Мой главный враг - теперь мой фиктивный парень?! - Валерия Блэк

камнем и каким-то слишком дорогим ароматизатором. Консьерж поздоровался, я кивнул и вызвал лифт.

Пока кабина поднималась, снова открыл переписку с Лизой.

Хотелось написать.

Что-нибудь.

Любую ерунду, которая заставит её закатить глаза даже через экран.

Остановился.

Сегодня достаточно.

Она согласилась.

Добровольно.

Это было важнее.

Если бы отказалась, я бы действительно дал ей платить частями столько, сколько она захочет. И если бы через два месяца ей надоело, тоже пережил бы.

Мне не нужны её деньги.

Но сказать «забудь про ремонт» было бесполезно.

Она бы не согласилась.

Слишком упрямая и слишком правильная в тех вещах, где большинство давно нашло бы удобное оправдание.

Поэтому сделка работала идеально.

Для неё — неделя вместо долга.

Для меня всё было немного сложнее.

Потому что я хотел Соколову задолго до того, как она решила показать мне средний палец за рулём.

Хотел, когда она спорила со мной на семинаре.

Когда в библиотеке снимала волосы с резинки и раздражённо собирала их заново.

Когда один раз заснула над ноутбуком в общей аудитории и проснулась от собственного будильника с таким лицом, что я потом два дня вспоминал и смеялся.

Когда смотрела на меня и видела исключительно источник проблем.

Я не лез дальше шуток по одной простой причине.

Она бы не дала.

Любое прямое приглашение от меня Соколова восприняла бы как очередную издёвку.

А давить на неё в этом я не собирался.

Теперь у нас была неделя.

Семь дней рядом без университетских коридоров, где она в любой момент может развернуться и уйти на пару. Без рейтинга между нами. С официальным разрешением держать её за руку.

Последнее особенно радовало.

Двери лифта открылись.

Я вышел на свой этаж, открыл дверь квартиры и включил свет в прихожей.

Телефон снова завибрировал.

Лиза.

Лиза: И ещё. Отдельная комната.

Я остановился.

Улыбнулся.

Я: Я помню.

Три точки.

Лиза: Проверяю.

Я напечатал:

Я: Спокойной ночи, рыба моей мечты.

Ответ пришёл через несколько секунд.

Лиза: Я расторгну договор до его начала.

Я рассмеялся и положил телефон на тумбу.

Нет, Соколова.

Не расторгнешь.

Ты слишком честная.

А я слишком давно хотел посмотреть, что произойдёт, если мы окажемся рядом дольше одной пары.

Глава 5. Очень скромный дом

В субботу в девять пятьдесят восемь я стояла возле входа в общежитие с небольшим чемоданом и впервые в жизни жалела, что человек умеет приезжать вовремя.

Солнце уже поднялось высоко. Возле клумб работал автоматический полив, от мокрой земли пахло травой, а на лавке под деревом сидели две девушки из соседнего корпуса с кофе в бумажных стаканах.

Я проверила телефон.

09:58.

Глеб написал десять минут назад:

Глеб: Буду в десять.

Не «около».

Не «плюс-минус».

В десять.

Удивительный человек. На занятия можно не прийти, зато фиктивную девушку забрать обязан по расписанию.

Я посмотрела на собственный чемодан.

Собирала его вчера до половины первого ночи.

На семь дней я взяла джинсы, шорты, несколько футболок, две рубашки, светлый летний сарафан, тёмно-синее платье для ресторана или семейного ужина, косметику, кеды и босоножки.

Ещё половину шкафа сначала положила, потом вынула, потом снова положила и окончательно убрала после того, как вспомнила, что еду на неделю, а не эмигрирую.

Ровно в десять возле общежития остановился тёмно-серый внедорожник.

Не вчерашняя машина.

Эта тоже выглядела дорого.

Разумеется.

Глеб вышел с водительского места и закрыл дверь.

Сегодня на нём были светлые брюки, чёрная футболка-поло и тёмные кроссовки. Волосы ещё сохраняли следы воды после душа, на глазах были солнцезащитные очки.

Он увидел меня.

Потом чемодан.

Потом снова меня.

— Доброе утро, рыба моей мечты.

Я крепче сжала ручку чемодана.

— Договор ещё можно расторгнуть.

Глеб подошёл ко мне и снял очки.

— Уже нельзя.

— Мы не подписывали ничего.

— Устная сделка тоже сделка.

— Ты юрист?

— Нет.

— Тогда не умничай.

Он улыбнулся и протянул руку к чемодану.

— Давай.

— Я сама.

— Я вижу.

— Тогда зачем забираешь?

— Потому что он тяжёлый.

— Ты даже не поднял.

Глеб молча взял чемодан за ручку и поднял.

Бровь у него чуть дёрнулась.

Я скрестила руки.

— Ну?

— Ты кирпичи взяла?

— Женские вещи.

— Страшно.

Он покатил чемодан к машине.

Я пошла рядом.

— Чья машина?

Глеб открыл багажник.

— Отца.

— Он знает?

Глеб замер с чемоданом в руках и повернул ко мне голову.

— Нет. Я угнал её ночью.

Я остановилась.

Он посмотрел на моё лицо.

— Соколова.

— Что?

— Конечно, знает.

— С тобой приходится уточнять.

Глеб поставил чемодан в багажник, закрыл дверь и обошёл машину к водительской стороне.

Я открыла переднюю пассажирскую дверь и села.

Салон пах кожей и лёгким древесным ароматом. Здесь было прохладно, приборная панель светилась мягким белым светом, в подстаканнике стояли две бутылки воды.

Глеб сел за руль, закрыл дверь и пристегнулся.

Я сделала то же самое.

— Сколько ехать?

Он завёл двигатель.

— Чуть больше часа.

— Куда?

— За город.

— Очень точный адрес.

— Навигатор мне известен.

Он выехал от общежития.

Я посмотрела в окно.

Город в субботу утром был спокойнее: на остановках меньше людей, возле кофеен заняты несколько столиков, по тротуарам гуляли родители с детьми.

Минут десять мы ехали молча.

И это было странно.

В университете Орлов обычно начинал действовать на нервы в первые тридцать секунд.

В машине он просто вёл.

Одна рука лежала на руле, второй он пару раз переключал музыку на центральном экране. Громкость была тихой, ничего навязчивого.

Я наконец повернула голову.

— Ты что молчишь?

Глеб коротко посмотрел на меня и снова на дорогу.

— Тебя раздражает?

— Настораживает.

— Могу начать.

— Нет.

— Определись.

— Просто непривычно.

Он усмехнулся.

— Я умею не разговаривать.

— Сегодня много открытий.

— Через неделю будешь знать обо мне всё.

— Вот этого я и боюсь.

Мы выехали на широкую трассу.

За окнами постепенно исчезали плотные городские кварталы, появлялось больше зелени, редкие коттеджные посёлки сменялись открытыми полями и лесополосами.

Через некоторое время Глеб протянул руку к подстаканнику, взял вторую бутылку воды и положил мне на колени.

— Пей.

Я посмотрела на бутылку.

— Это приказ?

— Рекомендация. Ты с утра хоть завтракала?

— Да.

— Что?

— Орлов, ты сейчас будешь проверять мой рацион?

— Интересуюсь.

— Каша.

— Уже спокойнее.

— Спасибо за заботу, мама.

Глеб улыбнулся.

— Не привыкай. Я ещё молодой.

Я открыла бутылку.

— Напомни, кто будет в доме.

Он немного снизил скорость перед поворотом.

— Родители. Бабушка. Тётя с мужем приедут завтра или в понедельник. У них маленький сын. Ещё может заехать кто-нибудь из друзей семьи.

— И все думают, что я твоя настоящая девушка.

— Да.

— Прекрасно.

— Ты нервничаешь?