Семья на время. Версия 2.0 - Рина Фиори

Вместе мы проходим в чистый светлый подъезд. Да, здесь всё иначе, я уже и отвыкла от такой жизни.

Поднимаемся на лифте на нужный этаж.

— Ань, у меня в кармане ключ, — тихо произносит Роберт.

Мне так непривычно видеть свою дочку на руках у мужчины. И то, с каким трепетом бывший заботится о нас, вызывает непередаваемые эмоции.

— Да, к-конечно, — лезу в карман мужского пальто, но прежде, чем нащупать ключ-карту, я случайно по ошибке вынимаю другую вещь.

Блистер с таблетками.

Смотрю вопросительно на Роберта, но у него такое каменное выражение лица, что мне становится не по себе. Скорее возвращаю таблетки на место и достаю карту.

Пальцы меня не слушаются, когда я пытаюсь открыть квартиру. Мне не даёт покоя увиденное.

Что за лекарства Роберт носит с собой? Для чего они ему?

Может, это просто таблетки от головной боли, — успокаиваю себя.

Спросить?

Сомневаюсь, что ответит, но я всё же попытаюсь. Потом, когда появится подходящий момент.

А пока первоочерёдная задача — обосноваться на новом месте.

Роб выделяет для нас с дочкой комнату, и я сразу же укладываю Лилю.

— Ты можешь остановиться в соседней, — предлагает.

— Нет, я с дочкой, — отказываюсь.

Остаюсь, наконец, одна. Спящая рядом Лиля не в счёт. Дочурка крепко спит и не мешает мыслям в моей голове строить разного рода предположения. Одно страшнее другого.

Нет, так нельзя, я обязательно должна поговорить с Робертом.

Но когда я выхожу из спальни, то понимаю, что хозяин квартиры уже находится у себя в комнате. И беспокоить его я не рискну, потому что не уверена, что будет уместно вламываться посреди ночи в комнату к мужчине.

Принимаю душ и возвращаюсь к дочке. Придётся оставить волнующие меня вопросы до утра.

Глава 11

Утром встаю пораньше, чтобы приготовить для Лили завтрак. Быстро привожу себя в порядок, переодеваюсь. Это на съёмной квартире я могла в выходной в халатике ходить, мы ведь с дочкой вдвоём жили.

А сейчас, когда на любом шагу могу встретить Роберта, считаю лишним светить своими тощими прелестями. Джинсы и кофта с рукавом в самый раз.

Подхожу к двери в кухню, а сама думаю, проснулся мужчина или ещё спит.

Когда мы жили вместе, муж вставал пораньше, но привычки ведь могут и менять в течение жизни.

На всякий случай ступаю тихонько и аккуратно открываю дверь, чтобы никого не разбудить.

— Доброе утро, — невозмутимо приветствует меня Роб.

Он сидит за барной стойкой возле окна и потягивает из огромной чашки кофе, судя по распространившемуся по помещению аромату.

— Доброе, — киваю в ответ.

На мужчине простая футболка и домашние штаны, в которых Роб кажется очень уютным.

— Я приготовлю завтрак для дочки? — спрашиваю позволения, раз уж наткнулась на хозяина квартиры.

— Ань, — вздыхает, — о чём речь? Перестань и не вздумай у меня каждую мелочь спрашивать, правда. Чувствуй себя, как дома, хорошо? — пристально смотрит на меня в ожидании ответа.

Как дома?

Это вряд ли.

— Спасибо, — выдавливаю из себя вежливо.

Надо бы устроить Робу допрос с пристрастием по поводу вчерашней моей находки у него в кармане, но я не знаю, как начать разговор.

— М-да, — отставляет чашку, — сегодня тебе надо будет выбрать платье, ну и остальное по мелочи, завтра нас ждут на вечере.

— Нас? — удивляюсь.

— Ну, раз меня ждут, то и тебя тоже. Я отцу сказал, что найду тебя, должен быть готов к тому, что выполню обещание. А мать… — замолкает. — Её мнение меня не интересует в данном вопросе.

— Ты снова идёшь против воли родителей. И снова из-за меня, — вздыхаю. — Но ведь это всё скоро закончится, так? — спрашиваю с надеждой в голосе.

Мне непросто находиться рядом с Робертом, вот так просто разговаривать с ним. Мы только вчера встретились после длительной разлуки, а уже сегодня проснулись в одной квартире.

И это всё для меня слишком. Слишком стремительно жизнь взяла новый поворот, я не успеваю.

— Это моя жизнь, и я живу её так, как считаю нужным, — роняет философски и поднимается с высокого стула. — Но ты не волнуйся, я как можно скорее решу вопросы, связанные с бизнесом, и отец больше не сможет оказывать на меня давление. А ты… будешь свободна от нашего договора. Ты ведь этого хочешь? — спрашивает, остановившись напротив и глядя мне прямо в глаза. — Ну, и развод, наверное? — издевается, судя по тону.

И мне вдруг стыдно становится, что из нас двоих первым именно мужчина про развод вспомнил. Я как-то и позабыла уже, что нас по-прежнему связывают узы законного брака.

А ещё вдруг я понимаю, что уже минут десять нахожусь на кухне и ещё даже не преступила к приготовлению завтрака.

— Развод… — выдавливаю из себя одно единственное слово. Пытаюсь шевелить сухими непослушными губами, но ничего не выходит.

— Развод, — хмыкает Роберт, разворачивается и неторопливым шагом выходит из кухни.

Спохватившись, вынимаю из холодильника молоко, из шкафа беру крупу, которая первая попалась под руку. Крутить носом не в нашем положении, сварю ту кашу, какая есть.

Похоже, будет пшенная.

Спустя полчаса просыпается Лиля. Но я об этом не сразу узнаю, а только когда из гостиной до меня доносятся совершенно неожиданные звуки. Детский смех теперь сопровождается мужским.

Непривычно…

Иду скорее к ребёнку, но застываю в дверях, как вкопанная.

Развернувшаяся передо мной картина повергает в ступор. Роберт сидит на полу возле большого дорогущего дивана, а Лиля стоит рядом и, вцепившись в чёрные волосы мужчины, тянет их с такой силой, что даже я чувствую фантомную боль.

Боюсь себе представить, какого сейчас Штерну, но он стоически терпит и виду старается не подавать, ещё и улыбается, подбадривая малышку.

— Лиля, дяде же может быть больно! — бегу скорее на выручку.

А слух неприятно режет вылетевшее из моих же уст «дядя».

Ну, почему всё так? Почему нельзя просто взять и рассказать Роберту про дочь?

И я ведь сама же загоняю себя в рамки, выйти за пределы которых не в силах.

— Ань, не надо так… дядя, пусть просто по имени меня зовёт, окей? — Роберту тоже явно не понравилось моё обращение.

— Хорошо, — киваю.