Игра похоти: Искушение - Хейзел Райли

Тимос вырастает перед ней, блокируя её путь с абсолютной лёгкостью: — Парень нам помогает. Им манипулировал Уран — как и многими другими до него. Да, он накосячил, и он ответит за это, но сделал он это не из зла. Если ты нанесёшь ему увечья, это ничего не решит, Тейя.

— Да ладно тебе, мам, — хмыкает Арес. — Как думаешь, почему я до сих пор жив?

— Потому что ты фартовый ублюдок.

Он качает головой в знак несогласия: — Он стоял в двух метрах от меня. Прицелился ровно в сердце. Он мог бы уложить меня без проблем. Но он колебался достаточно долго, чтобы Тим успел вмешаться, а потом спустил курок случайно. Почему?

— Потому что он… — начинает заводиться Тейя.

— Потому что он не хотел этого делать на самом деле, — перебивает её Арес. — Он хотел спасти Гермеса, но в глубине души понимал, что это не тот путь.

Судя по тому, как пристально Локи смотрит на него, я полагаю, что он с абсолютной точностью считал его губы. Впрочем, он не торопится ни отрицать, ни подтверждать это. Его тело натянуто как струна, щёки слегка порозовели, а пальцы рук нервно перебирают воздух вдоль бёдер.

Тейя, кажется, вот-вот готова признать его правоту, но всё равно остаётся самой упёртой женщиной на свете. Она поворачивается к нам спиной и затворяется в одной из двух ванных комнат. Спустя пару мгновений оттуда доносится грохот предметов, шмякающихся о кафельный пол.

Арес сжимает губы в узкую линию: — Ну, лучше уж освежители воздуха в ванной, чем башка Локи о стену.

Я подавляю нервный смешок и поднимаюсь с дивана, уступая своё место Хелл. Ей дважды повторять не приходится: она тут же мостится под бок к Аресу. Голова моего двоюродного брата мгновенно роняется ей на плечо; он приподнимается лишь для того, чтобы запечатлеть быстрый поцелуй на её шее.

Постепенно мы возвращаемся к «нормальности». Не то чтобы наша нормальность имела хоть что-то общее с реальностью обычных людей.

Локи отходит в сторону, пока Тим с усталым вздохом возвращается в кухонный уголок к своему кофе. Я бесшумно следую за ним и прислоняюсь к стойке, скрестив руки на груди.

На диване, в нескольких метрах от нас, Хелл и Арес тихо перешёптываются, осыпая друг друга нежностями — от этого у меня встаёт ком в горле.

— Чего тебе, Херм? Иди к Локи, — бурчит агент, помешивая сахар.

Я ничего ему не отвечаю. Вместо этого я внимательно въедаюсь взглядом в каждое его движение. Он делает глоток кофе, проверяя, достаточно ли тот сладкий, ставит сахарницу обратно на стойку рядом со солью, а затем делает самую дикую и неожиданную вещь на свете.

Он достаёт книгу из чёрного рюкзака и усаживается за кухонный стол. Открыв её на определённой странице, я замечаю, что он даже использует закладку.

Из меня вырывается улыбка: — Так, вот этого я ещё не видел. Ты с каких пор читаешь?

Он потягивает кофе, и на мгновение его глаза встречаются с моими: — Мне стоит обидеться? Это настолько аномально, что я держу в руках книгу?

Я вскидываю руки: — Да нет, вовсе нет, ты чего. Просто я никогда не видел в твоих руках ничего, кроме ствола.

— Дейзи составила мне список книг, которые, по её мнению, мне стоит прочесть. Чтобы втянуть меня в чтение, — шепчет он, но в конце его голос даёт сбой, и он прочищает горло. — У меня было не так много времени, но потихоньку я их все проглатываю. Сегодня вечером нам остаётся только ждать, и уж точно я не намереваюсь делать это, глядя, как эти двое засосы ставят.

Оу.

Сначала это бьёт по дых. Но я поражаюсь тому, как быстро эта боль уступает место приливу тепла и тихой радости. Это настолько в стиле Афри, настолько красиво, что я просто не могу из-за этого страдать.

— Что читаешь сейчас?

— «1984».

Мои глаза лезут на лоб: — Ты не читал её за все свои тридцать два года жизни?!

Он фыркает: — Нет. А ты читаешь?

— Нет.

— Ну и какого хера ты…

Я пожимаю плечами: — Наделся, что ты не спросишь.

Несмотря ни на что, я выбиваю из него тихий смешок, сопровождаемый одним из его фирменных взглядов, которыми он строго и по-братски меня отчитывает. Он подбородком указывает на стеклянную дверь, ведущую на внешнюю лестницу. Оттуда мы тоже можем держать Локи в поле зрения.

Я отрываюсь от стойки. В этот момент Тим одаривает меня полуулыбкой, прежде чем снова уткнуться в книгу.

Даже повернувшись к нему спиной, через пару шагов я чувствую непреодолимый порыв обернуться и посмотреть на него ещё раз. Здоровенный, угрюмый мужик с вечно перекошенной от злости физиономией, который сидит один за столом и читает одну из книг, оставленных ему его девушкой. Но и на этот раз боль не успевает пустить корни в моём теле. Это росток, который сгорает мгновенно, уступая место куда более прекрасному цветку, который стоит взращивать: счастью.

Я пересекаю небольшую гостиную и выхожу через ту же дверь, за которой пару минут назад скрылся Локи. Он сидит на пожарной лестнице и смотрит вниз.

Воздух сегодня свежий, даже бодрящий. Дует лёгкий, но ощутимо прохладный ветерок, а небо над нашими головами расстелилось мрачным покрывалом.

На улице же кипит настоящий хаос. Витрины баров, магазинов и ресторанов пестрят тыквами с самыми разными гримасами, искусственная паутина и привидения из белых простыней украшают входы. Даже отсюда я вижу гуляющих и шумящих людей в самых безумных хэллоуинских костюмах. Кто-то придерживается классики с ведьмами, вампирами и мумиями, а кто-то проявил недюжинную фантазию.

Я не знаю, как подойти, чтобы не напугать его, поэтому мешкаю в дверях и пользуюсь возможностью разглядывать его так, как запрещаю себе делать, когда он меня видит.

Локи не мог бы отличаться от Люцифера сильнее. И это нормально, потому что я никогда не хотел и не захочу его копию. Я любил Люцифера настолько сильно, что убедил себя: никакого «после» уже не будет. И всё же бывают моменты, когда Локи оказывается рядом, и мои ладони начинают чесаться от желания хотя бы просто прикоснуться к нему. Секунды, когда мне хочется вырвать сердце из груди, потому что он бесцеремонно вторгается в мои мысли и остаётся там до тех пор, пока я не вышвырну его оттуда пинками.

Внезапно Локи шевелит рукой. Он слегка