Мой главный враг - теперь мой фиктивный парень?! - Валерия Блэк

Глеб тоже остановился в двух шагах от двери.

— Значит, завтра в десять, — напомнила я.

— Буду.

— И до приезда согласуем историю отношений.

— Согласуем.

— Без импровизаций.

Уголок его рта приподнялся.

— Это уже похоже на ограничение творческой свободы.

— Именно.

— Хорошо, Соколова.

Я взялась за ручку двери.

— Спокойной ночи.

— Спокойной.

Я уже собиралась войти, когда он добавил:

— Рыба моей мечты.

Медленно повернула голову.

Глеб стоял на том же месте с совершенно невозмутимым лицом.

— До завтра, Орлов.

— До завтра.

Я вошла в общежитие и только за стеклянной дверью позволила себе улыбнуться.

Семь дней.

Всего одна неделя.

Учитывая, что сегодня я уже показала Орлову средний палец и въехала в его машину, вариантов того, что могло пойти не так, было неприятно много.

Глава 4. Глеб

Соколова считает меня своим главным университетским врагом.

Это удобно.

Потому что если бы она хотя бы раз рассмотрела альтернативную версию происходящего, мне пришлось бы объяснять, почему я знаю её расписание лучше собственного, помню, какой кофе она берёт в автомате на первом этаже, и прихожу смотреть новый рейтинг исключительно в те дни, когда уверен, что она будет стоять возле стенда.

Последнее особенно сложно объяснить конкуренцией.

Мне этот рейтинг до определённого момента вообще был безразличен. Первое место приятно, спору нет. Я не люблю проигрывать и не привык специально делать что-то хуже, чем могу.

Но всё стало значительно веселее после того, как в прошлом учебном году Соколова впервые обошла меня на одном из промежуточных тестирований.

Я увидел её возле того же стенда.

Она стояла рядом с подругой и пыталась сохранить серьёзное лицо. Получалось плохо: глаза сияли, губы всё время тянуло в улыбку, а когда она заметила меня в конце коридора, сразу выпрямилась и сделала вид, что результат её совершенно не волнует.

Я подошёл.

— Поздравляю, Соколова.

Она посмотрела на меня так, будто ждала подвоха.

Потом всё-таки ответила:

— Спасибо.

И только когда я добавил, что через месяц вернусь наверх, объявила меня самовлюблённым засранцем.

С этого момента я начал следить за рейтингом.

И за ней.

Сегодня утром я знал, что она будет возле стенда.

Конечно, знал.

Соколова могла пропустить завтрак, но обновление рейтинга — никогда.

Поэтому приехал раньше, взял кофе и пошёл на третий этаж.

Она уже стояла там — злая, красивая и смотрящая на мою фамилию так, будто планировала убийство с особой жестокостью.

Пройти мимо было невозможно.

Фраза про «быть подо мной» появилась сама.

Вторая тоже.

Реакция стоила того.

Она каждый раз сначала замирает на долю секунды, потом понимает смысл, и только после этого в глазах появляется обещание моей скорой смерти.

Я люблю этот момент.

Слишком сильно.

В этом, если разобраться, и проблема.

После кафе я проводил её до четвёртого общежития и дождался, пока дверь за ней закроется. Только тогда отошёл от входа и вызвал машину.

Теперь сидел на заднем сиденье, смотрел на ночной город за окном и думал о том, что за один день ситуация вышла из-под контроля быстрее, чем мой повреждённый автомобиль успел попасть в сервис.

Телефон завибрировал.

Мама: Ты завтра во сколько будешь?

Я усмехнулся.

Вот и причина.

Я: К обеду.

Ответ:

Мама: Один?

Я посмотрел на экран.

Потом написал:

Я: Нет.

Три точки появились мгновенно.

Исчезли.

Появились снова.

Мама: Глеб.

Я уже знал продолжение.

Мама: Ты привезёшь её?

Я: Да.

На этот раз мама отвечала дольше.

Мама: Бабушке пока не скажу. Она с утра нас замучает.

Справедливое решение.

Я убрал телефон.

История с девушкой началась две недели назад за семейным ужином.

Мама в третий раз за вечер упомянула дочь своей подруги и очень аккуратно предложила нам «случайно» оказаться в одном ресторане.

Отец молчал.

Бабушка ела десерт и наблюдала за нами с таким удовольствием, будто телевизор ей давно был не нужен.

Я отказался.

Мама сказала, что я слишком придирчивый.

Я ответил, что у меня есть девушка.

Тишина после этой фразы была выдающейся.

Отец впервые оторвался от телефона, мама переспросила, а бабушка потребовала привести девушку на семейную неделю.

Имя я не назвал.

Спасибо остаткам здравого смысла.

Тогда никакой девушки у меня действительно не было.

Была Соколова.

Но между «девушка» и «Соколова» существовала небольшая проблема.

Соколова считала меня личным стихийным бедствием.

Если бы две недели назад я подошёл и предложил сыграть мою девушку, она сначала решила бы, что я издеваюсь, потом отказала бы и в довершение рассказала Соне, какой я идиот.

Сегодня она въехала в мою машину.

Я должен был злиться сильнее.

Машину было жалко. Царапина неприятная, дверь придётся делать, сервис займёт время.

Но когда я увидел её лицо после удара, злость закончилась быстрее, чем началась.

Соколова побледнела так, будто повредила не дверь, а лично половину моего организма.

А потом сразу сказала:

«Я заплачу».

Без попыток съехать.

Без «у тебя всё равно денег много».

Без просьб забыть.

Просто: моя вина — я заплачу.

И именно в этот момент идея пришла впервые.

Сначала показалась идиотской.

Через пять минут — уже рабочей.

К вечеру — гениальной.

Возможно, это говорит не в пользу моего психического здоровья.

Машина остановилась на светофоре.

Я достал телефон и открыл нашу переписку.

Последнее сообщение от неё:

Лиза: Корпус 4. В десять. Не опаздывай.

Я улыбнулся.

Она ещё и время продублировала.

Соколова не доверяет людям, которые опаздывают. Соколова считает деньги, всегда садится во втором ряду у окна и, когда нервничает, трогает большим пальцем край ногтя на указательном.

А ещё говорит, что не следит за мной, но утром знала, что я пропустил прошлое занятие.

Да.

Враг.

Главный.

Очень убедительно.

Телефон снова завибрировал.

На этот раз Денис.

Денис: Как машина?

Я ответил:

Я: В сервис поедет.

Денис: А Соколова жива?

Посмотрел в окно.

Я: Да.

Тут же:

Денис: Странно. Я ставил на убийство.

Я: Она теперь моя девушка.

Ответа не было секунд десять.

Потом телефон зазвонил.

Я отклонил вызов.

Денис позвонил снова.

Снова отклонил.

Пришло сообщение.

Денис: ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ

Я написал:

Я: Договорился.

Денис: Ты машину специально под кар поставил?

Я рассмеялся.

Водитель посмотрел на меня в зеркало.

Я убрал улыбку и ответил:

Я: Нет.

Денис: Жаль. Был бы уровень.

Нет.

Специально подставить машину под Соколову даже мне было бы слишком.

Хотя результат мне нравился.

Через несколько минут мы подъехали к моему дому.

Я вышел, закрыл дверь и поднялся по ступеням к подъезду. В холле было тихо, пахло