Ресторанчик «Тыквенный фонарь» - Анна Кейв

Ее ладонь напряглась из-за пощипывания. Крис, уловив на лице Аманды нахмуренный от неприятных ощущений взгляд, улыбнулся и успокаивающе погладил ее запястье большим пальцем.

– Потерпи, – попросил он, – обещаю, что буду аккуратен.

Аманда кивнула, но от его низкого проникновенного голоса напряжение, напротив, усилилось. Только теперь не в ладонях Аманды, а между ней и Крисом…

Он принялся осторожно промывать каждый порез, чуть наклонив голову, стараясь избегать лишний раз смотреть на кровь. Длинные тонкие пальцы скользили по ее ладоням, пропитывая вату, отчего на той проявлялись красноватые пятна.

Время от времени он отрывался от рук Аманды, чтобы выбросить использованную вату и взять новый кусочек. Когда все порезы были обработаны, Крис потянулся к бинту, развернул его и, приподняв ладонь Аманды, начал медленно и бережно обматывать ее тонкими слоями марли, прочно, но не слишком туго, чтобы девушке было комфортно.

Аманда с интересом наблюдала за Крисом, заметив легкий румянец на его щеках и как он упрямо прикусывал губу, стараясь не причинить ей боли.

– Знаешь, ты уже совсем не похож на того мальчишку, который падал в обморок при виде крови, – приглушенно произнесла она, чуть склонив голову к плечу. – Смотри, как ты хорошо держишься.

– А я уже и не мальчишка, почти мужчина, – несмело пошутил Крис, завязывая последний узел на бинте. Следом за левой ладонью он начал перевязывать правую.

Пожевав нижнюю губу, Аманда отвела глаза от Криса и опустила их на свою забинтованную ладонь. Почему-то именно сейчас ей не хотелось пересекаться с ним взглядами.

Они были не просто лучшими друзьями. Не просто друзьями детства. Они были по-настоящему близки друг с другом, могли доверить все тайны и секреты, поделиться переживаниями и поговорить о наболевшем, не боясь столкнуться с насмешками или непониманием.

Когда-то Аманда точно так же, как Крис сейчас, бинтовала ему стертые в кровь ладони, локти и колени. Он часто падал, когда только осваивал скейт. А Крис приносил ей любимые сладости, когда она болела и пропускала школу. Это всегда казалось Аманде по-дружески милым, но сейчас воспринималось совсем иначе, оставляя на душе непривычный осадок. Приятный, но непонятный.

Крис же продолжал увлеченно накладывать бинты, временами едва касаясь ее запястья.

Она осмелилась украдкой рассмотреть его лицо. Аманда привыкла к тому, что Крис всегда рядом, но не думала о нем в каком-то другом смысле. И теперь, когда они стояли так близко, только вдвоем, что-то в ней шевельнулось, как будто она вдруг увидела его иначе. Это ощущение можно было сравнить со вспышкой – неожиданной и слепящей.

– Все, готово, – произнес Крис, завязав последний узелок, и взглянул на нее с той самой мягкой улыбкой, которая была знакома ей с самого детства. Вот только в глазах плясали какие-то новые искры, будто Крис тоже уловил этот момент и посмотрел на нее другим взглядом.

Порывисто отдернув ладони, Аманда решила, что будет лучше спрятать свои чувства. Сейчас был совсем не подходящий момент думать об этом. Не сейчас, когда пропала бабушка. Не сейчас, когда на ее тумбочке горит свеча, пламя которой невозможно затушить. Не сейчас, когда до открытия закусочной осталось совсем немного времени, а у Аманды появилось больше вопросов, чем ответов.

Крис заметил ее жест и задумчиво нахмурился, но ничего не сказал. Вместо этого ободряюще сжал ее плечо и погладил по спине, как всегда делал, когда Аманда о чем-то переживала или была огорчена из-за плохой оценки за школьный тест.

Она отвернулась от Криса, беря в руки фотографию с помявшимися в кармане пальто уголками.

– Значит, наши бабушки раньше дружили, – резюмировала Аманда. – Затем что-то случилось, что привело к их ссоре. Может, если мы узнаем, кто третья девушка, – докопаемся до сути?

– Это имеет значение? – непонимающе выдохнул Крис, щекоча своим дыханием шею Аманды.

– Имеет, – отрезала она. – Моя бабушка исчезла, мы должны понять, что происходит.

– Почему ты в этом уверена? Может, она отошла по срочным делам и скоро вернется? – успокаивающим голосом проговорил Крис, словно убеждал маленького ребенка, что мама точно заберет его из школы.

Аманда повернулась к Крису и вперилась в него хмурым обеспокоенным взглядом:

– Тетя Эбби, папа, мама. Улавливаешь логическую связь? Бабушка не вернется. Нет смысла сидеть и ждать, нужно действовать. Раньше я была маленькой, но сейчас… Мне надоело это неведение. Я хочу во всем разобраться!

Крис предпринял последнюю попытку внять голосу разума:

– Давай хотя бы проверим, не оставила ли Лидия записку. Вдруг мы зря наводим панику?

– Хорошо, пойдем, – согласилась она, поднимаясь с кровати. – В моей комнате ничего нет, значит, если бабушка что-то и оставила, то в своей спальне.

Глава 7

Начало расследования

Они вышли в коридор и, пройдя мимо Мадам Жирок, лениво катающей звенящий мячик, остановились напротив двери. Аманда и без осмотра бабушкиной спальни знала, что никакой записки они там не найдут, но пошла на это исключительно ради того, чтобы убедить Криса в своей правоте.

Она взялась за дверную ручку и, тихо вдохнув, надавила на нее, приоткрывая комнату. Та встретила гостей холодным полумраком: шторы оставались закрытыми, свет с трудом пробивался сквозь них. Легкий запах чайной розы наполнял воздух, смешивался с запахом льняных простыней и старых книг. В детстве Аманда утверждала, что в спальне бабушки пахнет косметичкой с рассыпанной пудрой. Так пахли любовь и уют.

Спальня была заставлена дубовыми шкафами и комодами. Бабушка хранила в них вещи, которые давно пора выбросить или унести на мансарду. Туда же следовало отправить освободившиеся комоды и шкафы, которые только загромождали комнату. Но бабушка упорно откладывала это дело, смеясь, что на старости лет ей не нужна перестановка. Рядом с кроватью на тумбочке лежала стопка классических книг в потрепанных обложках с полустертыми названиями. Страницы давно пожелтели и, казалось, даже погрубели, но бабушка отказывалась менять книги на новые издания – считала это излишним расточительством, хотя ее нельзя было назвать чрезмерно экономной. На кровати с тяжелым балдахином был отогнут уголок пухового одеяла в мелкий цветочек, а подушки были примятыми. Будто бы бабушка встала совсем недавно и скоро должна вернуться, чтобы заправить постель и взбить подушки.

На стене напротив кровати висело старое зеркало в тяжелой раме и мелкими царапинами на поверхности. В детстве Аманда считала, что рама из чистого золота, но это оказался всего лишь металл с позолотой. Рядом с ним на комоде стоял небольшой пузатый телевизор – бабушка всегда отмахивалась, когда Аманда предлагала поменять его на плоский, как у нее в комнате.

Все здесь было знакомо Аманде с детства. Кроме конверта на комоде, который не сразу бросился ей в глаза. Возможно, то были счета или выписки из банка. Или же ответы на ее вопросы.