#НенавистьЛюбовь - Анна Джейн

Сначала она явно оценивала нас обоих — и меня, и Савицкого, который казался мне все более и более подозрительным, ведь ни с кем кроме Дашки он не общался. Злило ли меня это? Отчаянно злило. Но я терпел — понимал, что иначе и быть не может. Меня не было в жизни Сергеевой несколько лет. И я не мог врываться в нее и устанавливать свои правила. Мне нужно было доказать Дашке, что не такой уж я и козел. Что я не хуже Савицкого. Что заслуживаю ее внимания и нежности.

Что люблю ее.

Я пытался быть милым, хотя, на самом деле, мой сложный характер с трудом позволял делать это. Мне раз за разом казалось, что я ломаю себя. Но все равно я ни о чем не жалел. Теперь я не хотел отступать. Не хотел повторять ошибки нашего детства.

Но, черт побери, как же я ревновал! При Дашке я старался оставаться спокойным, но в спортзале стал выкладываться на все двести, потому что так становилось легче. Правда, когда мажорик пришел к ней домой, я не выдержал — пошел им мешать, прихватив в качестве повода бутылку игристого. Владик ошивался в ее квартире без футболки, светя хилыми ручками и демонстрируя дряхлый пресс. Ладно, не такой он был хилый и дряхлый. Просто бесил меня жутко. И я хотел быть лучше него. Даже футболку снял, заставив Сергееву закатить глаза.

В конце концов, она согласилась на свидание. Я понимал, это — тот самый шанс, о котором я раньше думал. Шанс показать Дашке свое отношение к ней, показать желание взять ответственность за наши отношения, показать, что я не собираюсь отступать.

Я долго думал, каким должно быть идеальное свидание. Романтики во мне было не слишком много — куда меньше, чем в Савицком. И я не мог позволить себе арендовать корзину с воздушным шаром или повести Дашку в какое-то невероятное место. В конце концов, мажор успел сводить ее в дорогой и престижный ресторан с видом на ночной город, и другие рестораны точно не удивят ее после такого. Конечно, я мог понадеяться на свое обаяние и просто пригласить Дашку погулять по городу или отвезти на пикник, но мне казалось, что этого мало. Я боялся проиграть мажору. И я хотел подарить Дашке действительно крутые ощущения от общения со мной.

А потом вспомнил о базе отдыха на берегу водохранилища. Наша компания часто отдыхала на одной из таких баз. Мы вскладчину арендовали коттедж — выходило совсем недорого. И веселились день или два — с шашлыками, сауной и бассейном. Прошлой зимой наша группа справляла на какой-то базе и «золотую середину».

Идея показалась заманчивой, но я понимал, что для первого свидания это слишком — провести наедине за городом столько времени. Дашку это может банально вспугнуть. И я позвал с нами Димку и его девушку, решив, что с ними Дашке будет комфортно.

Когда я вспоминаю эти два дня — два самых счастливых дня, мне хочется кричать и крушить все вокруг. Но я сдерживаюсь. Теперь я научился сдерживаться. Действительно научился.

Это было идеальное свидание. Да, я не мог предложить Дашке яхту, поездку в Париж или дорогие подарки. Все, что я мог предложить — себя. Свои чувства и свою искренность. И я действительно хотел доказать Дашке свою любовь, так отчаянно пробудившуюся и неприкаянную.

Чувства. Много это или мало? Не знаю. Кто-то с восторгом смотрит на кожаные сверкающие ботинки, кто-то — на сверкающие глаза. У всех по-разному.

Осуждаю? Нет. Принимаю и понимаю.

Наверное, если бы Дашка выбрала Влада, я бы тоже понял. Но я выбрал Дашку, потому что знал, что она не такая. Не поставит внешний лоск выше своих чувств, как когда-то это сделала Маргарита, польстившаяся на деньги того блондинчика. Не будет изменять, как когда-то сделала это Юля, обидевшись на меня и переключившись на сохнущего по ней Серого.

Я не был святым. Я и сам часто выбирал то, что ярче, — ту, что ярче. Эффектнее, красивее, соблазнительнее. Но с Дашкой это не работало. Какими бы эффектными не были другие девушки, они не могли затмить ее.

И только ей я мог писать свои дурацкие стихи, которых всегда стыдился.

Но там, где не помогал спортзал, помогали они — хотя бы на время. Давали анестезию.

Я сделал правильный выбор. Дашка никогда не бывала на водохранилище — обычно они с родителями ездили на море, и восторгалась местными красотами. А я поглядывал на нее через зеркало заднего вида и старался скрыть свою радость. Мне нравились ее эмоции. То, с каким восторгом она смотрела в окно, на огромную неподвижную водную гладь. То, как с каким упоением она разглядывала небо. И то, как улыбалась, делая с Лизой селфи.

Ее голос, мимика, жесты, эмоции — все было слишком живым, ничуть не наигранным. И я любил ее такой — живой, искренней, настоящей.

Мы неплохо провели первую половину дня — разместились в домике, покатались на катере, погуляли. Правда, я совсем не вовремя встретил Стаса, предложение которого едва не поломало все мои планы, но бывший шеф не стал настаивать на совместной прогулке на яхте и отстал от меня.

2.26

А потом началось испытание сауной. Дашка, просто сидящая рядом и держащая за руку, уже вызывала желание уединиться с ней. А Дашка в купальнике и вовсе сводила с ума. Я даже не подумал об этом, когда решил арендовать сауну. И только тогда, когда увидел ее в черном раздельном купальнике без бретелей, понял, как сглупил. В какой-то момент, забывшись, я откровенно рассматривал ее, особенно надолго залипнув на загорелых ногах. В последний раз я видел Сергееву в купальнике лет в тринадцать, когда мы всем классом ездили в бассейн на школьном автобусе. И с тех пор ее фигура очень поменялась — стала изящной и женственной. Соблазнительной.

Дашка разговаривала с Лизой, и они весело смеялись. При этом каждое ее движение