В ловушке времени - Нина Петровна Ахминеева

class="p1">Безопасник разочаровал. Настолько вопиющую безалаберность барон терпеть не собирался. Однако в проверке юной водницы действительно нет необходимости. С этой девушкой барон лично не встречался, но знал о ней практически все. Точно так же, как и обо всех членах ее немногочисленной семьи.

С чего вдруг отлично образованная дворянка решила поработать официанткой, можно и не гадать. Вне сомнений, Лиза Терехова ищет с ним встречи. Причина очевидна: она желает сохранить свой родовой бизнес. А главное — уберечь от нервного потрясения отца-сердечника.

Подойдя к лифту, Константин нажал на кнопку вызова.

«Этот урод скоро сдохнет», — подумал он с ледяным спокойствием.

***

Во дворе пансионата царил управляемый хаос. Юноши и девушки, обряженные в стандартную форму официантов, сновали туда-сюда, как трудолюбивые пчелы. Я стояла под раскидистым дубом возле одного из подсобных столов. Натирая до блеска бокалы фужеры и стаканы, чувствовала, как с непривычки все сильнее ноют пальцы.

Как убедить Краснова? Что ему предложить взамен?

Уже который час я напряженно искала ответ на эти вопросы. Но, увы, ничего толкового так и не придумала. Прохладный морской бриз коснулся лица. Глубоко вдохнув вкусный воздух, посмотрела на дорогую бамбуковую салфетку в руке и грустно хмыкнула.

В отеле Тереховых расходные материалы для официантов закупаются самые дешевые. Хлопковые салфетки оставляют на стекле ворсинки. Ребятам приходится изрядно потрудиться, чтобы от них избавиться. Хотелось бы закупать другие, но — увы — финансы не позволяют. А вот в пансионате барона все самое лучшее. На удобстве сотрудников не экономят. Тут вообще зациклены на премиум-статусе. Причем во всем.

М-да уж. Ситуация патовая.

— Лиз, ты чего застыла? — взволнованно спросила непонятно откуда взявшаяся Алена.

Встрепенувшись, я кривовато улыбнулась девушке:

— Так, задумалась.

— Ты это прекращай, — на полном серьезе рекомендовала «коллега». — Мегера не просто так тебя сюда поставила. Как правило, новички от такой монотонной работы быстро устают и грохают посуду. Просто поверь, она с тебя потом тройную цену за каждый разбитый стакан сдерет. Плавали — знаем.

— Учту, — едва заметно кивнув, я взяла очередной опостылевший бокал.

— Аристократы уже начали подтягиваться на смотровую площадку, — Алена понизила голос до громкого шепота. — Скоро мымра и тебя к остальным отправит. Даже не сомневайся. Учти, подносы тяжеленные, носить их придется на одной руке, а пальцы у тебя, поди, уже устали. В общем, будь внимательнее.

— Спасибо.

Искренне поблагодарив «коллегу», я сделала над собой усилие и вновь принялась тереть салфеткой тончайшее стекло.

Алена оказалась права: не прошло и двадцати минут, как к моему месту работы подошла Ольга Сергеевна. Поискав взглядом битую посуду и не обнаружив таковой, она недовольно процедила:

— Хватит прохлаждаться. Берете поднос, правая рука за спиной, на левой ручник прикрывает манжет сорочки. Разносите сок. За один подход тридцать стаканов.

По международным стандартам никто из официантов уже давным-давно не прячет руку за спиной. Это же какое-то средневековье!

— Вам что-то неясно, графиня? — с издевкой уточнила мегера.

— Вы мастерски все объясняете, — я вежливо улыбнулась.

Надменно хмыкнув, руководительница прищурилась. Уходить она явно не спешила.

Хочет полюбоваться моим позором? Не дождется.

img3.jpg

С невозмутимым видом я подошла к соседнему столу. Проконтролировав, чтобы «коллега» поставил на поднос ровно тридцать фужеров с апельсиновым соком, я накинула на левую руку ручник, наклонилась, сосредоточилась, уверенно подняла поднос и утвердила его на полусогнутых пальцах. Тот реально оказался тяжеленным. Правую руку заложила за спину.

Уф-ф-ф. Не уронить бы.

Держа увесистую ношу на кончиках полусогнутых, подрагивающих от напряжения пальцев, я не пошла, а поплыла к фуршетной зоне, заполненной разодетыми мужчинами и женщинами. Спину буравил тяжелый взгляд мегеры. Складывалось четкое впечатление, что она прямо-таки ждет не дождется, когда же я оплошаю.

Я мимолетно усмехнулась. Сохраняя безупречную осанку, слилась с многолюдной толпой. Учтиво предлагая гостям безалкогольный напиток, украдкой рассматривала дворян, пытаясь отыскать того самого барона. Без толку.

Вот же пакость. Как здесь найти Краснова?

Сколько раз я таскала полный поднос — и не сосчитать. Пальцы беспрестанно сводило судорогой. Но самое противное, что все мужчины стали казаться на одно лицо. Оно и неудивительно, когда носишься туда-обратно и боишься уронить стаканы — внимание рассеивается. А меж тем в воздухе прямо над морем для гостей транслировалась свадебная церемония, происходящая на берегу. Зрелище воистину красочное и уникальное.

В другой раз я непременно бы полюбовалась, но не сейчас. Устало отметив, что остался всего один фужер, дежурно поинтересовалась у стоящего в шаге от меня мужчины, не желает ли он сока. Тот усмехнулся и, не торопясь брать напиток, холодно обронил:

— Доброе утро, Елизавета Олеговна.

Я растерянно нахмурилась, пытаясь вспомнить где встречалась с этим лощеным, смазливым аристократом. И вдруг поняла, кто он! Не кто иной, как барон Краснов собственной персоной.

Он знает меня в лицо?! Но откуда?

Сердце заполошно заколотилось, рвануло в пятки. Собрав волю в кулак, я максимально спокойно ответила:

— Здравствуйте, Константин Александрович. Вы сможете уделить мне пять минут?

— Могу, но не вижу в этом необходимости. Мой ответ — нет, — бесстрастно объявил барон.

— Константин Александрович, я уважаю ваше решение и все же мне хотелось бы обсудить с вами сложившуюся ситуацию, — я гордо приподняла подбородок.

— Нет, — сказал как отрезал барон. Взяв фужер, он пристально посмотрел мне в глаза: — Род Тереховых канет в Лету. И спасибо за сок.

«Да что б ты им подавился, гад!» — воскликнула я мысленно, неотрывно следя за тем, как это чудовище пьет напиток.

Внезапно барон резко побледнел. Уронив фужер, он схватился за горло и начал оседать на брусчатку.

У него что — аллергия на апельсины?!

Нет! Не смей помирать, сволочь! Мы с тобой еще не договорились!

Откинув поднос, я шлепнулась на колени рядом с Красновым. Схватилась за его галстук, потянула на себя, развязывая узел. Мужчина захрипел, дернулся. А через миг по глазам ударил нестерпимо яркий свет. Не понимая, что происходит, я инстинктивно зажмурилась и в поисках защиты неосознанно прижалась к барону. Затошнило. Да так сильно, что казалось, будто все внутренности выворачивает наизнанку.

«Дождалась-таки мегера моего позора», — промелькнула вялая мысль, а через секунду я потеряла сознание.

Сколько была без памяти, не имею ни малейшего представления. В горле першило. Облизнув пересохшие губы, вдруг унюхала запах дыма. Разлепив тяжелые веки, я несколько долгих мгновений бездумно таращилась в потолок. Потряхивало. Это, конечно, полный бред, но такое ощущение, что опять еду в том самом злополучном автобусе.

Сев, размяла затекшую шею. Запах горелой проводки усилился. Не желая верить в такую реальность, встала коленями на сиденье, прижалась лбом к стеклу. По дороге вился