Уходя-уходи, предатель - Дана Герман

В креслах напротив моего стола сидели непутевый муж Катерины и его любовница. Серая, жалкая парочка, совершенно нестоящая моего времени. Знал бы, что ко мне явились эти голубки, послал бы их через админа лесом.

— Добрый день, — с лицемерной улыбкой менеджера по продажам поприветствовал меня мужчина, быстро встал с кресла и протянул руку.

Я с презрением взглянул на него.

— Не такой уж и добрый, раз вы здесь. Зачем пришли? — резко спросил я и, проигнорировав его руку, прошел к столу.

Оценивающий липкий взгляд девушки сложно было не заметить.

Я бы сказал она облапала меня глазами.

Я сел в кресло и посмотрел на горемычных.

У девушки на лице царапины, покрытые толстым слоем тонального крема, длинные светлые волосы собраны в высокий хвост. В прическе не хватало нескольких прядей. Вчера Катерина выдрала их с корнями — я сам видел, как она сцепилась с любовницей мужа, будто разъяренная кошка. На девушке черное обтягивающее платье, открывающее колени, туфли на высоких каблуках, длинная тонкая шея обтянута серебряным платочком.

Муж Кати в том же костюме, что был вчера, но в голубой рубашке. Он сидел, сжавшись от напряжения, и старался держать недовольное выражение лица под контролем.

М-да, дружок, тебе еще учиться и учиться.

Он тоже выглядел не лучше своей дамы, весь поцарапанный с перебинтованной головой.

Жалкое зрелище.

Девушка вдруг пересела на край кресла, облизнула губы и посмотрела на меня слишком уж заинтересованно.

— Денис Викторович, меня зову Кира, а это Максим, — с напускной сладостью в голосе начала она, пытаясь придать себе как можно более жалкий вид. — Мы хотели бы обсудить вчерашнее происшествие… Я написала заявление в полицию.

— Да неужели, — холодно хмыкнул я, расслабленно откидываясь в своём кресле и перебрасывая ногу на ногу.

И почему я не удивлен, что она побежала стучать в органы сразу после того, как Катерина показала ей, где раки зимуют?

— Так что вам нужно от меня?

— Нам… — Максим неуверенно кашлянул, бросив взгляд на любовницу, будто ища у неё поддержки.

Глупец.

Он, похоже, и сам не понимал, зачем сюда пришёл.

— Нам нужна запись с камер, Денис Викторович, — продолжил он. — Чтобы использовать её в суде. Мы хотим привлечь Катерину к ответственности.

Я перевел на него взгляд.

Удивительно, что он решился сыграть против своей жены в пользу любовницы.

Неожиданный поворот.

— Запись, — медленно сказал я, вглядываясь в его перекошенное от напряжения лицо. — Я уже дал распоряжение моим специалистам её найти. Она тоже мне нужна.

— Вам? — Кира приподнялась, будто в любую секунду готова была выскочить из кресла. В её глазах мелькнул страх. — Но зачем?

— Ваша потасовка нанесла мне приличный материальный ущерб. Хорошо, что вы сами явились. У меня претензия к тебе, Кира, — я впился в нее взглядом. — ты испортила очень дорогую мне вещь, стоимостью четыреста тысяч рублей.

Она открыла рот, захлопала глазами, как рыба, выброшенная на берег.

— Но… я не хотела! — проблеяла она. — Это всё она! Макс, скажи, что это твоя истеричка меня толкнула! Из-за нее всё случилось! Она виновата, а не я!

Я усмехнулся, ощутив, как внутри поднимается ледяная волна презрения.

Вот же дрянь.

Да и муженек не лучше.

— Мне плевать, кто и за что тебя толкнул. Дерево и кашпо уничтожила ты. И как только найдется запись с камер, я передам ее своим юристам.

Кира побледнела, вцепилась пальцами в подлокотник кресла и замотала головой.

— Я… — она нервно сглотнула, лихорадочно соображая, как выйти из ситуации. — Я… можно воды?

— Пожалуйста, — кивнул я на кулер в углу.

Она метнулась туда, схватила стакан и нервно отпила несколько глотков. А затем, подошла ближе к моему столу, «нечаянно» опрокинула стакан, и вода брызнула мне на брюки.

Очень предсказуемо.

Я даже не дернулся, только возмущенно приподнял бровь и посмотрел на нее снизу вверх.

— Ой, простите!

Она бросила на меня виноватый взгляд, тут же стянула с шеи шарфик, наклонилась и, не дожидаясь моего разрешения, принялась вытирать ткань на брюках, уделяя особенное внимание моему паху.

— Я такая неловкая, — тараторила она, суетливо вытирая остатки влаги. — Я не хотела, правда, я сейчас всё вытру…

Максим уставился на неё, как на чужую, поднялся с кресла и, открыв рот, не смог выдавить ни слова. Его любовница ползала передо мной, низко склонившись, и всё её внимание было сосредоточено на мне.

— Ты что творишь?! — наконец выдавил он, но голос его звучал тихо и робко, будто боялся, что я замечу его.

Она даже не отреагировала, а лишь продолжила своё нелепое действо.

Я смотрел, как она двигается, заглядывает мне в глаза снизу вверх, словно кошка, выпрашивающая кусок мяса.

Вот она, истинная сучья натура.

Продажная, готовая на всё ради выгоды.

И денег.

Таких, как она большинство.

И вот на это Максим променял Катю?

Любопытно.

— Кис, встань, пожалуйста, и иди сюда, — хмуро сказал Максим, и она встала.

Ну что ж, Макс, смотри и запоминай.

— На колени, — сказал я негромко, но с такой интонацией, что Кира моментально замерла, а затем, тяжело дыша, медленно опустилась на колени передо мной. — Отсосешь мне на глазах у своего любовника?

Максим ахнул, пытаясь схватить её за руку, но я остановил его взглядом.

— Не мешай, — произнёс я ледяным тоном. — Твоя женщина сейчас занята.

Она подняла на меня глаза, полные восторга и преданности, словно собака, нашедшая своего хозяина. Грудь вздымалась от учащённого дыхания, губы приоткрылись, и даже страх сменился неприкрытым восхищением.

Я принял удобную позу и расставил ноги.

— Продолжай, — скомандовал я, и та игриво улыбнулась.

— Кис, ты что творишь? — Максим снова обратился к своей подстилке. — Мы же здесь… вместе… Тебе не стыдно?!

— Да пошел ты, — отозвалась она, схватившись за мой ремень.

Что и требовалось доказать.

Я перехватил ее руку, останавливая этот фарс, чуть наклонился, обхватил её лицо двумя пальцами и заставил смотреть в глаза.

— Меня тошнит от таких, как ты, — сказал я спокойно, сдавливая её щеки пальцами. — Продажная тварь, готовая на всё за деньги.

Она моргнула, дрогнула, но не сопротивлялась.

Я подтянул её лицо ближе и, удерживая её взгляд, продолжил:

— А теперь слушай внимательно. Ты прямо сегодня заберешь заявление и исчезнешь из поля видимости. Иначе завтра я натравлю на тебя своих юристов и устрою тебе такой ад, что не приснится ни в одном кошмаре. Ты поняла меня?

Кира быстро закивала, что-то залепетала в ответ, а потом, собрав все свои вещи, выскочила из кабинета, оставив только запах дешёвых духов и