Связанные временем - Сара Сэмюэлс

— Мне просто так страшно. Прошёл почти месяц. Они сказали, что вернутся через две-три недели.

Я потёрла ноющую челюсть. Последнюю неделю я почти не спала: стискивала зубы и изводила себя мыслями о том, почему Роман, Малик и Марселиус до сих пор не вернулись. Глубокой ночью воображение неизменно подбрасывало мне самые ужасные варианты развития событий. Мне снились кошмары, в которых все трое лежали в лужах собственной крови или были пронзены мечами. Я пыталась образумить себя, молилась, чтобы они благополучно добрались обратно на холм, но перед глазами снова и снова возникали картины их поражения и одиночества. Лишь когда рассвет пробивался сквозь шторы, яркий свет возвращал меня в реальность, вырывая из хаоса мучительных снов.

Эмили взяла меня за руку.

— Я знаю, сестрёнка. Мне тоже страшно. Но нельзя подвергать себя опасности только потому, что мы обезумели от тревоги. Идём со мной.

Поместье графа Монтего в Уэльсе больше походило на замок, чем на обычную усадьбу. Огромный дом вместе с хозяйственными постройками окружала массивная кованая ограда, выглядевшая так, будто могла остановить даже танк, вздумай тот пойти на штурм.

Дом представлял собой раскинувшуюся громаду из серого камня и массивных деревянных балок, с четырьмя башнями, увенчанными башенками и развевающимися вымпелами. Снаружи можно было подумать, что он сошёл со страниц фэнтезийного романа, но внутри всё выглядело не менее волшебно. Каждая комната была огромной, с высокими сводами и невероятным простором, и я частенько терялась, переходя из одной в другую.

Бродить по этому дому было всё равно что оказаться в замке прямиком из какой-нибудь сказочной истории.

Комната, куда Эмили привела меня, называлась просто «Нуар». Высокий кессонный потолок был полностью белым и украшен искусной резьбой. Стены покрывали золотистые обои с узором из геральдических лилий, а каждый дверной проём обрамляли массивные резные арки из чёрного дерева. Такая же арка окружала камин, в котором яростно полыхал огонь. Кресла и диван с высокой спинкой были сделаны из того же чёрного дерева, покрыты сусальным золотом и обиты золотистым бархатом с цветочным узором. Арочные окна от пола до потолка обрамляли тяжёлые бархатные шторы с другим цветочным орнаментом.

Огромная комната выглядела так, словно находилась в сказочном дворце.

Мы пересекли роскошный шерстяной ковёр с цветочным узором в нежно-розовых и тёмно-синих тонах.

— Садись, — сказала Эмили, указывая на диван.

Я села.

Она устроилась рядом, повернулась ко мне и взяла меня за руки.

— Мне кажется, я должна сама отправиться на поиски, Эмили, — сказала я, цепляясь за её руки, словно они были единственной нитью, удерживающей меня от безумия. — Я должна хоть что-то сделать.

— Ни в коем случае! Ты видишь, какая за окном метель?

Ледяная крупа безжалостно барабанила по оконным стёклам. Ветер завывал под карнизами, добавляя свой голос к оглушительной какофонии.

— Конечно, вижу. Я только что стояла на улице посреди этой проклятой бури, помнишь?

Она постучала костяшками пальцев по моей голове.

— Просто решила проверить, потому что, похоже, здравый смысл ты всё-таки потеряла.

Она одарила меня укоризненным взглядом.

Но тут её лицо исказилось, и она схватилась за живот.

— Что такое? — встревоженно спросила я. — Что происходит?

Она подняла палец, призывая меня подождать, и несколько раз тяжело вдохнула. Затем сказала:

— Схватка.

— Думаешь, ребёнок скоро появится?

— Нет! — Она отмахнулась от моих опасений. — Всё нормально. У меня периодически бывают схватки, но они слабые и случаются редко — между ними проходят целые дни.

— А-а, — протянула я, расслабляясь. — Это так называемые схватки Брэкстона — Хикса. Твоё тело готовится к родам.

— По-моему, это больше похоже на дурное предзнаменование, — слабо рассмеялась Эмили. — Они болючие. Но вернёмся к тому, что тебя беспокоит… Тогда поговори с графом Монтего. Несколько минут назад я видела, как он поднимался по лестнице. Может, он сумеет помочь.

Я уставилась на кессонный потолок. В распоряжении графа Монтего были огромные ресурсы. Возможно, Эмили права.

В комнату забрела Рози. На ней было цельное платье с длинными рукавами, доходившее до щиколоток.

— Кто-нибудь со мной поиграет? Мне скучно.

— Конечно, Рози, — сказала Эмили, поднимаясь на ноги. — Давай найдём одну из твоих деревянных головоломок и соберём её. А Оливии нужно найти графа Монтего.

— Он наверху. Я слышала его у него в комнате, — сказала Рози, покачиваясь из стороны в сторону.

— Тогда туда и пойду.

Я направилась к двери и, проходя мимо Рози, легонько коснулась пальцем её маленького носика.

Я поднялась по лестнице — такому же архитектурному чуду, как и всё остальное в этом поместье.

Она была целиком сложена из камня, а перила состояли из маленьких арок, перемежавшихся колоннами. Боковые стороны колонн украшали небольшие панели с вырезанными на них человеческими головами и руками. Красно-сине-золотая шерстяная дорожка приглушала мои шаги, пока я поднималась наверх.

На втором этаже я пошла по коридору к спальне графа Монтего. Дверь была распахнута настежь, но внутри никого не оказалось, поэтому я направилась к его кабинету. Взялась за позолоченную дверную ручку и открыла дверь.

Граф Монтего громко застонал, вбиваясь между ног одной из своих служанок.

— О боже, — ахнула я, прижав ладонь ко рту.

Служанка взвизгнула.

— Не двигайся, дорогая, — сказал ей граф Монтего, по-прежнему находясь в ней по самые яйца.

На нём оставалась рубашка с длинными рукавами, но бриджей не было, так что мне представилась возможность во всех подробностях рассмотреть его округлую задницу. Мышцы ног и ягодиц совершенно не соответствовали его возрасту — они выглядели так, словно принадлежали мужчине гораздо моложе.

— Чем я могу тебе помочь, Оливия? — спросил он.

Я резко развернулась к двери.

— Мне так жаль. Это может подождать.

Щёки вспыхнули жаром.

— Не извиняйся. Это моя вина. Надо было запереть дверь.

Он снова застонал, явно не желая терять ритм своего свидания со служанкой.

Она издала стон.

— Нет-нет. Я должна была постучать. Простите. Я могу подождать.

Мне хотелось пулей вылететь из комнаты, но ноги словно приклеились к ковру.

— Не за что извиняться, — сказал он, теперь уже протяжно застонав. — Мы скоро закончим, и я тебя найду.

— Конечно. Хорошо. Тогда я буду внизу.

После этой невнятной тирады я сбежала по коридору, в конце которого красовалась резная панель с обнажёнными людьми. Если подумать, подобные изображения встречались в этом поместье повсюду.

Надо было принять это за подсказку.

— Где Рози? — спросила я, вернувшись в «Нуар».

Эмили сидела на диване и смотрела в окно на неумолимую снежную бурю.

— Только что ушла помогать повару на кухне. Она такой любознательный ребёнок, вечно хочет чему-нибудь