Измена. Добейтесь меня заново - Tommy Glub

Прошлые наши попытки явно не увенчались успехом, и что делать теперь я не представлял. Ехать к ней? Глупо. Личного номера я не знал, как, впрочем, и домашнего, если он был. Как некстати меня пожирали собственные мысли: «Может, она с мужем, вообще, помирилась, решила остаться с ним? А я тут, как не пришей кобыле хвост. Здравствуйте, припёрся». Хотя с таким упырём, как он, я бы и находиться рядом не смог бы. Только тварь может ударить женщину. Тем более ту, которая подарила тебе всю себя.

Интересно, думала ли Барсова обо мне? Вспоминала ли то, что было в прошлом? Пусть я и сказал ей, что прошлое осталось именно там, вот уже несколько дней крутил в голове одни и те же мысли о том, что мой беззащитный, милый Барсик совсем не изменилась. Только научилась выставлять коготки. Это да.

Теперь я, в прямом смысле, грезил о новой встрече с ней. Допускал, что она может и не случиться, и продолжал мечтать. Уже второй раз в жизни Виолетта сбивала меня с намеченного курса. Тогда , четырнадцать лет назад, и сейчас . Я вернулся на родину лишь потому, что решил построить карьеру здесь и, наконец, просто-напросто осесть, чем и занимался весь этот год. Только сейчас… Я застрял в прошлом. В воспоминаниях об этой милой девочке, о первом поцелуе, о страстных и милых моментах, проведённых с ней. И никак не мог выбраться из этой пучины.

Даже сейчас, проснувшись рано утром, я первым делом вспомнил про неё и про то, как кофемашина в её квартире брызнула на нас горячими каплями коричневой жидкости. Поздоровавшись с ней мысленно, пожелал ей приятного дня и представил, как она желает мне того же. Усмехнувшись, пошёл готовить себе кофе и собираться на работу. Сегодня на утренний сеанс записана девушка. Новенькая. Ни разу у меня не была. Так сказала администратор в клинике. Но я и рад свежим пациентам, у старых интересно наблюдать только за динамикой, а вот с новыми можно делать открытия.

Выехал из дома раньше обычного, готовый с энтузиазмом пустить все свои знания в ход, но попал в огромную пробку, что было совершенно неожиданно. Понимая, что задержусь, решил сообщить об этом администратору, а та быстренько объяснила ситуацию клиенту. Рад, что у меня есть хотя бы такая поддержка.

Когда удалось приехать на работу с опозданием в двадцать минут, я принял решение у себя в голове. Если сегодня Виолетта не позвонит — сам разыщу её. Ни в коем случае не оставлю мою девочку на растерзание судьбе. Вдруг, ей и правда нужна помощь, просто она не обращается… Вряд ли стесняется. Может, просто не знает, что может ко мне обратиться?

Захожу в клинику, здороваясь с коллегами по пути, и устремляюсь к стойке администратора.

— Здравствуйте, Адам Максимович, вас уже ожидают, — любезно сообщает Диана и выдаёт ключи, указывая мне за спину.

— Спасибо, — киваю благодарно и оборачиваюсь.

— Заставляете своих пациентов ждать, господин Раевский? — слышу голос Ви.

Смотрю перед собой и поверить не могу. Реально она?! Оглядываю девушку с ног до головы, пока она улыбается, а в голове такое ликование, что не удаётся сдержать идиотскую улыбку. Всё такие же светло-шоколадные волосы, длинные и роскошные, блестящие, тонкая шея, хрупкие плечики, подтянутая фигура… Только изумрудные глаза, заставляющие тонуть в этом невообразимом омуте, смотрят на меня с большей мудростью, нежели когда-то. Бесценный опыт в её жизни уже получен, и это видно. Не знаю, что стало переломным моментом, чтобы она выглядела женственно, но при этом так уверенно. Но обязательно выясню. Раз она пришла сюда, то точно не просто так.

— Прошу прощения, — выдаю хрипло и прочищаю горло. — Давайте пройдём в кабинет и там всё обсудим, — указываю на дверь своей обители.

Виолетта, улыбнувшись в ответ, проходит к двери, которую я быстро отворяю. Заходит внутрь и осматривается пока ещё в приглушённой темноте. Прикрыв дверь, сам открываю жалюзи. Сердце нервно стучит в груди, и я сглатываю ком, то и дело собирающийся в горле. Так хотел встречи с ней, а теперь… Не знаю, как начать разговор. Словно мне вновь двадцать лет.

— Неплохой кабинет, — вдруг выдаёт Виолетта, обращая внимание на неоновые вывески на стенах. — Атмосферный, в твоём стиле. Жена помогала делать?

Кривлюсь, подходя к столу. Наверняка видела, что кольца у меня на пальце нет, но вот уже второй раз напоминает о жене. Интересно, специально? Кажется, именно это её и триггерит. То, что я, вообще, женился. Но по факту — она ведь тоже недолго скучала. У неё, как минимум, не маленькие дети. А значит, с тем тираном в браке она давно.

— Присаживайся, Виол, — приглашаю за стол, проигнорировав её выпад, и включаю ноут, чтобы начать сеанс. — Как понимаю, ты пришла не просто поговорить, что-то случилось?

— Знаешь, Раевский, — мне нравится, как она зовёт меня по фамилии. От этого покалывает кончики пальцев, и ходят мурашки по всему телу. — Я сначала не поверила, что ты, правда, психолог, но потом почитала в интернете… Была приятно удивлена. Столько премий, отзывов благодарных клиентов, даже стало интересно побывать у тебя на консультации.

— Правда? — удивляюсь наигранно и улыбаюсь. — Что ж, рад, что смог поразить.

— Я пришла, чтобы поработать над своими психологическими проблемами. Ты их уже знаешь, — девушка присаживается на стул напротив и кладёт сумочку на колени.

— Совсем нет, — смотрю ей в глаза, — все проблемы у нас внутри. Так что я даже не подозреваю о твоих проблемах. Давай начнём с простого. С того, что тревожит тебя прямо сейчас.

Пока Виола мешкается и собирается с мыслями, я прошу помощницу сделать нам кофе. И уже когда я делаю первый глоток крепкого свежесваренного напитка, Ви поднимает на меня решительный и уверенный взгляд. Хмурится и всё же говорит:

— Я начала срываться на детях, — поджимает губы, словно прекрасно понимая, как это плохо. — Они точно ни в чём не виноваты, это я понимаю. Конечно. И я их не бью, не дай бог.

— Дети видели хоть раз ваши скандалы? Или то, как он поднимал на тебя руку? — помогаю ей выйти со мной на откровенный диалог. А сам понимаю — это совсем не та Ви, которую я знал раньше. Раньше она была тихой, скромной и очень… Податливой, что ли.

Сейчас же передо мной не девочка. Женщина. Мать двоих детей. А волнует меня по-прежнему сильно. Наверное, даже сильнее, потому что она стала ещё интереснее