Покипси - Анастасия Дебра

— Ради тебя, булочка. Только для того, чтобы трахнуть тебя.

Ливия попыталась обнять его в ответ, но он держал её так, что ей пришлось просто опустить руки.

Во время ещё одного прохода по коридору Сьюзен подошла к группе, не обращая внимания на их драму.

— Эй, дети, вы можете сейчас уйти в палату Кайлы? Это не совсем место для тусовок.

Беккет развернул Ливию так, чтобы обнять её за плечи.

— Мы не уйдём. Там мой брат, и мы должны знать, какого хрена там происходит. — Его глаза, несмотря на его обещания, нашли развевающуюся занавеску, скрывшую Криса из виду.

Поведение и тон Сьюзен оставались профессиональными.

— Как насчет того, что я пообещаю рассказать вам, какого хрена там происходит, как только мы что-нибудь узнаем?

Ливии не нравилась идея оказаться от Блейка дальше, чем нужно, но ей также не понравилась тоска в глазах Беккета. Мы должны оставаться позитивными.

— Хорошо, медсестра Сьюзен. Я думаю, это звучит отлично. Ты расскажешь нам, как только что-нибудь узнаешь? — Ливия попыталась настоять на желании Беккета.

— Я специально зайду туда, чтобы узнать, что происходит, — пообещала она. — Мне просто нужно, чтобы вы все покинули моё отделение скорой помощи. — Выбор был очевиден: они могли быть на её хорошей или плохой стороне.

Кайла шла впереди, а Коул держал руку на её пояснице, скрепляя её больничную рубашку. Ливии нравился вид этого мужчины, прикрывающего её сестру. И, к счастью, кто-то подарил Кайле пару спортивных штанов. Они были как минимум на три размера больше, и, несмотря на все беготни и прыжки Кайла, вниз они не упали. Она шлёпала своими длинными штанинами, как лапами пингвина.

Палата Кайлы теперь находилась этажом выше отделения скорой помощи. Кэти оторвалась от чтения, но ничего не сказала, когда их стадо вошло. Кайла снова забралась на кровать, и Коул обвил её своим длинным телом. Беккет рухнул в кресло и посадил Ливию к себе на колени. Они начали сеанс молчания. Сьюзен сдержала своё слово и появлялась с ежечасными новостями.

Хотя они слушали внимательно, без доступа в Интернет Ливия не могла найти объяснения причудливым терминам, которыми разбрасывалась Сьюзен. Её сложные описания мало помогали успокоить страх. Во время своего первого визита Сьюзен подробно рассказала о переливании крови и плевральной дренажной трубке. Джон зашёл и обнял своих девочек. Он просил у них прощения, но ему нужно было добраться до участка, чтобы разобраться с вечерним беспорядком.

— Возможно, тебе придется прийти позже, чтобы ответить на несколько вопросов, Лив, — неохотно сказал её отец. — Это не должно стать проблемой, но ты же знаешь, как это бывает. Я постараюсь сделать всё быстро.

Ливия поцеловала отца в щёку.

— Спасибо, папа. Мне так повезло, что ты у меня есть.

Джон шаркал ногами и выглядел смущённым. Кэти встала и вышла вместе с ним из палаты.

Второй визит Сьюзен включал такие слова, как проникновение пули и кавитация. Похоже, она считала, что тот факт, что не было «фрагментации», — это хорошо. Когда медсестра выбежала за дверь, Ева молча появилась в дверях в джинсах и футболке — совершенно обычной одежде, которая на ней казалась возмутительно неуместной. Она кивнула Ливии, которая тут же оказалась одна в кресле, когда Беккет направился в коридор.

Вскоре его слишком громкий голос вернулся в палату.

— Он выстрелил моему брату в спину. Он мой. Это мой херов приказ. Он мой.

Нежный шепот Евы был неразборчив.

— Делай, что должна, Ева, но, бл *дь, клянусь, тебе лучше его не трогать. — Беккет, фыркнув, вернулся в палату.

Он некоторое время ходил и бил себя по ладони, затем, наконец, сел и взялся за голову.

Третий, четвертый и пятый визиты Сьюзен были просто сообщениями о том, что Блейк ещё жив, но её губы казались плотно сжатыми. Кайла то прислонилась к груди Коула, то заплетала маленькие косички в волосах Ливии. Телевизор мерцал со своего места в углу комнаты, но никто не мог удержать на нём глаз.

Беккет сбегал в кафетерий. Он вернулся с мешком для мусора, полным еды и напитков, и объявил:

— Кафетерий закрыт. — Никто его не спросил, как он доставал еду из закрытого заведения.

— Ешь, булочка. — Беккет протянул Ливии батончик мюсли.

Она покачала головой.

— Знаешь, что, бл *дь, произойдет? Ты на хрен потеряешь сознание, — сказал он ей. — Ты ударишься своей проклятой головой и станешь бесполезным мешком, когда Блейку закончат делать операцию. Ты хочешь быть упавшим мешком с поднятой задницей, Ливия? Поможет ли это кому-нибудь?

Ливия почти улыбнулась его ужасному опекунству. Она взяла батончик и развернула его, а затем чуть не задохнулась, когда Беккет в знак поощрения ударил её по спине.

Шестой визит Сьюзен был непростым. Она описывала влияние тяжелой кровопотери и кислородного голодания на мозг и продолжала говорить о «травматическом повреждении».

Как будто мы не знали об этом.

— Он должен выйти из операционной в течение следующего часа. Один из вас может сопровождать его в послеоперационную палату. Потом вы сможете по очереди навещать его, когда он доберётся до своей палаты. Сьюзен разгладила свой халат и предоставила нам подумать.

Беккет шумно выдохнул.

— Ну, это звучит не очень хорошо. Он может стать овощем. Сукины дети.

Ливия стояла и смотрела в окно. Её собственные глаза смотрели на неё.

— Нам нужно молиться. Коул, помолись за нас. Пожалуйста. Исцеляющие молитвы. — Ливия не сводила глаз со своего отражения.

Коул прочистил горло.

— Эм. Хорошо. Давайте посмотрим.

Кайла нежно погладила губы Коула большим пальцем.

— Вперёд, продолжай.

Коул вытащил из верхнего ящика Библию и за мгновение пролистал её. Когда он начал молиться, его голос приобрёл другой тон, как будто он рисовал в воздухе торжественной аурой церкви.

— Господь — Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться: Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим, подкрепляет душу мою, направляет меня на стези правды ради имени Своего…

Ливия наблюдала, как Беккет сложил руки для молитвы. Он склонил голову. Она не могла бы любить его больше, если бы он был её настоящим братом. Она позволила словам Коула воодушевить её.

Она представила Блейка и закрыла глаза. Он лежал под ярким хирургическим освещением, трубки на месте, пищали мониторы, татуировка Прости.

Она как будто стояла с ним в операционной. Она излила вокруг него свою энергию, окружила его сверкающим солнечным светом цвета шампанского.

Исцели его. Укрепите его. Исцели его.

Ливия представила, как держит Блейка за руку на прогулке в лесу, как солнце, пробираясь сквозь