просто подберём для вас другой.

Фух, слава богу, -

— я немного расслабляюсь. Олег Иванович бросает на меня

обеспокоенный взгляд. Раньше мама постоянно присутствовала на приёмах, и мне не было так неловко. Но теперь я совершеннолетняя, и её присутствие стало неуместным.

Юлия, вы ведь ведёте такой же образ жизни, как и Валентина Сергеевна? — спрашивает вдруг доктор. Я немного теряюсь и не сразу понимаю, что он имеет в виду.

Д-да, — отвечаю, когда до меня, наконец, доходит. — А что такое? Ничего. Просто хотел убедиться, что вас всё устраивает, — произносит доктор задумчиво Сердце начинает биться тревожно. Внезапно Олег Иванович попадает точно в центр сомнений в моей душе. — Я не берусь судить кого бы то ни было, — продолжает он. — Ваша жизнь только ваша жизнь. Лишь вам решать, как прожить её. Валентина Сергеевна когда-то сделала свой выбор, и этот выбор принёс ей определённые выгоды. Однако это не значит, что вы должны поступить так же.

Я смотрю на Олега Ивановича, широко распахнув глаза.