Серебряные нити Шардена. Пепел и тис - Мари Ларина

кресла, диван с бархатными подушками, низкий столик с кофейным сервизом, пледы, аккуратно сложенные на подлокотниках, и, конечно же, камин. И в то же время здесь чувствовалась чья-то тёплая, домашняя рука: книги не пылились, кресла не были идеально застелены — словно хозяин библиотеки действительно проводил тут вечера, а не просто устраивал показную обстановку.

У массивного стола, что стоял у входа на балкон, сейчас завешенного портьерами, нас ждал Хаэль — расслабленно сидел в кресле, листая что-то в тонкой тетради. При виде Магистра меня чуть кольнуло воспоминание о кошмаре, приснившемся сегодня, и я вздрогнула, стараясь сразу забыть о нём.

И, мать его, дома Хаэль тоже был в костюме. Чёрном костюме, но чуть более расслабленного кроя.

И да, он был в тапочках. Пушистых. Чёрных. Тапочках. Уморительно.

— Господин ожидает вас, — безупречным тоном подтвердил очевидное слуга, сделав лёгкий жест ладонью, приглашая нас внутрь. — Чай подадут через десять минут.

Я было, благодарно кивнула, но он исчез безумно быстро, оставив нас среди приглушённого света и запаха старых книг.

Взгляд скользнул по библиотеке, пока мы проходили к столику. Пол из тёмного дерева слегка скрипнул под ногами, приветливо отзываясь знакомым звуком. Ирис, без лишних слов, опустился в кресло напротив Хаэля, бросив на того короткий, но внимательный взгляд, в котором сквозила и привычная наглость, и доля уважения.

Я устроилась рядом, скинув пушистые тапки у кресла — от одного их вида всё происходящее казалось чуть менее серьёзным.

— Ну что, — начала я, бросив взгляд на Эврена, что оторвался от своей тетради лишь на мгновение — чтобы создать теневое заклинание тишины. — Наше проникновение под прикрытием прошло почти безупречно… если не считать того, что настоящие ребята из Магистрата Внутренней Безопасности оказались неподалёку.

— И? — Хаэль чуть вскинул бровь, лениво переворачивая страницу своей тетради.

— И… — начал Ирис, но его перебил знакомый голос из-за двери. Я обернулась ровно в тот момент, когда та мягко отворилась, и всё тот же безупречный слуга пригласил Эльсу Верин, собственной персоной, в библиотеку. Волны рыжих волос, упавшие на плечи, густые, блестящие, словно расплавленное золото, тронутое пламенем. Яркие алые губы, безупречные стрелки на веках, и, конечно, корсет цвета зрелого вина, подчёркивающий её фигуру. На ногах — смешные, пушистые чёрные тапочки, которые каким-то волшебным образом делали её образ ещё более роскошным.

— Что я пропустила? — её голос, обволакивающий, с хрипотцой, раздался в комнате, пока она обводила нас взглядом. И улыбнулась — широко, с тем самым фирменным прищуром, в котором было и веселье, и намёк на вызов. — Магистр, — кивок Хаэлю был почти деловым, но весьма уважительным. Будто она признаёт его власть, но при этом он ей ещё и симпатичен как человек.

Эльса грациозно опустилась в кресло рядом со мной, и от неё сразу потянуло парфюмом с ароматом корицы. Ирис только хмыкнул, скрестив руки на груди, а Хаэль мельком взглянул на неё поверх страниц своей тетради, вновь накладывая теневое заклинание тишины.

— Честно? — я облокотилась на подлокотник кресла, чуть повернувшись к Эльсе. — Самое интересное начинается. Мы тут практически только что под видом МВБ-шников по улицам гуляли. И, кстати, весьма и весьма успешно. Но повторять я бы не хотела.

— И вы что, не встретили настоящих МВБ-шников? Не попались? — с игривым удивлением приподняла бровь она.

— А вот тут начинается веселье… — многозначительно протянул Ирис. Я смерила его укоризненным взглядом, но усмехнулась. Талькар устроился в кресле, закинув ногу на ногу. А пальцы его лениво перебирали серебряное кольцо на среднем пальце с выгравированным силуэтом женщины.

Он выглядел до обидного расслабленным, будто сейчас не о почти провалившейся встрече с Магистратом пойдёт, а о вчерашнем визите в трактир. В уголках губ плясала самодовольная усмешка — он явно смаковал момент.

— Вы бы видели их лица, — начал он, медленно переводя взгляд с меня на Эльсу, а затем — на Эврена, который сидел, чуть отвернувшись, явно вслушиваясь, но не подавая виду. Что там у него в этой тетради? — Прямо из стены дождя выплывают двое. В форме Магистрата. Один — лысоватый. Второй — моложе, но глаза злющие, цепкие, сам такой… ржавый. Ой, рыжий. Ну или что-то типа того.

Эльса, устроившись на краю кресла, сцепила пальцы, положив подбородок на ладони. Глаза блеснули искоркой узнавания. Я заметила, как алые губы тронула легкая усмешка.

— Рыжий? — уточнила она.

Ирис кивнул.

— Точно, да, рыжий. Даже какой-то… ну, ржавый. Как проволока. А, медный, во! Мы подошли, вытянули удостоверения… — он бросил в мою сторону короткий взгляд, чуть прищурившись, намекая без слов: «отлично выкрутилась». — И тут этот медноволосый заводит свою шарманку. Мол, вы из четвёртого сектора? Тогда скажите-ка мне, сколько цифр в контрольном шифре складов на Хадренской улице. Или что-то такое.

Я уже открыла рот что-то сказать, но Эльса махнула рукой, перехватывая инициативу:

— А-а, всё понятно. — она откинулась на спинку кресла, элегантно закинув одну ногу на другую. — Они из патруля. Это Гайр и Весс. Всегда ходят парой. Старший патруль четвёртого сектора. Четвёртый сектор — это как раз Молчуны и округа. Гайр — этот с медными волосами — бывший оперативник из лигатов, а они подозревают всё и всех, работа у них такая. Не смотрите, что он так молодо выглядит, на самом деле — он старше.

Я нахмурилась. Вот почему мне показалось, что его глаза слишком цепкие, а лицо — слишком напряжённое для простого патрульного. В этом его спокойствии было что-то… неприятное. Эльса хмыкнула, чуть склоняя голову набок, рыжие локоны скользнули по её ключицам, губы тронула улыбка, холодная, почти насмешливая:

— А кодировка складов — нововведение Азгурвальда. После истории с Сферой Отклика они в Магистрате усилили охрану у всего, что хоть как-то связано с артефактами. Контрольный шифр — это магическая цифровая комбинация из семи цифр, без которой ни один склад, ни одно хранилище не откроешь и не закроешь. И да, их обязаны знать все сотрудники Магистрата, работающие в районе или секторе.

Эврен, до этого молча листая свою тетрадь, наконец повернулся к нам. Его чёрные глаза блеснули под тусклым светом лампы, взгляд упал на Ирисa.

— Так ты что, угадал? — спросил он, с насмешкой подняв бровь.

Я почувствовала, как напряжение в комнате чуть сгущается, как воздух перед грозой. Но Ирис этого не заметил и победно усмехнулся, хлопнув в ладоши.

— О, да! Я сказал «семь». Три цифры префикса сектора, четыре — контрольный ключ. И добавил про инструктаж. Старый приём — или признай, что сам пропустил, или кивай. Поставь собеседника в неловкое положение, надави на