Жаркий инструктор - Елена Волкова

— Прекрати, — шипит, хватая под руку. — Ники, салют. Прекрасно выглядишь, — щебечет с женой местного воротилы. — Куда летите отдыхать? Дааа?

Пользуясь случаем, сваливаю. Беру у проходящего официанта еще бокал. Хочу курить.

Не курил сколько, теперь тянет. Пробираюсь на балкон.

Выпускаю дым. Где ты бродишь, Дунечка. Я задолбался ждать.

И времени тебя искать не было ни минуты. Разгребал заказ занимательного парня, что-то там его охрана накосячила и с моей схлестнулась. К моим парням вопросов нет, а вот там … Вышло недопонимание. Я полтора суток не спал.

— Позвольте, — сбоку тень.

Тонкая рука забирает пустой бокал. Задумчиво пялюсь на пальчики. В голове шум после глобальной занятости и времени без сна. Еще и спиртное … Соображаю туго.

На указательном пальчике порез.

Порез …

Оборачиваюсь в сторону исчезающей девушки.

Щиколотки! Тонкие щиколотки и странной формы косточка забирает внимание сильнее. В голове щелкает.

— Дуня! — зову.

Спина напрягается. Девушка почти спотыкается и замерев на секунду, срывается почти на бег.

Вот зараза. Это же она!

Глава 16

Боже-боже-божеее!

Теряя тапки, бешу по узким коридорам внутреннего помещения. Ломлюсь вниз по ступеням. Куда я? Все равно, лишь бы скрыться.

Он здесь. Кувалда на празднике. Прижимаюсь к холодной стене за углом. Оглядываюсь. Это подвал? Что это? Куда я убежала?

Черт-черт-черт!

В углу капает вода. С шипением отодвигаюсь от стеночки, платье на спине намокло.

Сердце колотится, как сумасшедшее. В голове хаос. От стресса даже кровь сворачивается.

Медленно выдыхаю. Я себя не понимаю.

Я ему кто? Гончарову. Я никто и зовут меня никак. Почему такая ненормальная реакция на его появление. Не могу себе объяснить. В отчаянье сжимаю стакан, стекло крепче чем я. Ему хоть бы хны, а я в осколки разбиваюсь.

Ужас.

Дуня, спокойно. Дуняя! Дыши. Это просто недоразумение. Все пройдет. Стечение давящих обстоятельств навалилось и спровоцировало реакцию. Вот и все.

Шаги.

Тяжелые. Уверенные. Властные.

Я совсем перестаю дышать.

— Ты здесь?

От шока роняю бокал.

Звон стекла по бетонному полу кажется громовым. Стакан катится, пол оказывается с уклоном. Задевает выемки. Барабаня и гремя, громко чокнувшись, отбивается от кирпичей.

Шаги.

Щелчок зажигалки. Здесь полумрак, да.

— Дуняш.

Темная громадная тень заслоняет выход.

Закрываю глаза, медленно дышу. Чертова паничка, шок, стресс, неловкость. Что на этот раз преодолеть надо, не знаю.

— Здравствуйте, — пищу.

Встречаюсь с ним взглядом, с усилием моргаю.

Лишний раз вижу подтверждение тому, что я и Лекс две разные планеты. Я в мокрой чужой униформе, он — скромное обаяние буржуазии. Шикарный костюм, аксессуары и невыносимая притягательная брутальность

— Ты почему убегала?

Лекс спокоен.

Я веду себя так, будто меня со спины током лупит в двести двадцать. Гончаров очень задевает и очень хочется понять, зачем преследует.

Мы же не в сказке, правда? Я не Золушка, он не Принц. Ну зачем?

— Извините, — развожу руками, — испугалась.

— Кого? — прищуривается.

— Вас.

Глаза Гончарова покрываются коркой льда.

— Почему? Я тебя обидел?

Мотаю головой. Сжимаю в кулаки кисти. Мне не по себе.

— Нет. Можно я стакан заберу и уйду.

— Какой? — оборачивается.

— Ваш, — стою, как деревянная. Впадаю в анабиоз от аромата духов Кувалды. — Он у стены. С меня за него вычтут.

— Мгм, — сжимает челюсти.

Отходит чуть дальше, внимательно изучает форму.

Под его взглядом становится крайне неловко, ежусь, пытаясь отлепить платье от спины. Я жалкая, мне невыносимо, что Лекс видит меня вот такой. Только не так, не хочу.

Ой, Дуня … Прекрати …

Гончаров тебе нравится, вот и все. От внутреннего диалога прихожу в ужас. Еще и Гончаров никак не помогает отринуть обратное. Смотрит, будто … будто я принадлежу ему.

— Почему сбежала? Я просил подождать, — подходит ближе.

— Ваша невеста, — давлюсь на определении, — не была рада моему присутствию.

— О как, — язвительно. — Сделала выводы.

Внезапно безосновательно вспенивает.

То есть я не права?

— Послушайте, Лекс, — вжимаюсь в стенку. — Я искренне не понимаю, почему должна перед Вами отчитываться. Вы зачем следом пошли? Идите развлекайтесь с ровней, меня не нужно трогать. Тем более, — лью яд, — уверена, что Вас ищут.

В уголке глаз Гончарова собираются морщинки. Серьезно? Он смеется?

Мне так обидно, я же не игрушка. У меня есть сердце, и оно болит. Из-за него в том числе.

Отворачиваюсь, собираясь прорвать оборону. Наплевать на стакан, пусть вычитают.

Я вообще передумала работать, не могу больше.

— Стой, — перед лицом вырастает преграда.

— Это что? — в возмущении показываю на руку. — Я в ловушке?

Вторую сторону тоже блокирует рука.

Так и стою, прижата в кольцо и не вырваться. Гончаров подходит ближе. Дыхание срывается, потому что все слишком близко, слишком рядом и все грани приличия стерты.

— Дуняш, — облизывает губы. Взгляд такой тягучий черный, падаю в бездну без страховки. — Не хочу вокруг и около. Можно прямо?

— И что все это значит? — задыхаясь от волнения, облизываю губы.

Ей-богу, я бы сейчас за минералку душу продала, чтобы хоть как-нибудь залить пожар внутри. На износ органы работают.

— Брось все, поехали со мной.

В смысле?

Гончаров изучающе наблюдает. Лицо непроницаемое, лишь вена на лбу быстро-быстро колотится. Не знаю, что с лицом, но Лекс зависает на губах.

Тянет руку и чувствительно проводит пальцем по рту. Губы послушно тянутся за «размазывающим» жестом Гончарова.

Жест пошлый, собственнический и очень острый, будто перцем приправленный.

— Куда? — лепечу.

Я не дура, но … все равно … Все равно!

Между нами плотное облако взрывной химии, мне жарко, холодно, болезненно приятно и ужасно одновременно.

— Без разницы. Хочешь к тебе, хочешь ко мне. Плевать.

— Я на работе, — оправдываюсь. — Хотя подождите, — сжимаю виски. — Какая поездка, а Ваша дама сердца?

— Какая дама? — насмешливо. — У меня нет дамы. Это дружеская услуга. Все? Допрос окончен?

— А она в курсе, что дружеская?

Я не понимаю. Ведь между ними есть связь, почему Лекс отказывается от очевидного.

— Слушай, забудь. Я потом объясню, если будет интересно. Пассаж не для твоих нежных ушек. Едем?

Тянет за руку.

Почему все так быстро, не успеваю следить. Я согласилась, я не помню, что сказала «да». Упираюсь двумя ногами.

— Лекс, стоп.

— Что еще? — снова сокращает расстояние.

На талию ложится ладонь.

Бок сразу начинает печь и по телу бегут неконтролируемые мурашки.

— Лекс, я не могу, — останавливаюсь.

Очарование заканчивается. Туман рассеивается, все становится слишком очевидным. Я не могу так. Не могу и хоть ты тресни.

— Что сложного? — склоняет голову на бок, пытливо смотрит.

Выпутываюсь из рук.

— Понятия не имею, что могло тебя во мне заинтересовать, — заикаясь, начинаю. — Правда.