Дилогия «Аконит, Фантом» - Ирена Мадир

музыки, джентльменов, спешащих скрыться в темной игровой зале, и дам, отдыхающих в соседней с удобными диванами, затеряться было несложно. Именно этим Кора и занялась. Терялась в толпе, пытаясь поскорее протиснуться к выходу, по пути ловя обрывки разговоров:

– … давно не появлялся сам дольше, чем на пару интеров. Так что всем занимается его сын, эрл Баррет, – щебетала некая леди.

– А дочь? – поинтересовалась дама постарше.

– Говорят, она накануне была отправлена дюком куда-то к морю, поправлять здоровье. Оно и к лучшему, у нас больше шансов на жениха…

Дальше разговор смысла слушать не было, и Кора продолжила идти к своей цели, но все еще держала ухо востро. Правда, в зале ничего больше выцепить не удалось. Зато у входа было несколько совсем еще молодых джентльменов. Услышав знакомое имя, Кора остановилась, скрываясь за отцветшим кустом сирени.

– Неужто старший Баррет не появится? – удивился один из юношей.

– Тост он точно придет сказать. Отец говорит, что раньше полуночи ждать дюка не стоит. А потом начнется самое интересное! Знаешь, сколько любвеобильных дам можно поймать в такие вечера, когда лица их скрыты и…

Кора закатила глаза, спеша по узкой дорожке сада. Нужно было найти Гила. Впрочем, среди нескольких экипажей, которые не стали отпускать и оставили во внутреннем дворе, проще найти было не человека, а карету. Чем Кора и занялась, а наконец обнаружив экипаж Нортвудов, она подхватила юбки и посеменила к нему, стуча каблуками.

– Как дела? – Гил скармливал кусок морковки одной из лошадей. Наверное, кто-то из местных слуг дал угощение.

Кора пересказала разговор с Аластаром, а также то, что удалось услышать из обрывков бесед гостей, пока Гил залез внутрь кареты. Там он сменил обычный пиджак на пиджак с длинными полами сзади, который Кора спрятала под сиденьем экипажа перед поездкой вместе с маской. Она была самой обычной, глянцево-белой с черными слезами и печально опущенными уголками губ. Скрыв лицо, Гил выпрыгнул наружу, закрыв дверцу, и поспешил под руку с Корой обратно в бальный зал.

Там почти ничего не поменялось, кроме разве что музыки и вида танца. Хотя людей стало будто бы больше. Видимо, прибыли все, включая припозднившихся, и вышли из соседних зал леди и джентльмены. Оно и понятно: хронометр близился отметить полночь, а если верить слуху, то именно в это время дюк Баррет наконец почтит их присутствием.

Гил вдруг напрягся, Кора чувствовала сквозь ткань его одежды и своей перчатки, как забурились мышцы под его кожей, послышался резкий выдох.

– Ты в порядке? – шепот едва ли мог разобрать кто-то, кроме того, кому он предназначался.

– Голоса поют… Так бывало, когда я был близко к другим «кирпичам»… Кто-то из них здесь…

Кора огляделась, будто надеялась выделить из толпы кого-то беловолосого и со светящимися глазами. Разумеется, никого с такой внешностью не было. Даже Гил предварительно покрасил волосы, и теперь они стали пшеничными. Но кое-что Кора все же увидела: медные волосы с двумя белыми прядями, обрамлявшими маску на пол-лица.

– Похоже, ты прав… Подожди меня…

– Стой, Корри…

– Не беспокойся. Две юные дамы, беседующие на балу, что может быть естественнее? На виду у других со мной ничего не произойдет, – Кора нежно погладила пальцы Гила, медленно освобождая свою руку из крепкой, но бережной хватки.

Нужно было добраться до знакомой, пока ее мелькнувшие рыжие волосы не исчезли за спинами гостей. Плюнув на то, что может привлечь внимание и показаться кому-то невоспитанной, Кора решилась окликнуть:

– Мисс Чейз!

Но та даже не оглянулась.

– Мисс Чейз! – пришлось повторить громче и ближе. Однако она все еще не замечала зова. То ли не хотела, то ли фамилия все же была непривычной. Раз уж она из лаборатории, кто знает, когда ей дали имя и фамилию, а не набор цифр. Стоило проявить настойчивость: – Исабэлла!

Наконец она чуть наклонила голову, а затем и развернулась всем телом, шурша юбками. Всего на парс вид ее выдал – растерянность проглядывалась даже из-за маски, и показала, что псевдосестра Мортимера не сразу поняла, что окликнули именно ее.

– О, вы… Корнелия, кажется? Простите… Мисс Нортвуд, да?

Кора улыбнулась в ответ на натянутую улыбку Исабэллы. Она явно не была настолько выучена манерам и учтивой радости, как аристократы.

– Вы безукоризненно верны, мисс Чейз. Прошу прощения, что нарушила ваш вечер.

– Что вы, не стоит извинений, – Исабэлла говорила с ленцой, но в глазах был заметен интерес. Занятно… А сколько она знает о Коре? Что говорил ей Мортимер? И говорил ли вообще?

– Прекрасно, потому что, – Кора стала наглее, взяв Исабэллу под локоток, – у меня есть к вам тема для беседы.

Та изумленно моргнула, очевидно, прекрасно чувствуя, как пальцы Коры впиваются в нее.

– Признаться, вы начинаете меня пугать, мисс Нортвуд.

– Это вы еще не слышали, что я скажу об одном кирпичном заводе…

Исабэлла вздрогнула и задышала рвано. Нет, Мортимер не говорил ей. По крайней мере, не все…

– Я не понимаю…

– Мортимер не ваш брат, а Чейз не ваша фамилия. Какие цифры вам дали в лаборатории?

Кора поняла, что начинает пережимать, потому что глаза Исабэллы, бывшие до того карамельного цвета, стали светло-серыми, а внутри зрачка разжегся огонек.

– Не нервничайте, если не хотите привлечь внимание. Я пришла к вам с миром.

– Не похоже, мисс Нортвуд.

– Хорошо, можете позвать своего псевдобрата или сразу своего господина. Или можете выслушать меня.

– Он мне не господин, – прошипела Исабэлла. – Я этого не выбирала.

– Тогда я хочу предоставить вам выбор. Хочу, чтобы вы сами решили, – зашептала Кора. – Но мы не можем обсуждать это здесь. Нам нужно встретиться.

– Где и когда?

Кора сглотнула. Проклятия Иных! И что говорить? Она понятия не имеет о лучшем месте и времени!

– Я пришлю вам письмо…

– Нет! Моя корреспонденция проверяется! Морт прочтет ее…

– Тогда букет. Я пришлю вам букет львиного зева, там будет два послания: одно для того, кто проверит – от леди Старлинг из женского клуба, а второе будет спрятано в букете. Там будут адрес и время.

– Хорошо, – Исабэлла вдруг отстранилась, вливаясь в толпу.

Кора не сразу поняла, почему она так резко оборвала беседу, но затем заметила Мортимера, оглядывающего зал. На нем была простая черная маска с золотыми трещинами, скрывающая только левую половину лица, но главное его отличие оставалось при нем – трость с навершием в виде кошачьего черепа.

Выпрямив спину, Кора бесстрашно подошла к нему:

– Как вам прием вашего господина, детектив-с-руками-в-крови?

Мортимер замер, а затем устало вздохнул:

– Значит, вас пригласили…

– Только не говорите, что опечалены по