Покипси - Анастасия Дебра

Будь там, Блейк. Пожалуйста. Боже, прошу.

Ливия повернулась и увидела, как Беккет вбежал обратно в комнату, буквально затаскивая медсестру. Медсестру Ким, если точнее.

Он поставил её на землю, указал на Блейка и крикнул:

— Видите!?

— Наш мальчик проснулся, — просто сказала Ким, даже не обращая внимания на своё странное появление. — Привет, Блейк. Доброе утро.

Она продолжала весело подшучивать, эффективно проверяя машины, окружающие её пациента. Сьюзен прибыла через несколько секунд, и медсёстры начали непринужденную беседу. Казалось, они демонстрировали Блейку, насколько они расслаблены.

— Блейк, рада видеть тебя проснувшимся. Мы много готовились отсоединять тебя от искусственной вентиляции лёгких, чтобы посмотреть, как поживают твои лёгкие. Хотел бы попробовать прямо сейчас? — Сьюзен ждала ответа с нежной улыбкой.

Ливия сидела застыв. Она ещё не задала Блейку прямого вопроса. Этот простой ответ «да» или «нет» мог бы сказать каждому в комнате миллион вещей. Может ли он понимать слова? С ним всё будет в порядке? Блейк ещё здесь?

Он выглядел озадаченным и напрягал трубку в горле.

Ливия снова сосредоточила свою энергию.

Ты сможешь сделать это.

Блейк кивнул один раз, затем дважды, затем три раза. Да, он хотел вынуть трубку.

Он понимает!

Беккет подхватил Ливию с кровати и закрутил её. Медсёстры заполнили освободившееся ею пространство.

— Ты сделала это, булочка! Ты спасла его. Ты удивительна. Мой брат. Мой брат. — Его голос сорвался, Беккет поставил её на ноги и обнял.

Увидев, что Блейк смотрит на неё через плечо Беккета, Ливия немного споткнулась. Его взгляд был таким напряжённым. Как Блейк. Беккет удерживал её на месте. Она чувствовала, как всё его тело радуется.

Они оба выдержали кропотливый процесс снятия аппарата искусственной вентиляции легких. Первые вдохи Блейка были мягкими и уверенными благодаря опыту Ким и Сьюзен. Он закашлялся, когда должен был, выполняя очередную команду, и сердце Ливии устремилось ввысь. Наконец, когда его попросили высказаться, он посмотрел в её серые глаза.

Голос у него был хриплый и хриплый, но слова были ясными.

— Ливия. Ты любишь меня.

Беккет отпустил её, когда она снова забралась на кровать Блейка. Блейк двигался медленно, но казался решительным и лишь немного вздрогнул, когда потянулся к её плечам и прижал Ливию к своей груди. Она хотела что-то сказать, но рыдания лишили её этих слов.

Его хриплый голос шевелил её волосы своими драгоценными, прекрасными словами.

— Ты здесь. Со мной.

Ливия сжала пальцами его больничную одежду. Сила, которая поддерживала её, растворилась в благодарности. Увидеть его свет, его лицо, всё, что было Блейком, снова принесло ей облегчение, которого она никогда не знала. Он гладил её по спине, пока её тело сотрясалось от рыданий.

Осмотрев сцену еще на мгновение, Сьюзен и Ким вышли в холл и замерли возле двери. Беккет поднял кулак, и Блейк остановил поглаживание Ливии, чтобы поприветствовать Беккета, схватив за руку. Успокоив свои рыдания, Ливия обернулась и посмотрела, как братья, ничего не сказав, но торжественно кивнули друг другу, что передало многое. Затем Беккет повернулся, чтобы выйти через открытую дверь.

Когда он вышел в коридор, Сьюзен оглядела Беккета с ног до головы.

— Отец Ливии велел мне присматривать за тобой и позвонить ему, если ты появишься.

Беккет замер. Его руки схватились за дверной косяк, где он стоял.

— Итак, как только я буду уверена, что Блейк поправляется, я позвоню, — продолжила Сьюзен. — Это должно произойти в ближайшие десять минут. — Свою речь она закончила выразительным взглядом.

Улыбка Беккета наполнила его голос.

— Спасибо.

— Не благодарите нас, просто уходите, — ответила Ким. — Мы не одобряем то, что вы могли сделать.

Беккет поцеловал каждую женщину в щеку и сказал:

— Леди, я говорил вам спасибо за вашу прекрасную заботу о моём брате. Вы ангелы. Самоотверженные, чертовски красивые ангелы. Я уйду и не буду вам мешать. — После короткого взгляда на больничную палату Блейка Беккет исчез в коридоре.

Ливия закрыла глаза, чтобы на мгновение успокоиться. Её рыдания сменились тихим, ритмичным всхлипыванием. Когда она открыла глаза, она была готова. Она села и заправила волосы за ухо. Она наполнила чашку водой и добавила соломинку. Чашка крепко держалась в её руке, пока он делал несколько глотков.

Ливия решила, что ей нравится смотреть, как он что-то делает. Еда, вода, любовь — всё это она могла ему дать.

— Ты выглядишь усталой. Хочешь вздремнуть? — спросил он. Блейк определённо вернулся. В его шелковистом голосе было меньше хрипов и больше тона.

— Нет, Блейк. Я больше никогда не хочу спать. Просто быть здесь. — Ливия коснулась его лица. — Только здесь.

Гордость в его глазах почти изменила цвет. Он повернулся лицом к её ладони, поцеловал её и сказал:

— Иди сюда, любовь моя, положи свою голову мне на плечо. Твоё бремя было тяжёлым.

В этот момент Ливия осознала, что её веки опустились, а изгиб руки Блейка казался идеальным для её головы. Его губы задержались на её лбу, пока он напевал спокойную мелодию. Ливия погрузилась в глубокий сон без сновидений.

Кашель Блейка разбудил её некоторое время спустя. Он пожал плечами и выглядел извиняющимся, когда она проверила его лицо и снова прикоснулась к нему, чтобы успокоить.

— У вас всё отлично, мистер Харт, — сказал терапевт, которого Ливия теперь заметила в комнате. — Мы поработаем с дыхательными упражнениями позднее.

Блейк быстро помахал рукой, когда мужчина в халате вышел из палаты.

Он снова посмотрел на Ливию.

— Мне жаль, что я разбудил тебя. Ты была такой уставшей. Тебе нужен отдых.

Ливия потрогала его конечности, одеяла и волосы, проводя инвентаризацию.

— То, что ты меня разбудил, каждый раз того стоит.

— Я прошёл проверку? — поддразнил он, наблюдая за её блуждающими руками.

— Да. Ты по-прежнему здесь. Это то, что мне нужно. — Ливия потянулась, чтобы наполнить его чашку.

Она мельком увидела свою вечность без усилий: кормила Блейка, укутывала его одеялом, когда он засыпал на диване, говорила «спасибо» каждый раз, когда он передавал ей соль за столом.

— Медсёстры рассказали мне, что ты сделала, Ливия. Ты заставила моё сердце биться в лесу. — Он посмотрел на её губы и продолжил: — Ты дала мне дыхание. Тебе было страшно, любовь моя? Прости.

— Ты извиняешься, потому что перестал дышать? — Ливия наморщила нос.

Он почтительно кивнул.

— Я снова оставил тебя одну на поляне.

— Ты принял пулю, на которой было моё имя, и позволил ей застрять в твоей спине, — ответила Ливия. — Ты никогда не оставлял меня в этом лесу. Ты дал мне силы, когда я в них нуждалась. Тебе не нужно