Связанные временем - Сара Сэмюэлс

Я плюхнулась рядом с ней.

— О боже, Эмили. Я только что застукала графа Монтего в кабинете — он трахал одну из своих служанок!

Эмили ахнула.

— Да ладно!

— Хотела бы я шутить. Теперь я никогда не смогу развидеть то, что увидела. То есть я знала, что он иногда занимается сексом — он ведь был на секс-вечеринке Косты, — но знать об этом и увидеть собственными глазами — две совершенно разные вещи.

Я с силой потёрла глаза кулаками, словно могла таким образом стереть это воспоминание.

— Он привлекательный мужчина, — сказала Эмили.

Я встретилась с ней взглядом.

— Но он же такой старый, — одновременно произнесли мы.

— Похоже, им обоим было очень даже хорошо.

Эмили скривилась.

Послышались тяжёлые шаги, и я обернулась. В комнату вошёл граф, снова безупречно одетый.

— Мне так жаль, Оливия. Я должен был запереть дверь, — сказал он, устраиваясь в кресле напротив нас.

— Нет-нет-нет. — Я замахала руками. — Это мне не следовало врываться без стука. Я сама виновата. Давайте просто забудем, что это вообще произошло.

Мне отчаянно хотелось перевести разговор на другую тему.

— Вся вина целиком лежит на мне, Оливия. Подобного больше не повторится.

Он сцепил руки и наклонился вперёд, опершись на бёдра. Правда, судя по сияющей улыбке, особого раскаяния он не испытывал.

— Хорошо, — сказала я. — Извинения приняты.

Пожалуйста, давайте уже сменим тему.

— Больше всего меня беспокоят трое мужчин, которые сейчас неизвестно где. А именно наши мужья и Малик…

— Да, я тоже о них думал. И тоже беспокоюсь. — Граф Монтего провёл по подбородку длинными изящными пальцами.

Я постаралась выбросить из головы образ этих самых рук, скользящих по стройному телу служанки.

— Правда? Есть идеи, что мы можем сделать? Просто сидеть здесь сложа руки — настоящая пытка.

— Понимаю, дорогая Оливия. Ты любишь приключения. Но, уверен, ты понимаешь и преимущества того, чтобы оставаться в доме, оберегая себя и ребёнка. — Он поднял взгляд к потолку.

В его чертах была какая-то неподвластная времени элегантность, словно лицо высекли из камня. Всё в нём говорило о благородном происхождении, но я ничего не знала о его родословной. Кто его семья? Откуда они родом? Я даже не знала, из какой страны он происходил. Даже по акценту невозможно было определить принадлежность к какой-то одной культуре.

— Уверен, всё дело в погоде, — произнёс граф, прерывая мои размышления. — С тяжёлым грузом в таких условиях передвигаться трудно. Я уверен, с ними всё в порядке.

Он ободряюще улыбнулся нам.

— Однако, если они не вернутся до конца недели, я организую поисковый отряд. И даже сам присоединюсь к поискам.

Напряжение наконец отпустило мои плечи.

— Правда? Вы это сделаете? Я буду вам безмерно благодарна.

— Разумеется, дорогая. Не хочу, чтобы ты потратила ещё хоть минуту на переживания. Всё будет хорошо. — Он положил руки на подлокотники кресла и закинул одну ногу на другую. — Что ещё я могу сделать, чтобы вас успокоить?

Я на мгновение задумалась.

— Почему бы вам не рассказать нам какую-нибудь историю? Очевидно, вы до сих пор умеете заставить женщину улыбаться.

Стоило словам сорваться с губ, как я покраснела.

— Что сделало вас тем, кто вы есть, граф Монтего? — запинаясь, спросила я, надеясь направить разговор в другое русло.

Глаза графа весело блеснули — похоже, моя оплошность его позабавила.

— Рад, что ты оценила моё мастерство в обращении с противоположным полом.

Он усмехнулся, и мои щёки вспыхнули ещё сильнее.

— Для начала перестань называть меня графом Монтего. Друзья зовут меня Матиасом.

Он считает нас друзьями?

Я взглянула на Эмили, и та слегка пожала плечами.

— Хорошо, Матиас. Что вы можете рассказать о себе?

Матиас откинулся в кресле, словно готовился отправиться в долгое путешествие. Его взгляд устремился в окно.

Наконец он заговорил:

— Я расскажу вам о своём прошлом — историю моей жизни и о том, как я оказался там, где нахожусь сейчас. Когда-то я был счастливым человеком. У меня было всё, чего я только мог пожелать: власть, друзья, отряд солдат — всё. По профессии я был учителем. Я преподавал много лет, оттачивая своё мастерство.

— А чему вы учили? — с любопытством спросила я.

Он посмотрел на меня свысока.

— Пожалуйста, не перебивай. Позволь мне рассказать всю историю целиком.

Я откинулась на спинку дивана, чувствуя себя отчитанным ребёнком.

— Вопросы сможешь задать потом, — уже мягче добавил он.

Я кивнула, но промолчала.

— Я учил людей сражаться и защищать себя… основным навыкам выживания.

Мои брови поползли вверх.

Я тоже.

— Я обучал рыцарей и представителей королевских семей. Был советником королей и королев по военной тактике. — Его взгляд затуманился, словно он вновь перенёсся в своё прошлое. — Я открыл собственную школу, где обучал определённых людей, нуждавшихся в моей помощи.

Он встретился со мной взглядом. Его глаза были пустыми и измученными, словно смотрели на меня из глубины огромной бездонной пещеры.

— В моей жизни чего-то не хватало. — На его лицо легли тени. — Любви. Вот чего не доставало в этом уравнении. У меня никогда не было времени на отношения. Я был слишком занят, слишком сосредоточен, полностью поглощён своей миссией.

Он устало провёл ладонью по лицу.

— А потом я встретил женщину, которой суждено было стать моей женой, — Кору. Я любил её всем сердцем.

Он прикрыл глаза, наслаждаясь воспоминанием. Когда вновь открыл их, боль так отчётливо проступила на его лице, словно кто-то вывел её чернилами при помощи гусиного пера.

— Кора происходила из бедной семьи. Для меня это ничего не значило. Я дал ей всё. Когда наступали тёмные времена и проблемы доводили меня до отчаяния, она избавляла меня от этой боли.

Он поднялся и пересёк комнату, остановившись перед камином. Несколько мгновений Матиас смотрел на тлеющие угли, словно искал в них утешения. Затем присел, взял дубовое полено из металлической дровницы и осторожно положил его поверх углей. Уперев руки в бока, он смотрел на дерево, пока маленькие язычки пламени не начали лизать сухую кору.

Мы с Эмили обменялись сочувственными взглядами. Я не сомневалась, что история Матиаса закончится трагедией.

Он вернулся в кресло и продолжил:

— Я говорил Коре, что могу подарить ей весь мир.

Он склонил голову набок и посмотрел на Эмили. На его губах появилась лёгкая улыбка.

— Иногда я вижу в тебе свою прекрасную жену, дорогая Эмили. Она была милой молодой женщиной, такой же, как ты.

— Спасибо, Матиас, — сказала Эмили, глядя на сложенные на коленях руки. — Но наверняка она была гораздо красивее меня.

— О, Эмили, если бы ты только