Уравнение трёх тел - Анна Есина

Глава 6

Неужели этот кошмарный день подошёл к концу? Дождаться не могла, когда же стрелки часов подгребут к отметке в восемь часов. А всё из-за московского начальства.

К выпадам Галчонка я уже привыкла, никто на нашей заправке серьёзно не воспринимал её угрозы пожизненно лишить премии или сослать на Таймыр для замаливания корпоративных грехов. Собака лает, ветер носит, как говорится.

Зато с Артуром чапалах Юрьевичем обозначились вот такенные сложности. За что-то сей замороженный тип меня невзлюбил, или наоборот, воспылал чересчур активной симпатией — это уж с какого ракурса взглянуть.

Его сегодняшний подвиг по обезвреживанию буйной клиентки впечатлял, но и ужасал не меньше. В процессе урегулирования спора мне однозначно дали понять, что Артурка меня хочет, притом весьма крепко и многообещающе, если вспомнить, с какой силой мне в зад упиралась его эрекция. И что прикажете с этим делать?

Правильно, нахаркать и растереть. Не моя забота, что у него где-то там перемкнуло и срочно требуется реанимобиль с эскортницами.

Дима позвонил час назад и с шуточками-прибауточками пригласил на двойное свидание тире бизнес-переговоры. Обещал прилично накормить и по возможности развлечь. А мне только того и надо, забыть рабочие дрязги и сфокусировать внимание на новом эпизоде в жизни.

Вчерашняя ночь была... м-м-м, волшебной. И по части организмов, и по настроению, и по количеству ласк. Давненько меня так не будоражили. Проснувшись поутру, вдруг поняла, что действительно хочу на склоне лет написать мемуары в стихах и посвятить их Димке. Хорош оказался до чертиков.

Ресторан находился за городом. Богато оформленное заведение с собственным заснеженным парком. Порадовалась, что мы успели заскочить ко мне домой после работы, дабы смогла переодеться. Второй вечер подряд изображать утончённую фифу в рейтузах и зимних сапогах мне вовсе не улыбалось.

Интерьер напоминал дворцовую залу из Екатерининской эпохи: позолота, лепнина, колонны, тяжёлые скатерти, блистающие подсвечники и официанты в гольфах и ливреях. Дима в ладно сшитом костюм-тройке смотрелся гармонично, а я в простом чёрном платье чуть ниже колен чувствовала себя слегка неуютно. Сюда больше подошло бы многослойное одеяние с юбкой-колоколом и ажурный веерок, которым следовало жеманно обмахиваться.

Хостес проводила нас к столику, за которым уже сидела красивая пара. Мужчина при нашем приближении поднялся, широко улыбнулся, и меня тут же пробило на ответную реакцию.

Высокий блондин походил на ожившую обложку девичьего журнала: весь такой смазливый, глянцевый и подтянутый, аж дух захватывало. Ему бы подошла кличка «Голливуд», особенно в свете белозубой улыбки и бугрящихся под пиджаком мускулов.

— Рома, — представился он, пожимая мою руку холёными пальцами. — А это моя супруга Соня.

Жена Кена вовсе не походила на Барби. Волнистые русые волосы до плеч, пухлые щёчки, выразительные глаза — хорошенькая, яркая и очень живая. Меня с ходу согрела её искренняя улыбка.

Все представились и обменялись дежурными фразами.

— Ксения, ваше лицо кажется мне смутно знакомым, — наклонилась ко мне Соня, пока мужчины с умным видом рассматривали винную карту и подбирали подходящий сорт алкоголя. — Где вы работаете?

— Кассиром на заправке, — пожала плечами, — и можно на «ты». Меня вроде приглашали на двойное свидание, а тут такой официоз.

— Не смеши меня, душенька, — влез с комментарием Рома. — С меня взяли расписку о приличном поведении, насильно запихнули в пиджак и отобрали губную гармошку.

Соня хихикнула, игриво стукнула мужа кулачком по плечу и поделилась в шутку:

— Он невыносимым и неисправим. Кстати, я работаю секретарём в школе.

— Дорабатываешь, — с нажимом поправил Голливуд и всем телом приник к жене, чтобы огладить то, что находилось под столом. — Через месяц в отпуск, а там и до декрета рукой подать.

— Так вас можно поздравить с пополнением? — Дима вздёрнул фужер с водой и всех вынудил чокнуться. — Какой срок?

Я насилу улыбнулась. На дух не переношу беременяшек, замыкает во мне что-то при виде женщины, которая готовится стать матерью. Наверное, это зависть вкупе со злостью. Почему одним всё, а другим — пустота в душе и слёзы по ночам?

— Относительно небольшой, пять с половиной месяцев, — поделилась Соня.

Рома продолжил нежничать с её пузиком. Меня затошнило от приторности. Дима уловил едкий дымок, идущий от меня, и взял за руку. Аккуратно высвободилась с натянутой улыбкой. Не хватало ещё рассиропиться на глазах у посторонних.

От расспросов на тему пола будущего отпрыска нас избавил официант с подносом.

— Тут недостающие бумаги, — Дима под шумок пихнул чиновнику тоненькую кожаную папку с магнитной защёлкой.

— Завтра посмотрю, суну старому на подпись, — пообещал Рома и оглядел собравшихся. — Только взамен попрошу маленькую услугу.

— Да что угодно в рамках моих компетенций, — Дима сверкал аки бриллиант.

— Вот как раз к компетенциям и обращусь. Мы загородный дом строим в скандинавском стиле. Проект в общем-то типовой, но есть пара мыслишек, которые хочется воплотить с поправкой на суровые сибирские зимы.

И мужчины с головой ушли в обсуждение животрепещущей темы. Мы с Соней переглянулись, обменялись улыбками и увлеклись едой. Я думала о своём, она тоже не приставала с расспросами. Как вдруг кто-то позади нас окрикнул:

— Илюха! Илья!

Соня крутанула головой так резко, что я расслышала хруст позвонков. Между столиков пробирался одутловатый мужчина в рождественском свитере. Ему навстречу вышел молодой парень лет восемнадцати. Они обнялись, как старые приятели.

— Илюх, ну ты чё опаздываешь? — спросил тот, что помоложе.

Соня сникла, отвернулась. Мельком глянула на мужа и густо покраснела. Рома привлёк её к себе, чмокнул в висок и что-то шепнул. Она натянуто улыбнулась в ответ и салфеткой смахнула с ресниц слёзы.

Невольно почувствовала себя свидетельницей какой-то очень интимной сцены и спешно уткнулась в тарелку.

Через пару минут, так и не успокоившись, Соня извинилась и вышла из-за стола. Супруг подорвался следом. Она повисла на его плечах, стоя за спиной, и клятвенно заверила:

— Просто перепады настроения. Не переживай так, лап.

Он погладил её по рукам и нехотя отпустил в дамскую комнату. А меня отчего-то тоже на слёзы пробило. Они так смотрели друг на друга, так остро реагировали на всякую мелочь, что накатила ностальгия. Мой Санька тоже таким был...

Влепила себе мысленную пощёчину. Хорош, Мельникова, хорош. Сантиментам не поддавайся. Воспоминания гони прочь.

— Видать не только твоей жене взгрустнулось, — подметил Дима и придвинулся ко мне. — Ксюх, всё в норме?

Помимо того, что этим ужином он отдавил мне все душевные болячки?

— В полном, — убедительно солгала и под предлогом попудрить носик устремилась в уборную.

До которой так и не дошла. Увидела Соню в фойе, сгорбившуюся, со вздрагивающими плечами и