Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон! - Рика Лав

— Ну что ты, не пугай меня, — я помогла ей подняться, отряхивая пыль с ее платья. — Всё платье теперь грязное. Мы скоро в этой пыли совсем задохнемся. Садись, милая.

Усадив Мару обратно, я подошла к двери и приоткрыла ее, выглянув в коридор. Ну конечно, никого не позвать, тихо, как в пустыне, только перекати-поле не хватает.

Вернулась за стол. Девушка старательно сдерживала рыдания и судорожно сминала ткань платья на коленях, все еще не решаясь поднять глаза.

— Мара, — я наклонилась к ней, стараясь поймать ее взгляд, — я очень тебя прошу взять себя в руки и сказать все, как есть. Я не хочу тебя наказывать, не хочу ругаться. Мне просто нужна правда. И я очень ценю тех, кто способен ее рассказать, когда это необходимо, как бы сложно ни было.

Дав девушке время подумать, я откинулась на спинку кресла и сложила руки на подлокотниках. Долго ждать не пришлось.

— Госпожа, мне очень жаль, мне правда очень жаль! — Слова вырвались из нее шепотом, она сжала руки в кулаки, будто заставила себя говорить громче. — Я не хотела, но лорд… И… Я не могла отказать, я понимаю, что это дело привычное для господ, особенно в столице, но мне… — Она задыхалась от волнения. — Я не думала, что это коснется меня… Я понимаю, я просто служанка и должна подчиняться порядкам, приказам, но меня воспитывали иначе, госпожа, — наконец выдохнула она, и плечи ее опустились.

Я сидела, стиснув зубы. Конечно, я поняла, о чем говорит девушка. Кровь застучала в висках от бешенства.

Понимать и принимать — разные вещи. Я прекрасно осознаю примерный век всего происходящего безумия этого мира. Восемнадцатый, в лучшем случае — начало девятнадцатого. Я знаю, что даже в нашем мире в то время это было нормой. Схватил служанку, затащил в уголок — и делай что хочешь.

Но я женщина из современного мира, где уже давно такое карается уголовкой. То, что карается не очень успешно — дело иное. Так что, для меня это НЕ нормально.

И тут таковым не станет, пусть и со своим уставом в чужой монастырь, но не будет и точка.

Я выпрямилась и заставила себя говорить мягко, опасаясь, что девушка примет всю бурю ярости во мне на свой счет:

— Спасибо, что поделилась, милая. — Протянула руку и осторожно коснулась ее сжатых на столешнице кулаков. — Я очень ценю твою стойкость, это помогло мне разобраться в ситуации. Почему ты боялась сказать?

Девушка несмело подняла покрасневшие от слез глаза.

— Потому что это оскорбление лорда — клеветать на него, — она вытерла слезы с щек рукавом. Господи, на вид ей лет восемнадцать! — Меня могут наказать.

— Но ты же не лгала.

— Нет, — Мара отчаянно замотала головой, и пряди снова выбились из-под платка. — Нет, госпожа! Но лорд был в своем праве. И… — она снова опустила глаза, — он ведь ваш… приближенный. Я боялась, что это вызовет вашу неприязнь ко мне.

— Нет, Мара, — я покачала головой и сжала ее руки в своих. — Это не норма, на моих землях так точно не будет. И забудь все, что ты видела и слышала обо мне и Лукасе до этого. Я была нездорова после смерти покойного супруга, поэтому толком и не помню, что происходило. Но сейчас я наведу тут порядки, — последняя фраза невольно прозвучала холодно и зло, не предвещая ничего хорошего некоторым шелудивым лордам, отчего служанка дрогнула.

Глава 11

И правда резала сердца

— И еще, Мара, — я отпустила ее руки и откинулась на спинку кресла. — Сколько слуг у нас в поместье сейчас?

Девушка еще раз вытерла лицо и задумалась, смотря на пальцы.

— Не считая меня, Фании, леди экономки и Амили, еще две девушки, — она загибала пальцы. — Одна, Сара, пошла в деревню за покупками продуктов для поместья — молоко, творог, яйца, овощи. Обычно она также убирается со мной по дому. Другая, Лиди, скотница, у вас пока нет своей живности, но есть кони, за ними она пока и ухаживает, раз конюха нет.

— А Амили кто? — уточнила я, проклиная отсутствие бумаги и ручки, чтобы все это записать.

— Помощница Фании по кухне, — Мара оживилась, когда речь зашла о бытовых делах. Когда она убедилась, что карать ее никто не будет и, более того, я на ее стороне — девушка просто преобразилась. — Вы ее видели с утра, молоденькая, рыженькая такая.

— Да, поняла, спасибо, Мара! — Я встала и отряхнула платье. — Можешь идти. И пожалуйста, найди экономку, попроси ее через пару часов собрать всех в холле для знакомства и поторопи с отчетом. Я должна прочитать его уже сегодня вечером. И личная просьба от меня — мне нужны чистая спальня и этот кабинет. Остальные комнаты покоев можно будет убрать позже на днях, но спать я сегодня хочу без пыли и на чистом белье.

— Да, госпожа, — Мара поднялась и тоже отряхнула юбки, — ваше белье уже высушили и выгладили.

Она присела в реверансе и направилась к двери, но уже не пряталась взглядом в пол. Я отметила, что теперь она явно была спокойнее, будто я сняла тяжелый груз с ее души.

* * *

Решила еще раз проведать Анику наверху, взять документы, письма и драгоценности, чтобы упрятать их в сейфе кабинета. Но сначала проверю, что он работает, конечно. Еще неплохо бы порыться в сумках и поискать деньги и личные документы, если они тут есть.

Этим я и занялась. Сумки было две, два сундука с одеждой и одна сумка явно ручной клади. В сундуках одежду разберу уже в чистой комнате. На дне одного из них нашла мешочки, внутри них, о счастье, монеты! Все золотые и серебряные.

Хотя нет, нашла один мешок покрупнее, там лежали медные, видимо, самая мелкая здешняя валюта. Пересчитала мешочки, сидя в пыли у сундука. Восемь больших с крупными монетами, четыре средних мешочка и один большой с медяками.

Это хорошо, я была уверена, что у барыни явно должны были быть с собой личные деньги. Не на голодную смерть же ее отправили.

Надеюсь.

Плохо то, что я понятия не имела о денежной системе в этом мире. Надо как-то узнать.

Все эти мысли вылетели из головы, когда я услышала скрип в своей спальне.

Упрятала все обратно, сделав заметку в голове — отнести все в сейф, отряхнулась и пошла в комнату.

Там обнаружила малышку,