Убей любимых - Л. Э. Харпер

Я зажимаю пальцами переносицу и вздыхаю. Мозг ноет.

– Все это не относится к делу. – Вален, доселе неподвижный и молчаливый, будто каменная горгулья, подходит к нам. – Мы озаботились не теми проблемами. Прямо сейчас нам нужно понять, как вернуть душу Кайлы Старблэйд в ее тело.

Меня захлестывает волной адреналина.

– Я не могу уйти. Следующее сражение обернется бойней. Залор устроит засаду в Торвеле. Я знаю, что случится…

– И теперь ты сказала нам. Считай, что мы предупреждены. Ты нам больше не нужна.

От его слов у меня внутри холодеет. Я не раз описывала его ледяной гнев. Но только сейчас, когда он в полной мере излил его на меня, узнала, насколько это ранит и разбивает сердце.

– Если предпочитаете вернуть Кайлу, на здоровье, но она не сможет спасти вас в конце. Тьма, превратившая меня в такого низкосортного человечка, есть и в ней.

Вот оно, да. Истинная я, королева пассивной агрессии.

– Я помогу Кайле уберечься от тьмы, – говорит Цендрион тихо, но твердо.

– Это не так-то просто. Можно миллион раз сказать кому-то, что он должен быть сильнее, или счастливее, или лучше. И все впустую, если он сам не готов меняться.

– Ты полагаешь, что Кайла не изменится ради спасения тех, кого любит? – требовательно спрашивает Вален.

Я открываю рот, готовая выдать обжигающую правду, но ответ застывает у меня на губах.

Кайла – это я, но она еще и нечто большее. Я сделала так, чтобы она могла нравиться, чтобы люди представляли себя на ее месте. Мне пришлось наделить ее хорошими качествами. Силой. Отвагой. Самоотверженностью. Тем, чего нет во мне – или, точности ради, тем, что я утратила в своем долгом изнурительном погружении во мрак.

Я молчу, и Вален обращается к Темерес.

– Тебе известны чары, способные заставить душу Кайлы вернуться в тело?

– Возможно, – говорит Темерес. – Мы можем провести изгнание.

На Солере под изгнанием понимают сложное заклятие тайной магии, отделяющее энергию души от тела. Только драконам под силу его сотворить. Я не уверена, что в моем случае оно подействует ожидаемым образом.

И все же меня передергивает от мысли о том, что на Земле «изгоняют» вселившихся в тело злобных духов. В этом смысле заклятие должно отлично подойти для того, что творится между мной и Кайлой.

– Изгнание может вытолкнуть вон мою душу, но как вы вернете ее?

– Душа остается прикованной к телу, пока это тело живет, – объясняет Темерес, – но не может быть двух вещей в одном месте одновременно. Ты заменила душу Кайлы своей, когда пришла; уйдешь – и ее магическая энергия отыщет обратный путь, где бы она ни была, в этой вселенной или соседней.

Что-то в ее словах заставляет меня вздрогнуть.

– Думаешь, Кайла очутилась в моем теле?

– Поскольку объем энергии в замкнутой системе неизменен, я полагаю весьма вероятным, что ее душа покинула нашу вселенную, когда явилась твоя.

Представив Кайлу Старблэйд сеющей хаос на Земле, я начинаю смеяться. Смех прокатывается по пещере эхом и возвращается ко мне.

– Ох, надеюсь, она и правда сейчас там, вместе со светомагией. Она перевернет нашу планету вверх дном. Я стану знаменитой.

Я уже знаменита, так что не знаю, зачем так сказала. От мозга толку никакого, он напрочь отказывается искать воспоминания, которые точно где-то хранятся. У меня есть воспоминания о воспоминаниях, но нет оригиналов. Я словно помню фотографии событий вместо них самих.

– Если все получится, душа автора вернется в ее земное тело? – спрашивает Ашер.

В груди у меня теплеет. Вопреки всему он беспокоится о моем благополучии. Больше, чем я сама, уж точно.

– В теории, – непринужденно отзывается Темерес. – Узнаем, когда я сотворю заклятие.

– И вот сейчас ты решила побыть полезной, – грохочет Цендрион. – Где было это желание помогать, когда Кайла молила драконов вступить в Войну Теней?

Прежде в пещере тихо бурлила незримая энергия; теперь воздух ломкий, будто одно неверное движение – или слово – способно расколоть доверие между нами и Темерес.

– Тебе наверняка известно, почему наш род не может сражаться с Залором, – отвечает она, пронзая Цендриона стальным лиловым взором.

– Вообще-то нет. Вы отвернулись от Солеры, когда она больше всего в вас нуждалась. Я вступил в Смертный Союз, потому что верил, что моя магия сможет все изменить…

– И посмотри, куда тебя завела эта вера, – замечает она. – Ты с ним сразился и проиграл. Он отнял твою светомагию.

Цендрион ощетинивается. По всей длине его бронированной шеи раскатывается грозное рычание. Мои человеческие персонажи торопливо пятятся к мшистым стенам, убираясь из пространства между драконами, как поступило бы любое вменяемое и разумное смертное существо.

Я же давно не могу считаться ни вменяемой, ни разумной. Меня неодолимо тянет подойти к Цендриону и успокоить его, так что я касаюсь ладонью его лапы.

– Это не твоя вина, – шепчу я. – И не ее тоже.

Он резко переводит на меня прищуренные глаза.

– Что еще ты знаешь и не говоришь нам?

Ой.

– Все… сложно. Я не могла позволить драконам вступить в Войну Теней, потому что… ну, потому что тогда история бы не случилась.

Рекса едко усмехается, и я морщусь. Для того, кто зарабатывает на жизнь, складывая слова, нет привычки хуже, чем выбирать самые неправильные из них всякий раз, когда надо что-то сказать.

– У Кайлы необычайный дар, – продолжаю я. – Она владеет магией драконов. Тому есть причины, все завязано на Венце Мира, но сейчас это неважно. Смысл в том, что она должна была убедить их присоединиться к битве против Залора. А драконы должны были отказаться, потому что они слишком сильны.

– Да, тень побери, они сильны, – соглашается Рекса, бросая злобный взгляд уже на Темерес. – Достаточно сильны, чтобы победить в проклятой войне.

– Именно! Вступи они в бой, победа была бы за ними, а это скучно. Никаких противостояний, никакого путешествия для Кайлы и остальных, включая тебя.

– Учитывая, что это путешествие ведет меня напрямую к смерти, я предпочла бы скучную дорогу.

Я скрещиваю руки.

– Беда в том, что для их отказа не нашлось разумных обоснований даже у меня, на Земле. Откровенно говоря, я сама не знаю, почему драконы не вступают в войну.

Редактор говорила мне, что я должна раскрыть их мотивы в пятой книге. Я возражала, что стоит оставить этот вопрос без ответа на случай, если читатели потребуют приквела или серии спин-оффов. Мне казалось, я нашла довольно изящное оправдание.

И что бы вы думали – вся команда поняла, что это откровенная чушь.

Я встречаю оценивающий взгляд Темерес.

– Если это настоящий мир,