Штормбрейкер - Ниша Дж. Тули

— Какого рода информация?

— Конфиденциальная. Та, которую, вероятно, можно найти только в компьютерах «Щита».

Он хмурится. — У тебя неприятности, По?

— Может быть. Вроде того? Возможно, да.

Его брови сходятся на переносице. — Мне нужно знать больше.

Я оглядываюсь, чтобы убедиться, что мы совершенно одни, и подаюсь вперед. — Мне нужна информация об исследованиях Темпестаде и о том, что у них есть на Хранителей Искры. — С каждым словом мой голос становится всё тише, пока к концу я уже практически шепчу одними губами.

Брови Эдварда взлетают вверх, его взгляд мечется по комнате.

— Ничего не говори, — умоляю я. — Я прошу тебя.

Я не думаю, что он меня сдаст.

— Поэт, — шипит он.

— Я знаю, что прошу невозможного, но это важно. Иначе я бы не стала спрашивать.

Эдвард оценивающе смотрит на меня, и через мгновение его плечи расслабляются.

— Даже если бы я согласился, я не могу взломать эти компьютеры. Это самоубийство. Нам пришлось бы делать это удаленно, а у меня нет оборудования, необходимого, чтобы замести следы.

Его слова полны скептицизма, но я вижу, что он уже обдумывает возможности. Бросает себе вызов. В конце концов, Эдвард всегда обожал головоломки.

— Ты мог бы достать оборудование?

— Возможно, но это сложно. Такое не купишь просто зайдя в магазин. Мне пришлось бы собирать по частям, вероятно, строить всё устройство самому. И всё это вызвало бы кучу вопросов. На которые, я полагаю, ты не хочешь отвечать.

Он смотрит на меня выразительно, а я с досадой выдыхаю. — Должен быть способ.

— Если бы я мог получить к ним доступ изнутри Цитадели, — размышляет он, накручивая лапшу на вилку и делая еще один укус, — тогда я смог бы разузнать всё, что есть в этих компьютерах.

— Изнутри? — переспрашиваю я. — В смысле, пробраться в отдел безопасности «Щита»?

Он задумчиво жует. — Я не говорил «пробраться», но интересно, что именно к этому твой разум пришел в первую очередь.

Я хмурюсь. — А как еще это сделать? Попросить вежливо?

Он направляет вилку на меня. — В этом ты права.

Еще порция спагетти отправляется ему в рот, пока я перебираю в голове миллион идей. Я вспоминаю отпрыска Дома Асале, который с помощью ключ-карты получил доступ к отделу связи.

Посмею ли я попросить отца?

Нет, я не могу.

Мне придется ее украсть.

Интересно, как быстро мой разум пришел к этому варианту.

— Что это за взгляд? — спрашивает Эдвард, пережевывая еду и водя зубцами вилки перед моим лицом. — Ты что-то замышляешь.

— А что, если бы мы могли пробраться внутрь? — спрашиваю я. — Забудь о логистике. Что, если я смогу провести нас туда? Ты бы сделал это? Ты бы смог?

— Почему, По? Меня могут арестовать. Тебя тоже.

— Я знаю, — шепчу я. — Но я в беде. Кто-то, кто мне дорог… кто-то, кого я люблю, в беде. Если мы не найдем то, что ищем, я боюсь представить, что ждет нас в будущем.

Он изучает меня своим темным взглядом, и на его лице что-то мелькает.

— Ты единственный человек, которому не наплевать на меня с тех пор, как мы с Трин расстались, — говорит он. — Никто другой не интересовался, как я, и не спрашивал, как мои дела.

— Оу, — говорю я, сбитая с толку резкой сменой темы. — Прости.

Он качает головой и вытирает рот салфеткой. — Нет, я хотел сказать, что ценю это. Я благодарен, что ты тоже меня не забыла.

— Мы же друзья, — напоминаю я.

— Ты расскажешь мне, что конкретно я должен искать?

— Думаю, нам стоит подождать, пока мы окажемся внутри. На всякий случай.

Он кивает, будто именно такого ответа и ждал. Затем откладывает вилку и вытирает руки. Он оглядывает зал, его взгляд скользит по другим студентам, глаза темнеют. Я оглядываюсь через плечо и замечаю, что Тринити вошла в столовую со своими новыми друзьями. Какой-то новобранец обнимает ее за плечи — не тот, которого я видела на лодке, а новый парень, — и по их языку тела очевидно, что они явно больше, чем просто случайные знакомые.

Я поворачиваюсь к Эдварду, его брови нахмурены, желваки играют. Я понятия не имею, что сказать.

Его взгляд встречается с моим.

Он качает головой, и я думаю, что он сейчас встанет и уйдет, но в его выражении лица что-то меняется.

Неуверенность сменяется решимостью. Словно он только что пришел к какому-то выводу.

Затем он пронзает меня взглядом.

— К черту всё. Если ты сможешь провести нас внутрь и эта информация существует, я узнаю всё, что ты захочешь.

Глава 61

— Ты хочешь сделать что? — спрашивает Рук, когда я возвращаюсь в нашу комнату спустя некоторое время. Он сидит на кровати и смотрит на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

— Я хочу украсть пропускную карту моего отца и пробраться в офис «Щита».

Я произношу это спокойно, но только потому, что целый час ходила кругами и повторяла это про себя, пока не смогла сказать, не испытывая желания стошнить.

— Поэт, — в его голосе звучит предостережение. — Это невероятно опасная идея.

Я накручиваю прядь волос на палец и упираю руку в бок. — Я знаю, но ты должен признать, что в этом есть смысл.

Он хмыкает и качает головой. — Полагаю, есть, но даже с пропуском любой, кто нас увидит, поймет, что нам там не место.

— Ты прав, — соглашаюсь я. — Поэтому нам нужно отвлечь внимание.

— Отвлечь?

Я прохаживаюсь по комнате туда и обратно. Пытаясь убедить себя, что это не самая худшая идея в моей жизни, я обдумывала логистику, которая могла бы сделать план осуществимым.

— Через неделю будет выпускной маскарад, — говорю я, и Рук приподнимает бровь.

— И что?