Покипси - Анастасия Дебра

* * *

Беккет сидел на стоянке больницы в линкольне, который он забрал у одного из своих приспешников. Окна были такими черными, что машина напоминала игрушечную машинку. Позади них взгляд Беккета следил за окном Блейка. Там была булочка, ожидающая, как охрененный столп силы, которым она и была. Эта маленькая брюнетка куда смелее практически каждого человека, которого он когда-либо встречал — именно то, что было нужно Блейку.

Взгляд Беккета упал на брошенный скальпель на полу машины. Оно было залито кровью. Он сидел здесь, на месте преступления, как Хренов девственник, с грёбанным орудием убийства рядом с собой.

Когда Ева появилась в больнице и сказала ему, что убила других засранцев, Беккет почувствовал облегчение. И она была готова закончить работу. Ева хотела устранить Криса и сохранить руки Беккета чистыми. Но Беккет хотел испачкать руки. Он хотел отомстить за брата. Почти равным было его желание защитить сладкую булочку. Ева была недовольна, но ничего не могла поделать. Она ушла, чтобы спрятать свои трупы.

* * *

Прогуливаясь по больнице и забежав в кафетерий, чтобы раздобыть еды для своих людей, Беккет составил слабый набросок плана. Он знал, что у него на службе есть несколько полицейских. Маус всегда следил за тем, чтобы в платёжной ведомости были выбранные кандидаты — порой это был действительно единственный способ избежать тюрьмы.

Маус. Беккет отложил своё горе.

Он накормил свой народ, и Ливия даже убедила его помолиться. Но молитва Беккета не имела ничего общего с бредом Коула и всеми этими вычурными окончаниями в конце каждого проклятого слова. Беккет хотел одной простой вещи. Выстрелить. Шанс прибить Криса нахер.

На следующий день Кайлу отправили домой, поэтому Коул вернулся в свою церковь, а Ливия последовала за Блейком в его новую палату. Беккет попрощался, как будто собирался уйти, но вместо этого немного побродил, флиртуя с медсёстрами. В течение следующих двадцати четырех часов Беккет выяснил их график, а также осмотрел палату Криса — всего лишь один полицейский, сидящий за его дверью. Думаю, они не боятся, что сука убежит с отстреленными коленями.

Когда на следующий день он заметил О'Мэлли, одного из полицейских, начавших дежурство перед дверью этого ублюдка, Беккет схватил первое оружие, которое попалось ему в руки. Он нашёл пачку блестящих хирургических инструментов и разорвал её. Лезвие скальпеля было острым и очень маленьким. Идеально.

— Привет, О'Мэлли! — Беккет подошел к офицеру в форме.

Они пожали друг другу руки, как друзья, но глаза полицейского ясно говорили:

«Какого черта?»

Широкая улыбка Беккета не сходила с его лица, когда он отдавал приказы.

— Иди часик попей кофейку. Тогда ты сможешь вернуться.

Рот О'Мэлли открылся, но ничего не сказал. Он опустил голову и быстро пошёл по коридору.

Беккет проскользнул в комнату и позволил глазам привыкнуть к тусклому свету. Крис крутил мультики по телевизору, как женщина без члена. Он храпел с открытым ртом. Гарантирую, его капельница была забита обезболивающими.

Беккет встал, нависнув над Крисом, позволяя образу подстреленного брата в ночи заполнить его разум. По своей сути Беккет стал убийцей; никто не смог бы теперь найти в нём милосердия.

Мощный удар по синяку на лице Криса был утренним поцелуем пациента. Крис проснулся, при этом тело его тряслось, будто у него начался припадок. Беккет вонзил скальпель в шею Криса, перерезав ему голосовые связки, чтобы заставить его замолчать. Выдернув капельницу из руки Криса, Беккет сообщил ему, зачем он пришел.

— Эй, кукареку, нах *й! Засранец херов, ты выстрелил моему брату в спину. Знаешь, что это значит? Ты умрёшь, сука. — Беккет не надел перчатки; ему хотелось почувствовать теплую, липкую кровь. — Давай начнём. Око за око, как обычно говорят. Беккет начал резать, когда рот Криса образовал круг из беззвучного крика.

* * *

Беккет отвёл взгляд от инструмента на полу линкольна. Крис умер ужасной смертью даже по меркам Беккета.

Но его смерть не дала Беккету покоя, которого он жаждал. Пока Блейк не проснулся и не заговорил как обычный ублюдок, Беккет хотел блевать. У всех врачей и медсестер, прикомандированных к Блейку, было такое грустное выражение в глазах, как будто они лечили проклятую мёртвую псину. И он знал, что эти ублюдки уже видели подобное дерьмо раньше.

Он догадался, что именно поэтому совершил убийство Криса как любитель. Как серийный дрочер е *ущий задницы. Он оставил после себя больше ДНК, улик и мотивов, чем мог бы скрыть.

Ева его прикончит. И вот он снова оказался на месте преступления. Его задница становилась тупее с каждой секундой. Но ему нужно было увидеть Блейка и насладиться всей надеждой, которую булочка разбрасывала повсюду, как конфетти.

— Ну нахер, я иду. — Беккет расправил плечи, вошёл через парадную дверь и без происшествий направился в палату Блейка. Он обнаружил, что булочка свернулась в кресле, как кошка, её рука касалась руки Блейка. Она спала, и Беккет уже почти повернул хвост, чтобы оставить её в покое, когда глаза Блейка резко открылись.

Ливия заговорила мягким, настойчивым голосом.

— Блейк? Тебя подключили к аппарату искусственной вентиляции лёгких; эту штуку у тебя во рту должен удалить врач. Просто успокойся. Смотри, я здесь. Я здесь. Видишь? Всё хорошо. Просто постарайся сохранять спокойствие.

Булочка погладила Блейка по щеке.

Беккет затаил дыхание. Этот дёргающийся, паникующий чувак — новый Блейк?

Глава 43

Настоящее человеческое сердце

ЛИВИЯ ДУМАЛА об этом моменте с тех пор, как Блейк вышел из операционной. Она продумывала все возможные варианты того, когда он проснётся: он может быть сбит с толку, и аппарат искусственной вентиляции лёгких наверняка его напугает. Но теперь, когда она сидела почти на нём и держала его настороженное, испуганное лицо, этого было достаточно, чтобы заставить её заплакать. Его яркие зелёные глаза смотрели куда угодно, только не на неё.

— Беккет, сходи за медсестрой или врачом, — сказала она как можно спокойнее. Она почувствовала сопротивление Беккета. — Отпусти его руки. Всё нормально. — Ливия почувствовала, как кровать отреагировала, когда Беккет поднял своё огромное тело.

Руки Блейка накрыли её. Она могла увидеть панику в его диких глазах.

— Я так рада тебя видеть. Я так сильно тебя люблю. Спасибо, что проснулся, — сказала Ливия быстро, но спокойно, пытаясь привлечь внимание Блейка.

Наконец его глаза встретились с её глазами, и она одарила его широкой улыбкой со слезами на глазах. Она не могла сказать, считал ли он, потому что его губы