Измена. Она между нами - Айлина Якуба

Любимого мужа! А сейчас?.. Враги?

Слёзы непроизвольно скатываются по моим щекам, потому что я понимаю: это плохо. Очень плохо! Нет, хуже — это финиш, да?

Нижняя губа дрожит, и я не в состоянии ему ответить, просто трусливо сбегаю из спальни, закрываясь в ванной комнате. Зажимаю ладонью рот, чтобы не закричать от боли и отчаяния, захлёбываясь слезами. Вся моя храбрость, вся дерзость, с которой я кричала на Бориса, испаряется и обессиленно стекаю на пол, сворачиваясь в клубок.

Это правда, конец?

Глава 14

Борис

— Кофе сварить? — не оборачиваясь, спрашиваю.

Во мне всё ещё кипит. Полное ощущение того, что внутренние органы заворачиваются, пляшут свой странный танец, наползая друг на друга, вихляются и дрожат. Полный холодец, приправленный едва гасимой злостью.

С раздражением смотрю на дрожащие пальцы. Это пиздец как бесит.

Самое страшное, что поделать с этим ничего нельзя. Выворачивает от неизвестности.

Ответа нет. Лейла тоже психует. Замкнулась на сто замков и ключ за борт выбросила. Упёрлась, ни в какую на контакт не идёт. Как заморозило её.

Неудивительно, чёрт возьми. Бросаю мерную ложку, она катится по столешнице, оставляя за собой коричневые кляксы. Никогда жена себе не позволяла прийти домой пьяной. Мало того, пьяной, ещё дерзкой и шальной. Случай вспомнить захочешь и по нулям. Не было такого никогда.

Нет, я не ханжа. Допускаю всё. Но! Пришла бы со встречи с подругами одно дело. А она откуда? Шлялась с каким-то пидором и ещё и пила с ним. Дальше что? С разбегу под одеяло? Да что ж за … Сжимаю ломящие виски.

А дальше предпочитаю не думать.

На хрен такое!

Проёбываю пену, и арабика заливает панель. Всё! Финита. На хер кофе. Всё на хер!

Выключаю чёртову плиту.

Направляюсь в спальню, хочу поговорить с Лейлой. Меня задолбало. Понимаю, что я сам, возможно, дал повод с Людой, но я же не спал с ней. По крайней мере, у нас с бывшей есть большой плюс — она не сжирает мне мозги, да иной раз перегибает. Что с того? Я же не собираюсь её трахать. Не собираюсь … Да, конечно, нет.

Почему Лейла отказывается понять, что между мной и бывшей быть ничего не может. Будто специально нагнетает и провоцирует. За каким хреном не понимаю. Чисто женские штуки играют. Я не давал обязательства в них участвовать. Пусть сами веселятся, моя задача выбить с проекта максимум, остальное неинтересно.

Терпение сгорает, как последняя жизнь в компьютерной игре. Зарядка заканчивается и здравомыслие тоже почти по нулям.

Даже теперь волочет, не останавливаясь. Кошмарит по полной. Обнаглела. Моя жена в край уже обнаглела! Накручиваю себя на максимум. Дальше так продолжаться не может. Притормаживаю около двери и осекаюсь.

Продышаться бы.

Не напылить бы на эмоциях.

Делаю шаг назад. Упираюсь руками в стену. Башку вниз и дышу. До десяти считаю, чтобы снять первый порыв. Трясу головой, душу злобу и гнев. Так не пойдет. Нужно всё же мягче.

Запутались мы, заблудились. Бывает так, да?

Ну, устроилась на работу и что. Я же сам её посадил дома. Сам предложил расслабиться. Заскучала она, ведь так и есть. Я ж понимаю. Накрутила себе разного, надумала не по делу. Так, да?

Женщины … Существа с Венеры. Никогда вас не понять. Вас только любить можно. Ну и не убить по возможности за ваши кандибоберы.

Решительно толкаю дверь.

Жена сидит перед зеркалом и наносит макияж. Красивая она … Ох, какая …

Подхожу и кладу руки на плечи. Она вздрагивает и ёжится. Весь искренний, с таким трудом собранный посыл стремительно испаряется. Что сука не так? Всё утро за ней, как побитый кобель таскаюсь.

Сглатываю подступающее раздражение и чуть сжимаю шею.

— Хватит, а?

Лейла молчит. Мазнув по мне взглядом, продолжает красить ресницы. Ясно. Закусила удила моя жёнушка.

— Так и будешь молчать? — набираю обороты, потому что я тоже не железный. — Может, скажешь что?

— Что? — чужим голосом спрашивает.

— Хватит вести себя так, будто меня нет здесь! — взрываюсь, не сумев загаситься. — Какого хера, Лейла. Чего ты хочешь добиться?

Меня знакомо бомбит и это мне пиздецки не нравится. Я как электроприбор замок в воде и барахлю. Выдаю с перебоями, а потом совсем ломаюсь.

Нависаю над своей красивой холодной сукой. Когда стала такой? Вмиг поменялась? Что с ней? Где моя девочка, куда она исчезла?

Всматриваюсь в глаза и лишь на дне, в самых зрачках вижу её. Как достать, ту самую, не знаю. И что сделать, тоже понятия не имею.

— Всё нормально, Борь, — спокойно выдаёт, будто ничего не случилось.

Хватаю за плечи, присаживаюсь перед ней. Лейлу обсыпает мурашками, и она на пару секунд теряет свою маску. Мгновенное облегчение накатывает и пропадёт, но я понимаю, что всё ещё можно исправить.

Женская маскировка. Вот что, мать вашу, всё это значит.

— Скажи, куда ты устроилась?

— Разве имеет значение?

— Для меня — да.

— Правда? — поднимает бровь. — А я думала, что тебя кроме … Ладно, — поджимает губы, — неважно. Мне пора, Боря. Буду вечером.

— Фирму хотя бы назови, — отступаю перед напускной бронёй. Кто-то же должен уступить. Пусть буду я, хрен с ним. — Обычная безопасность, малышка. Я должен знать, где ты.

— Абсолют. Хорошая компания. Я довольна. Теперь пусти, такси вызвала.

Обходит, как мебель, направляясь на выход.

Кулаки разжимаются, как только хлопает входная дверь. С-с-у-к-ка. Бл …

Хочется куда-то вдолбить, разнести к хренам всё вокруг. Почему так всё? Из-за какой-то херни! Она что понять не может, моя работа мне необходима, не могу въехать. Знает же, что на кону бешеные деньги, так какого рожна, твою мать.

В нарастающем бешенстве мечусь по квартире. Срываю с вешалки пиджак, галстук бросаю, не до него. Сгребаю портфель, ключи и сигареты. Лифт не жду.

В себя прихожу уже в машине.

Нет, так нельзя. Достаю телефон и набираю жене. Не доступна. Что за блядство …

В офис добираюсь, плавая в другой реальности. Из головы не выходит утренний разговор. Сосредоточится по нулям. Тупо пялю в монитор. Все данные сливаются в расфокусированную кучу. Если промаргиваюсь и вижу строки, то не понимаю, о чём они. Впервые не способен работать нормально. Я вообще сегодня ни на что не способен.

Всё потому, что гугл выдаёт фотку того самого мужика, с кем Лейла сидела в ресторане. Он владелец. Размахом фирмы впечатлён, объёмами тоже. Вопрос в том, какого хрена