Смотреть нельзя трогать - Вик Арис

— Добрый вечер, — сказал я, пододвигая стул и садясь близко к Варе. — Крошка, ну сколько можно искать кого-то, кто все равно не будет лучше меня?

И прежде чем она успела меня убить взглядом, я обнял ее за талию.

Это было одновременно самым правильным и самым опасным движением за весь вечер. Под ладонью сразу оказалось тепло и мягкость ее тела. Варя дернулась так, что в воздухе что-то треснуло. Все стало натянутым и острым.

Ее спутник перевел взгляд с меня на нее, потом обратно.

— Простите, — сказал он осторожно, — я что-то пропустил?

— Да, — ответил я, улыбаясь ему так приветливо, что самому было противно. — Тот момент, где вам стоило понять, что этот вечер уже не ваш.

— Марк, — процедила Варя сквозь зубы так тихо, что только я и мог расслышать. — Убери. Свою. Руку.

— Не хочу.

— Убери немедленно.

— Вы мне потом спасибо скажете. Лет через десять. Может, через пять, если повезет.

Илья выпрямился. Видно было, что он мужчина приличный и не привык к ситуациям, где в его романтический ужин врывается рослый светловолосый псих с собственническими замашками.

— Послушайте, молодой человек…

— Не хочу, — отрезал я.

— Марк! — теперь Варя шипела так, что, будь мы наедине, я бы, наверное, уже целовал ее просто от этого звука. — Ты совсем охренел?

— Есть немного.

Илья посмотрел на нее.

— Это кто?

Я пожал плечами:

— Ее счастливое будущее. Но можно просто Марк.

Варя закрыла глаза на секунду, будто вела внутри себя очень короткую и очень кровавую борьбу между импульсом разбить мне о голову бокал и желанием не устраивать сцену на глазах у половины зала.

— Илья, — сказала она ровным голосом, — это мой стажер. У него, как ты уже, наверное, догадался, тяжелый период взросления.

— У меня? — переспросил я. — Варвар, ну зачем вы так. Я просто пришел спасти вас от скучного вечера.

Ее спутник в этот момент окончательно понял, что нормальный разговор тут уже не получится.

— Это… у вас на работе принято? — спросил он, глядя на Варю уже с осторожностью человека, который прикидывает, не вляпался ли он в чей-то затяжной, нервный роман.

Вот за это я его почти уважал. За скорость правильных выводов.

Варя вспыхнула.

— Нет, у нас на работе не принято, когда один самоуверенный идиот путает офис и цирк, — сказала она. — Марк, быстро встал и ушел.

— Не-а.

— Не-а? — переспросила она так тихо, что у меня внутри довольно зашевелился зверь. — Ты мне сейчас сказал «не-а»?

— Вам с ним скучно, — сказал я уже ей, не отводя взгляда. — Вы сидите, улыбаетесь, киваете, а у самой глаза пустые. Зачем оно вам надо?

— А тебе не кажется, что это вообще не твое дело?

— Кажется. Но меня это не останавливает.

Илья выдохнул, резко отодвинул стул и поднялся.

— Знаете что, — сказал он, глядя на Варю, — я не собираюсь участвовать… во всем этом. У вас, видимо, свои очень специфические отношения.

— У нас нет отношений, — отрезала она.

— Пока нет, — поправил ее я.

Он посмотрел на меня так, как смотрят на людей, которых хочется обозвать дебилом, но воспитание не позволяет.

— Вы оба, по-моему, не совсем в себе, — произнес он, достал бумажник и бросил на стол несколько купюр. — Хорошего вам вечера.

И ушел.

Я проводил его взглядом и только потом повернулся к Варе.

Лучше бы не поворачивался…

Потому что в ее глазах сейчас было такое, что если бы взглядом можно было сломать кости, я бы уже лежал переломаной кучкой у ее туфель.

— Встань, — сказала она.

— Варя…

— Встал. Быстро.

О, вот это уже было серьезно. Я убрал руку с ее талии и поднялся сразу, без шуток. Она тоже встала, схватила сумку и, ни на кого не глядя, пошла к выходу так быстро, что я едва успел бросить на стол деньги за ее нетронутое вино.

На улице было холоднее, чем я ожидал. Или это просто от нее так ударило ледяным воздухом.

Она развернулась ко мне прямо у ресторана.

— Ты… ты совсем псих, да? — голос у нее срывался от ярости. Настоящей, женской, безумно красивой ярости. — Ты какого черта там устроил? Какого черта, Марк? Ты вообще понимаешь, что сейчас сделал?

— Да.

— Да? — она почти задохнулась. — Да?!

— Я сорвал вам свидание. Не благодарите.

— Не благодарите?! — теперь она уже не говорила, а почти кричала. Прохожие начали оглядываться, но Варе было плевать, и за это я ее, если честно, полюбил еще сильнее. — Ты ведешь себя как избалованный, безмозглый подросток! Ты влез в мой вечер, унизил меня, выставил идиоткой, сорвал встречу с нормальным мужчиной и стоишь тут, как будто сделал что-то хорошее!

— Так я и сделал, что-то очень хорошее.

— Да я тебя завтра же выгоню из филиала!

— Не выгоните.

— Почему это?!

Потому что ты моя. Потому что я лучше тебя самой знаю, что никуда ты от меня не денешься. Потому что, когда я дотронулся до тебя в кабинете, у меня внутри все встало на место впервые за много месяцев. Потому что от твоего запаха у меня зверь сходит с ума, и без него я уже просто не хочу жить.

Но так говорить было слишком рано. Поэтому я сказал другое — спокойнее, но не мягче:

— Потому что я не собираюсь отдавать вас кому попало.

Она застыла. А потом снова вскинулась:

— Ты не охренел ли говорить обо мне так, будто я вещь?

— Нет. Я говорю о вас так, как чувствую.

— Ты меня не знаешь!

— Уже знаю.

— Что ты знаешь, Марк? Что? Что я пью капучино? Что люблю нормальный сервис и мужиков без истерик? Что у меня есть работа, которой я дорожу? Что я, в отличие от некоторых, не путаю желание с правом?

Я сделал шаг к ней. Медленно, чтобы не спугнуть. Потому что, сейчас между нами, все было натянуто до предела.

— Я знаю, — сказал я тихо, — что ваши мужчины вам не подходят.

— Это не тебе решать.

— Мне.

— Да с чего вдруг?!

Вот сейчас у нее лицо стало таким, будто она впервые увидела под моим обычным нахальством что-то, что шуткой уже не назовешь.

— Потому что я с самого начала знаю: вы моя, — сказал я.

Она побледнела.

— Замолчи.

— Нет.

— Замолчи, Марк.

— Не могу.

Она отвернулась, провела ладонью по лицу, как будто пыталась стереть с него несуществующую пыль, а заодно и весь этот вечер. Потом выдохнула резко, зло:

— Господи, какой же ты… какой же ты невыносимый!

— Да.